Вечный Хэллоуин
Генри, который в данный момент пробивал книги, задумался, и через несколько секунду ответил:
— Смесь британской и шотландской. — ответил Генри, не имея понятия, что такая порода уже существует и этот кот совсем на неё не похож. Но какая в общем разница? Ведь эти покупатели тоже не осведомлены в этой теме.
Пока Аластара пытали детские руки, Генри наблюдал за этим, чуть посмеиваясь. Когда покупка была осуществлена, и люди ушли, недовольный кот с взъерошенной шерстью запрыгнул обратно.
— Ну что? — поинтересовался у него Генри.
Аластар лишь кинул на него гневный взгляд и принялся приводить шерсть в порядок. Генри облокотился на барную стойку и задумчиво окинул взглядом улицу. Его мысли крутились вокруг завтрашнего дня, ведь именно завтра должно случиться ЭТО. Другой вопрос: расскажет ли он о случившемся Джеку? И поверит ли тот ему? Конечно, Джек ему поверит. Он всегда верит. И не будет против поверить во что-то сверхъестественное. С другой стороны, Генри втянет его во что-то неизведанное и, быть может, опасное.
Погода к обеду стала меняться. Снова начал дуть сильный ветер и несчастным листьям снова приходилось выплясывать в воздухе головокружительные танцы. Небо стало затягиваться серыми блеклыми тучами, грозящими не оставить землю сухой. Больше людей стало ходить с зонтами в руках и заранее надетыми дождевиками.
«Нет, пока не стоит втягивать в это Джека. Сначала лучше всё изведать самому.» — так решил Генри.
— А долго идти или ехать до этого портала? — решил разузнать парень.
— Нет. — протянул кот. — Он здесь, рядом с парком.
— Что?! — поразился Генри. — В Уоррене?
Аластар кивнул.
— В вашем городе очень любят Хэллоуин.
Он был прав. Уоррен сходил с ума перед концом октября. Не только дети и подростки, но и взрослые рядились в наряды ведьм и оборотней, радуясь лишнему поводу напиться за городом. Здесь серьёзно относятся к странным традициям праздника.
— И не удивительно, что портал образовался именно здесь. — продолжил Аластар.
— Если ты появляешься здесь уже с восемнадцатого века, то почему я раньше тебя не видел? — спросил Генри.
— Ну, — задумался кот. — я не так уж и часто вылезаю в этот мир. И если уж выхожу на свет, то мои похождения не ограничиваются Огайо. Тебе всего… Сколько тебе, кстати, лет?
— Завтра в 7 вечера будет 22.
Аластар восхищённо мяукнул.
— Идеально.
Генри уставился на кота в ожидании объяснений.
— Канун дня всех святых. — непонятно пояснил Аластар. — Именно в минуту твоего рождения ты должен зайти в портал. И тогда всё получится.
Кот махнул хвостом и спрыгнул на пол к ногам Генри.
— Что получится?
Но Аластар стал обнюхивать коробки под столом и бубнить что-то себе под нос.
— У тебя есть копчёная баранина? — вдруг спросил он.
— Нет. — тихо ответил Генри и вдруг взорвался. — Ты что шотландец?!
Аластар удивился реакции Генри. Его никто ещё за все триста лет о таком не спрашивал. Никакой национальности он себе не приписывал. Он появился из Зодиака2, откуда родом все фамильяры.
— Не знаю, я об этом не думал. — честно ответил кот.
Тишина и пустота встретили Джека. Он остался один дома. Часы громко отбивали секунды, и за окном выл ветер. Стало холодно, и жгучее желание убежать сковывало сердце парня. Мысли от страха утекли не в то русло, и перед Джеком вспыхнула яркая картина прошлого Рождества. Такой же оживлённый Уоррен, только в снегу и повсюду висят гирлянды, большие леденцы и ёлки и ещё ёлки, и пахнет глинтвейном… Сердце заныло от тоски по этому волшебному празднику. Но они ещё не пережили Хэллоуин. Рано думать о снеговиках и имбирно-пряничных человечках.
Тем не менее Джек улыбнулся, позволяя воспоминаниям и чувствам наполнять его. Он вспомнил снегопад. Вспомнил свежий воздух и запах елей. Вся куртка и шапка в снежинках, он идёт навстречу Генри. Он улыбается, и Генри тоже. Вокруг огни и слышится: «Всё, что я хочу на Рождество — это ты.» Румянец на щеках и приятный морозец. Генри смущённо отводит взгляд, любуясь магазинчиками, которые преобразились к празднику.
Они идут в кафе. Джек несёт чушь о снегоуборщиках, а Генри его слушает и смеётся. На них узорчатые свитера с оленями. Они напивают «Прошлым Рождеством»**. В помещение кожа согревается, и красные укусы мороза на щеках потихоньку пропадают.
— Ты будешь клубничные? — спрашивает Джек, хотя знает, что Генри всегда берёт именно их.
Парень рядом кивает, смотря на меню напитков. Как бы долго он не раздумывал, выбор всегда падал на глинтвейн.
— А я буду банановые. — словно хвастается зеленоглазый. — Ты уже определился?
Ещё один кивок, и официант уже уходит с полученным заказом. Между парнями образуется неловкая тишина. Генри перебирает темы для разговора, но каждый раз возвращается к одной из самых сложных. Он прикусывает губу, надеясь, что Джек первым займёт их языки чем-то лёгким. Но Джек молчит.
— Я решил уйти из университета. — негромко объявил-таки Генри.
Блондин сначала смотрит на него без каких-либо эмоций. Это даже пугает парня, и он начинает растирать ладони, уже жалея, что сказал.
— Что? — с чистым непониманием спрашивает Джек.
Получилось, что он пропустил мимо ушей тихий лепет друга, пока был погружён в свои мысли. Генри вздыхает и отводит взгляд, ища за что бы им зацепиться. Однако, выражение лица блондина, заставляет его повторить.
— Ты серьёзно? — на Джека накатывает шок. — Зачем?!
Генри не хочет объяснять. Он знает, Джек его поймёт, но он так боится передумать, боится, что запутается в своих мыслях. Эта идея ещё не высижена и под давлением критики может потерять смысл. Не продуманы детали, только размытый план.
— Ну, — неуверенно начинает Генри. — мне нравится на факультете литературы, но я не чувствую себя там уверенно. — парень стал ломать пальцы, запинаясь на каждом слове. — Я чувствую, что ограничен там и чему-то обязан.
— То есть тебе не хватает свободы? — уточнил Джек. — Это не проблема! — улыбнулся он. — Просто ходи на пары, слушай, записывай, сдавай работы, а потом приходи домой и читай что нравиться и пиши о том, что тебе нравится! Нужно просто подстроиться…
Генри застонал.
— Я устал. — опустил голову он. — Три года уже подстраиваюсь. Я не создан для рамок, не умею я засовывать свои эмоции в коробку определённого размера.
— Тебя только границы беспокоят?
— Нет! — пылко ответил Генри.
Ему бы не хотелось говорить о большем, но Джек один из немногих, кому он доверяет.
— Я, — парень густо покраснел, и стараясь скрыть это, съехал под стол.