Ступень первая

— Все было нормально? — на всякий случай уточнил я.
— Совершенно, — сказала она, не отрываясь от экрана. — Ничего не делала, как ты сказал. Сижу, вот, дурью маюсь. Но интересной.
Она повернулась ко мне и расплылась в совершенно невероятной счастливой улыбке. Настолько невероятной, что захотелось подойти к ней и поцеловать. И не только поцеловать. Она была почти как Полина, только Полина нравилась прежнему Ярославу, а Аня — мне. Но мой порыв был пресечен довольно жестко.
— Мелкий, не увлекайся, — сразу перестала улыбаться Аня и сбросила мои руки. — Я детей соблазнять не буду.
— Какой я тебе ребенок? Ты видела меня настоящего и знаешь, что я старше тебя.
— Э нет. Настоящий ты сейчас — вот он, — отбрила она меня. — Настоящему тебе пятнадцать лет. Вот и заводи романы с ровесницами.
— На Полину намекаешь, — скривился я. — У нас с ней чисто дружеские отношения. И немного взаимовыручки. Соблазнять малолеток я не буду.
Аня нахмурилась, но говорить, что я для нее тоже малолетка, не стала.
— Между нами могут быть только чисто дружеские отношения. Я не хочу больше никаких несерьезных романов.
— Почему несерьезных? — удивился я. — Наш может вылиться во вполне себе серьезные отношения.
В конце концов, целитель под боком — всегда хорошо, а выглядят они моложе своих лет всегда, уж не знаю, какие там целительские секреты используются, так что Аня совершенно напрасно переживает из-за несуществующей разницы в возрасте, что я и попытался до нее донести.
— Не может. Ты теперь глава клана, забыл? — не без ехидства сказала она. — А глава клана должен жениться так, чтобы упрочить положение клана. Или под серьезностью отношений ты не это имел в виду?
— На ком я должен жениться? — опешил я.
— Найти подходящую девушку из другого клана посильней, чтобы лоббировал твои интересы в Совете кланов. Если хочешь, я могу посмотреть кандидатуры, — совершенно серьезно предложила она.
— Я совсем другого хочу от тебя, — прямо ответил я.
— Увы, в совсем другом я тебе не помощница, — отрезала она. — Могу по клану еще дать пару рекомендаций. Ты куда-то собираешься поступать?
— В «Крылья Феникса».
— Ого ты замахнулся.
— Брать — так лучшее.
— Потянешь?
— Подтянусь немного и потяну.
— Ну так-то логично — там элита учится. Курсы этикета пройди, — посоветовала она. — Там они будут, но поначалу будешь себя чувствовать белой вороной, потому что большинство эти тонкости уже знают.
Сейчас она заговаривала зубы, чтобы не возвращаться к скользкой теме. Но вернуться было надо, хотя бы чтобы поставить точку.
— Ань, я понял. Нет так нет. Приставать не буду.
— Пойми меня правильно. Ты умный и красивый парень, а станешь еще умнее и красивее, — попыталась она подсластить пилюлю. — И я не хочу, чтобы ты в самом начале наделал глупости. У меня знаешь сколько планов в клане Елисеевых? Причем таких, каких в другом клане реализовать будет невозможно. Поэтому я — лицо заинтересованное, чтобы у тебя все сложилось хорошо. Но не со мной. Курсы этикета все-таки пройди. Или учителя найми.
— Хорошо, но напомни мне позднее. Пока денег на ерунду нет.
Звонок в дверь поставил точку в нашем разговоре. Подходил я с опаской, активируя пару защитных заклинаний по дороге, но сделал это зря: раньше времени вернулась домой мама. Причем не одна, а в компании Олега. И была она чем-то необычайно взволнована.
— Ярослав, ты мне должен все объяснить, — с порога выпалила она.
— Все — это слишком неконкретно.
— Откуда у тебя магия, откуда у тебя знания, которых нет у других, и почему тебя боятся Мальцевы, — выпалила она так быстро, словно боялась что-то забыть. — До похищения у тебя этого ничего не было, а после — появилось. И сам ты очень изменился.
— Я пересмотрел приоритеты, — ответил я, размышляя, что стоит сказать женщине, которую уже привык считать мамой. Впрочем, она таковой и являлась.
Аня оторвалась от компьютера и теперь стояла за спиной. Как чувствовала, что мне сейчас нужна поддержка. Противников было двое: Олег точно на стороне мамы, вон как сурово сдвинул брови.
— Пересмотр приоритетов не объясняет магию и страх перед тобой Мальцевых. И то, что ты так изменился — тоже.
Да, зря я рассчитывал на то, что ухаживания Олега переключат мамино внимание на кавалера. Да, до какого-то момента она не замечала, но потом заметила сразу все. Это было неприятно, но не смертельно.
— Начнем с того, что Мальцевы боятся не меня, а моего покровителя, — вдохновенно начал я сочинять. — Не хотел я рассказывать, но без этого не обойтись. Рассчитываю, что дальше этой квартиры разговор не уйдет.
— Какой еще покровитель? — испуганно спросила мама.
— Волхв Варсонофий.
— Какой еще волхв Варсонофий? Что за дурацкое имя?
— Ты только ему такое не скажи при встрече. Он лицо опасное, его даже Мальцевы боятся. Он сказал, что я был все эти годы несправедливо ущемлен в правах и он берется это поправить. Он показал упражнения, которые нужно делать, чтобы развить магию. Время от времени навещает и проверяет, чтобы я не ленился как в занятиях по магии, так и в занятиях по школе.
В конце концов, Айлинг куда круче любого выдуманного волхва, а проверить может так, что мало не покажется.
— А Мальцевы?
— А с Мальцевыми у него какие-то терки. Меня он не посвящал в подробности. Я вообще его вижу редко и говорим мы только по делу.
— Я бы тоже не стал спрашивать ничего лишнего у того, кто пугает Мальцевых, — хохотнул Олег, и я понял, что этот раунд выиграл.
— Фактически он мой наставник. Он, а не Сергей, как ты думала, — пояснил я маме. — Сергея учу уже я.
— Понятно, — вздохнула она. — То есть не совсем понятно, но хоть что-то.
— Я же говорил, что ты себя накручиваешь, — заметил Олег, помогая ей снять плащ. — Нормальный он у тебя парень.
— А ты что бы подумал на моем месте? — вскинулась мама. — На нашей квартире защита, которую Мальцевы не могут пробить. А потом внезапно они перестают пробивать и публично извиняются.
Популярное, оказывается чтение «Вестник Кланов» — читают все, кроме меня. Тоже, что ли, приникнуть? Когда время появится.
— А что им оставалось делать, если волхв Варсонофий предупредил, что Аня — под его защитой?
— Ты его тоже видела? — обратилась мама уже к Ане.
Я повернулся. Полинина сестра крутила головой, подозрительно кусая при этом губы. Я показал ей кулак. А то еще расхохочется при маме — и вся легенда насмарку.
— Вы ели?
— Я только пришел.