Хошен императора

– А себя в расчет не берешь? – хмыкнул Ванька. – Полыхнула тут фиолетовым факелом, а я чуть не поседел в одночасье. И демона посчитай заодно – в собственном источнике растворился, когда я гниль вытянул и сжег. За столетья физическая оболочка иномирного монстра разрушилась, вот и существовал он, подселяясь в человеческие тела, пока не подобрался к самому императору.
– А люди? Много ли пострадавших? – Я вспомнила толпу народа, что набилась на площади, и ту магическую бурю, что бушевала недавно.
– Без жертв не обошлось, к сожалению, но большая часть не пострадала. Город тоже уцелел. И это только благодаря тебе и той защите, которую ты выстроила вокруг источников.
– Вот как? – немало удивилась. – Выходит, мы справились? Не понимаю, как это получилось?
– Самому интересно, – парень задумчиво почесал макушку, сдвинув при этом императорский венец набок. – В момент схватки мной будто бы управляла неведомая сила и подсказывала, что и как нужно делать.
Я присмотрелась к Ивану, замечая золотую императорскую печать на виске, символизирующую союз семи стихий. Что-то не замечала такой у Романовых! Да и откуда ей взяться, если они – не маги, а значит, ни разу не ступали в источник, чтобы соединиться с ним.
– Назовем это волей Бога, вмешательством высших сил или коллективным сознанием. – С легкостью создала в воздухе овал зеркала, чтобы посмотреть на себя и убедиться, у меня на виске красовалась такая же метка. – Мир избавился от мерзких паразитов и язв на израненном теле, а мы лишь помогли это осуществить. А где Хо`шен? – коснувшись рукой шеи, не обнаружила заветного кошелечка.
– Исполнил предназначение и исчез? – предположил Ванька, и я с грустью кивнула, сожалея лишь о разлуке с отважным мальчишкой, поклявшимся в верной службе.
Но в этот момент энергия магического потока легким ветерком прошлась по волосам, обласкала кожу на щеке, согревая теплом, нежностью и забирая печаль. Это послужило напоминанием, что ничего не исчезает бесследно. Маленький герой заслужил успокоения или же перерождения в новом теле. Надеюсь, что и остальные обитатели обретут второй шанс.
Из источника мы вышли, крепко взявшись за руки и сияя счастливыми улыбками. Споры между князьями стихли, и все, как один, склонились перед новым императором.
Помоста и части площади не существовало, близлежащие дома зияли провалами окон и разрушенными крышами, но уцелевшие островки земли до отказа заполонили люди. Им бы бежать подальше, чтобы не попасть под горячую руку сражающихся магов. А эти наоборот – лезут в пекло, чтобы полюбоваться на пожар.
– Я знаю, что мы сделаем, – оглядевшись по сторонам, заговорщически подмигнула избраннику. – Восстановим дома и вернем площади прежний облик. А на этом месте построим великий храм и возведем под каждую стихию отдельную башню. А князья, которых сегодня магия связала с источниками, станут охранителями. Хранителями силы, истории и бесценных знаний. С этого момента начнется новая страница нашей жизни.
– Любовь моя, – Иван повернулся ко мне, захватил лицо в плен ладоней и впился поцелуем в губы под радостный рев толпы. – Верю, теперь получится все, чтобы мы ни задумали. Ведь у меня есть главное сокровище – мой обожаемый и горячо любимый талисман, приносящий удачу и оберегающий от всех напастей.
 
Эпилог
Победа над древней тварью далась немалой ценой. Погибли молодые ребята, гвардейцы, горожане, восемь золотых родов потеряли глав семейств. На разрушенной площади, рядом с бьющими из-под земли источниками князья во главе с Патриархом провозгласили Ивана императором. Главный светоч благословил государя и новый союз великих князей, которые в дальнейшем войдут в Малый совет или совет Хранителей. Первым же указом император приказал вписать в золотую книгу родов Российской империи Забелиных, Демидовых, Орловых, Мекленбургов, Пожарских, Шумских и Леви. Великому князю Леви, представляющему ашкеназский народ, Иван предложил принять подданство и войти в состав государства.
Получить собственный источник, земли, воспитывать потомство в мире и согласии, не опасаться гонений, разве не к этому стремится каждый род? От таких предложений не отказываются, тем более, что следующим распоряжением Алим назначался на должность канцлера, а таковым мог быть только подданный Российской империи. Чин действительного тайного советника первого класса, по сложившейся традиции, Иван оставил за князем Стужевым. А вот Игнат отказался от чести возглавить армейские подразделения, сделав выбор в пользу семьи и рода. Сколько бы лет жизни ни отмерила судьба Елизавете, а каждую драгоценную минуту брат собирался провести вместе с ней и детьми. И наша скромница ничуть этому не возражала, купаясь в любви и трепетной заботе обожаемого супруга.
Савве Никитичу Полозьеву было пожаловано звание мастера и предложено место придворного артефактора. Ну, а Варфоломей стал личным ювелиром императорской семьи. Мусечка возглавила штат фрейлин в чине первой статс-дамы, чем очень гордилась и пообещала, что все у нее по струнке будут ходить.
Последний день уходящего года выдался чрезвычайно насыщенным трагическими и историческими событиями. И в то же время это был канун праздника. При таком скоплении магов, разрушения на площади устранили за пару часов. Великие князья не побрезговали восстановить брусчатку, нарастить стены и залатать крыши. Вокруг источников временно возвели стены из льда и установили защиту, чтобы обычные люди не испытывали дискомфорта.
Не забыли и о героях, павших в битве с демоном. Будущий храмовый комплекс над источниками решили назвать Егорьевским, чтобы память об отважном мальчишке с чистым сердцем сохранилась на века. Также в его честь учредили орден-артефакт «Святого Егория» – наивысшую награду за «Верность и веру» империи и императору. А за «Храбрость и отвагу», проявленную перед лицом смерти Александром Саржиным, ввели воинскую награду «Александровский крест» четырех степеней. Пока великие князья трудились над восстановлением столицы, дед и внук Полозьевы из чистых алмазов, взятых из месторождения в Левино, золота и серебра создали первые образцы новых наград.
Перед тем, как объявить начало празднований, Иван, облаченный в белоснежный, воинский, парадный китель, призвал собравшихся гостей почтить память погибших минутой молчания. Давний земной обычай прежде тут не использовался, поэтому Ванька охотно ввел его в обиход, стоило только рассказать о нем. Затем на трибуну, что заново возвели для императора, вызвали Гаврилу Силантьевича Урядова. Отец Лизы сильно сдал, узнав о гибели приемного сына, и не сдерживал слез, когда Иван рассказывал о подвиге, который совершил мальчишка. С величайшим благоговением он принял из рук императора орден и с гордостью за сына занял место среди почетных гостей и первых лиц империи. Чуть позже, награжденные «Александровским крестом» первой и четвертой степени, к нему присоединились главы теперь уже серебряных родов Саржин и Сафонин. Отдавая последние почести, гвардейцы совершили троекратный залп из мушкетов, а маги-воздушники запустили в небо иллюзии с изображениями героев и фрагментами батальных сцен.