Ступень первая
— Помнится, Игнат Мефодьевич, вы меня приглашали на обед? — сказал я нарочито-скучающим голосом.
— То есть ты меня хочешь не только ограбить, но и объесть? — захихикал он.
— Пожалуй, я поеду, — решил я.
— Не-не-не, Ярослав, подожди. Пообедаем вместе. Может, ты передумаешь и снизишь цену.
— Цена окончательная, — повторил я, уже понимая, что несмотря на устраиваемое Мальцевым представление, он согласится.
— Кто тебя учил торговаться? — возмущался он. — Приличные люди всегда снижают цену из уважения к покупателю. Неужели ты меня совсем не уважаешь?
— Я и снизил для вас с семидесяти до пятидесяти, — усмехнулся я. — Ниже — только в убыток себе. При всем уважении к вам, Игнат Мефодьевич, не могу.
Но Мальцев продолжал ворчать всю дорогу до столовой, в которую меня все-таки позвали, хотя я начал уже сомневаться, что меня тут вообще накормят. Конечно, я не забыл подкрепитьсяперед тем, как сюда поехать, но поесть лишний раз магу — совсем не лишнее.
Столовая, в которой мы оказались, явно была не парадная и рассчитана на таких гостей, как я — незначительных. Мое впечатление подтверждалось тем, что больше никого из домочадцев не присутствовало, а ведь как минимум Андрей был в доме. Конечно, вполне возможно, что старший Мальцев ел в одиночестве, чтобы ненароком не угробить кого из близких.
— Вы какое вино предпочитаете, Ярослав? — перешел он опять на вы.
— Я предпочитаю сок или компот.
Мальцев чуть дернулся, подав какой-то знак лакею, потом одобрительно сказал:
— И правильно. В вашем возрасте спиртные напитки — прямой путь к алкоголизму.
Он пытался создать видимость застольной беседы, но сам чего-то ждал, потому что даже не разозлился на задержку, с которой подали первое блюдо. Бросив короткий взгляд на тарелку, в которую мне налили порцию супа, я почувствовал разочарование. Как некрасиво со стороны Мальцева подсыпать гостям всякую гадость в еду. Нет, я, конечно, могу нейтрализовать, но блюдо потеряет свой вкус, а я удовольствие от еды.
— Игнат Мефодьевич, я прошу заменить мне тарелку и распорядиться впредь ничего лишнего туда не добавлять, иначе мы никогда не придем к взаимопониманию.
— Какой ты неудобный, — проворчал он, делая знак, чтобы мою просьбу выполнили. — Скажи на милость, зачем тебе столько денег? В твоем возрасте мне было достаточно иметь наличку на кино и девочек.
— В моем возрасте вы не были главой клана. Я должен думать о его развитии. К примеру, обучение в «Крыльях Феникса» составляет три миллиона в год или девять миллионов за весь курс. А я планирую поступать туда еще с двумя соклановцами. А это уже двадцать семь миллионов. И что у меня остается от суммы с продажи вам артефакта? Жалкие крохи.
— Побойся бога, Ярослав, — оживился Мальцев. — Какие крохи? Огромнейшая сумма. И не факт, что вы туда вообще поступите. В этом году там будет огромнейший конкурс.
— Я в курсе.
После того как я убедился, что в супе не плавало ничего лишнего, я его все-таки попробовал. На мой взгляд, ничего особенного. Мама готовит куда вкуснее. Правда, я не исключал, что мы сейчас питаемся по специальной старческой диете: Мальцев — по предписанию врача, я — по необходимости уважать старших.
— Ах да, вы уже с Дианкой успели поцапаться, — неприятно закхекал он. — Она рассказывала.
— Мы не поцапались. Она почему-то посчитала, что сможет занять мое место, и позволила себе грубые высказывания. Я бы сказал, что она плохо воспитана.
Еще я бы сказал, что ей есть в кого быть плохо воспитанной, но не в этой компании.
— Она привыкла получать все, что хочет, — кивнул Мальцев, ничуть не обиженный моими словами. — Мог бы девочке уступить.
— У магов нет пола, как говорит известный вам друид.
Вот при упоминании друида мальцевское настроение сразу ушло в минус.
— Ты можешь эту олимпиаду не выиграть, — хмуро сказал он. — Я узнавал. У тебя не такая блестящая успеваемость, чтобы претендовать на первое место.
— У нас есть запасной план, — доверительно сказал я. — Выиграть соревнования этой школы. Правда, пока нам не хватает двоих в команду.
— Так берите Дианку, — внезапно оживился Мальцев.
— Зачем нам это надо? — удивился я.
— Поговорим как деловые люди, Ярослав? Я беру твой артефакт за пятьдесят миллионов.
— Пятьдесят пять, — поправил я. — Пять я набавляю за попытку меня отравить.
— Побойся бога, Ярослав, — возмутился Мальцев. — Какое отравить? Немного убеждения для достижения взаимопонимания. Я никогда не стал бы травить гостя. За кого ты меня принимаешь?
— За предусмотрительного человека, который старается использовать все возможности получить нужное даром. Но я не собираюсь спускать, когда эти возможности используются против меня. Будете использовать дальше — цена еще увеличится.
Некоторое время мы мерились взглядами. Наконец Мальцев кивнул.
— Я тебе недооценил, — признал он. — Так вот я беру твой артефакт за пятьдесят пять миллионов, а ты берешь Дианку в свою команду.
— У нас нет пятого, — напомнил я.
— Пятого я вам подберу из своего клана. Из кого-нибудь поперспективнее. Конечно, «Крылья Феникса» ему никто не оплатит, но сам факт участия зачтется.
— И все-таки я не вижу ни одной причины, по которой нам стоит взять вашу внучку и еще кого-то из вашего клана довеском.
— Я тебе могу сразу две назвать. Первая — получаете двух сильных магов в команду. Дианка в нашем роду одна из сильнейших, Андрей ей в подметки не годится. И пятым я абы кого не выдам. Я тоже заинтересован, чтобы внучка прошла. Вторая причина. Вы знаете, что происходит на этих соревнованиях? Нет? А я знаю и вам расскажу. Вы сможете прицельно подготовиться и пройти лучше всех.
— Я и так уверен, что мы пройдем лучше всех, — ответил я. — Зачем нам брать балласт? А ваша внучка, судя по ее поведению, будет именно балластом, который помешает нам выиграть.
— Я ей хвост накручу, будет тебя с полуслова понимать и в рот заглядывать, чтобы чего не пропустить, — усмехнулся Мальцев. — Но только на время соревнований. Дальше не обессудь, ваши пути разойдутся.
Я бы не возражал, чтобы наши пути и не сходились, но предложение казалось слишком заманчивым, чтобы от него отказываться.
— Я подумаю — наконец решил я. — Извините, Игнат Мефодьевич, но ваше предложение слишком неожиданно, чтобы его с ходу принять.
— Думай, думай, — заулыбался он. — Но лучшего варианта тебе не найти.
Интерлюдия 9— Гнать тебя, Паша, нужно, — почти ласково сказал Мальцев. — Ссаной тряпкой гнать с твоего места. Зря я столько лет тебе платил.
— Игнат Мефодьевич, в чем я провинился? — удивился Новиков, который не чувствовал за собой ни одного косяка. С тех самых пор, как он перестал пытаться что-то делать против Елисеева и только наблюдал.