Секреты серой Мыши
Жозефина больше не могла находиться в замкнутом пространстве. Гнев требовал выхода. Во дворце назревала очередная буря.
Выскочив в коридор, герцогиня решительно направилась в мужнину половину, по ходу движения выискивая жертву, на которую можно было бы излить первую волну ярости. Фрейлины крались за своей госпожой на безопасном удалении, а домашняя прислуга, наученная горьким опытом, пятой точкой заранее чуяла приближение грозы и пряталась по норам.
В пустом коридоре одиноко замершей цаплей обнаружился лишь секрктарь герцога с почтовым подносом в руках.
— Ваша светлость, — вытянувшись в струнку, но пытаясь сохранить самообладание, обратился он, — Среди утренних бумаг его светлости обнаружилось ещё одно послание для вас.
Прочитав имя отправителя, герцогиня, задохнувшись от возмущения, швырнула конверт обратно на поднос. В этой графе на нём красивым почерком было выведено: «Баронесса дю Белле».
— Эта гадкая девчонка после всего имела наглость прислать мне какую-то писульку?! — лицо Жозефины сперва абсолютно побелело и почти сразу стало наливаться краской, — Порвать!
Глава 70— Нет! Дайте сюда! — тут же спохватилась герцогиня, буквально выхватывая послание из рук онемевшего от страха секретаря, — Я должна знать, что ещё задумала эта подлая политиканша! Дайте мне нож!
В мгновение ока готовые ко всему фрейлины раздобыли замершей грозовой тучей госпоже нож для корреспонденции. Подрагивающей рукой Жозефина резко вскрыла конверт, из которого выпали… приглашения на королевскую свадьбу.
В этот самый момент в душе и голове женщины обрушились все привычные представления о жизни. Паззлы категорически отказывались складываться в общую картину. В горле мнгновенно пересохло от мысли о том, ЧТО секунду назад она велела уничтожить и от КОГО в её руки пришли заветные карточки.
Жозефина присела на ближайшую атласную козетку и, кажется, забыла о присутствии окружавших её фрейлин, погрузившись в размышления. Секретарь, пользуясь возникшим замешательством, предусмотрительно исчез с территории «боевых действий».
Герцогиня растерянно крутила в пальцах красивые надушенные открытки, перечитывала послание Таис и личную приписку инфанты…
— Как? Как эта молодая и совершенно не знатная девица сумела добиться такого расположения будущей королевы? — думала она.
Где-то в самой глубине души опытной в придворных делах дамы невольно шевельнулось то ли восхищение, то ли уважение по отношению к оказавшейся настолько предприимчивой баронессе. (Ей опять же и мысли не приходило, что всё это было достигнуто без всяких сложных интриг.)
Жозефина аккуратно вложила пригласительные обратно в конверт и задумчиво пошла обратно в комнату. Ей требовалось время на то, чтобы освоить новую информацию и хоть как-то найти ей объяснение.
Ничего не понимающие в произошедшей резкой смене настроения госпожи фрейлины, боясь спугнуть такую удачу, потихоньку потянулись следом.
К вечеру Жозефина решилась на серьёзный разговор с мужем о дальнейшей судьбе младшего сына. О чём и известила его светлость.
Генрих ждал её в своём кабинете, сосредоточенно разбирая деловые бумаги.
— Анри, нам нужно обсудить один очень важный вопрос… — не зная с чего начать и какие подобрать слова, заговорила герцогиня.
— Ты имеешь ввиду помолвку нашего Поля с баронессой дю Белле? — невозмутимо оторвав глаза от стола, абсолютно спокойно и даже как-то буднично спросил он.
— Так ты всё знаешь? — бедная герцогиня едва дар речи не потеряла от такой неожиданной реакции мужа.
— Конечно. — тем же ровным тоном ответил его светлость и уставился на жену внимательным взглядом.
— Но… — совершенно растерявшись, не нашлась, что сказать Жозефина.
— Дорогая. Если ты не забыла, я всё-таки хозяин этого дома. И, смею заметить, не плохой. — ровным голосом продолжил герцог. Затем не выдержал и всё-таки усмехнулся, — К тому же совсем недавно ты устроила такую громкую исте… м-м-м… бурю во дворце, что даже самый последний слепой, глухой и немощный слуга в нашем доме знал о её причинах. Да и последними новостями имеют обыкновение делиться не только твои кузины. Боюсь, при таком изобилии скучающих сплетниц в своём окружении, ты тем не менее совершенно не догадываешься о том, что происходит под носом — в родном герцогстве.
Женщине пришлось потупить глаза. В самом деле Генрих сейчас указывал ей на совершенно очевидные вещи.
— Так что же мы будем делать, чтобы не допустить этого опрометчивого шага со стороны Поля? — не слишком-то уверенно спросила она.
По инерции, мать всё ещё противилась мысли об этом браке, хотя полученные с письмом реальные доказательства, так сказать, полезности Таис в роли невестки, сильно пошатнули её упрямое сопротивление. Она просто не знала, на что решиться. Ответ мужа её удивил.
— Ничего. — коротко заявил тот.
— Как? Но она же…
— Баронесса? — Генрих многозначительно посмотрел на жену, намекая на её собственный родовой титул.
— Бедная. — с усилием произнесла она.
— Ха! Дорогая, твоя информация сильно отстаёт от реальной действительности. Эта девочка проявляет просто чудеса деловой хватки и по моим прогнозам, в не таком уж и отдалённом будущем сама сколотит себе приличное состояние. Помимо этого, за её спиной стеной стоит Марк Брюно. А это глыба. Хоть и вообще не дворянских кровей.
— Пф-ф! — фыркнула было Жозефина.
— Не пф-ф! — довольно резко одёрнул её муж, — А на таких людях наше герцогство держится. И связей и средств у него столько, что тебе и не снилось!.. Да где уж… оценить то, что люди своим горбом и терпением добывают…
— Но дорогой… — примирительно начала было герцогиня.
— Я сказал тебе своё мнение. — твёрдо пресёк продолжение всяческих дебатов на эту тему хозяин дворца. А потом с проскользнувшим грустной тенью скрытым в интонациях сожалением добавил, — И не смей вмешиваться в выбор мальчика и решать его судьбу. Довольно ему герцогинь де Лабонте. Я тебе запрещаю.
На этом разговор был закончен.
Жозефину сильно задело такое непривычно резкое обращение супруга к ней во время разговора. Но открыто перечить Генриху она не смела.
В конечном итоге, по приезде, Поль застал во дворце подозрительную тишину.
Никаких тебе намёков на традиционные приёмы по случаю приезда дорогого сына, никакого вообще оживления и обычной суеты. Неожиданно тихая и даже несколько смиренная герцогиня была совершенно не похожа на себя.
— Мама, всё в порядке? — в первую минуту даже испугался лорд, — Ты не заболела? Что-то с папой?
— Не беспокойся, сын — все благополучны.
— Тогда в чём дело? Почему в доме такое безмолвие?
— Приведи себя в порядок, дорогой. Я думаю, нам следует многое обсудить.