Хошен императора
Только не это!
Я с ужасом огляделась, понимая, что влипла по полной программе. Мрачное подземелье, пропитанное ароматом жженного воска и тяжелых благовоний, за которым угадывались сладковато-гнилостные запахи смерти. Меня привязали к столбу рядом с каменным изваянием уродливого монстра. Похожего я видела в усадьбе Юшина. Слава Богу, источника тут не было, зато имелся алтарь из черного камня, покрытый бурыми потеками. Статуя, высотой в потолок, с мерзкой мордой и массивной нижней челюстью, отвисшей до пола, стояла в центральной части подземелья. Два двухметровых клыка, расположенных по бокам раззявленной пасти, как раз и выполняли роль столбов, к которым привязывали жертв. На соседнем, не подавая признаков жизни, висел светоч.
– Лука! – позвала жреца осипшим после удушья голосом. Мужчина даже не шелохнулся.
– Наами, ты здесь? – меня окликнули из темноты.
Свечи и факелы освещали площадку с алтарем перед статуей, а темные закоулки и стены оставались в тени. Я присмотрелась, с трудом различая фигурки девушек, закованных в цепи.
– Оля? Ты в порядке? – рванулась навстречу, отчего веревки болезненно впились в кожу. Вместо ответа раздался звук удара и сдавленный всхлип. – Эй, что происходит? – Я заметила фигуру в темном балахоне.
– А ты? Разве? Не догадываешься? – темник приблизился, разговаривая вкрадчивым шепотом. Объемный капюшон ниспадал на лицо, но я без труда вычислила, кто скрывался под ним.
– Корсаков, ты хоть понимаешь, что натворил? Убийство не сойдет тебе с рук! Немедленно отпусти нас!
– Серьезно? А раньше сходило! – парень расхохотался, откидывая ненужную часть маскировки. – И знаешь, в этом есть что-то притягательное: крики, стоны, мольбы о пощаде. «За что, я же ничего не сделала!» – заверещал мерзким голосочком.
– Ты – псих! Скоро сюда прибудет отряд паладинов света и хорошенько тебя поджарит.
– Поджарит? Ха! Сильно сомневаюсь, что они, вообще, нас найдут.
– Мы же нашли.
– Я специально оставил следы, – Михаил ухмыльнулся. – А как вам приманка? Если бы антимаг не обезвредил часть ловушек, Смагина осталась бы жива. Вот умора! Вы сами же и добили девчонку. Здорово я придумал?
– Больной на голову идиот! Что тебе от нас нужно?
– От тебя, Наами, только от тебя! – ехидно поправил граф. – Нужно, чтобы ты собрала артефакт.
– Нет! Я лучше умру, чем сделаю это.
– Не умрешь, – с глумливой улыбочкой парень приблизился и подцепил пальцем невзрачный мешочек, болтающийся у меня на шее. – Мы этого не позволим. А ты, рано или поздно, выполнишь все, что потребуется. И чем позже согласишься, тем больше твоих друзей и знакомых пострадает.
– Пошел ты! – процедила сквозь зубы и плюнула в рожу мерзавцу, но он лишь снова громко расхохотался.
– Как же мне нравятся такие упрямые, дерзкие. Интересно, как долго ты продержишься? С кого начнем? Кто тебе дорог? – Смахнув плевок, он вытер руки о мою одежду. Затем прижался лицом к моей щеке, потерся носом, вдыхая запах, и прошептал на ухо: – Ты пахнешь страхом. Ну же, будь послушной девочкой, достань кинжал.
Катись в бездну, придурок! – Меня передернуло от отвращения.
Страх липким потом проступил на коже, но не за себя, а за девчонок, мучая которых Корсаков мог на меня повлиять. Для артефакта подходила Полина Лазарева, маг воды. Камни душ со стихиями огня и воздуха уже были заняты. Значит, остальным предназначалась роль жертвенных овец.
– Только вместе с тобой, На-ами! Сейчас повеселимся. – Михаил направился к пленницам.
Я расслышала, как звякнули кандалы и загремели цепи, на которых висели девушки. Корсаков подхватил кого-то и потащил к алтарю. Пока он отвлекся, я попыталась воспользоваться магией, чтобы освободиться и помочь остальным. Руки, туго стянутые веревками, затекли и не слушались. Помимо этого, темная энергия, разлитая тут повсюду, давила и мешала сосредоточиться.
Увидев, кого Михаил уложил на жертвенный камень, едва не рассмеялась. Мессалине там самое место! Расплата за предательство. Парень сноровисто затянул кожаные ремни на руках и ногах безвольной девушки, запрокинул и крепко зафиксировал голову, обнажив беззащитную шею. Затем похлопал Месс по щекам, чтобы та очнулась, а, когда это не помогло, окатил водой из ведерка. Видно, и меня тем же способом в чувство приводил. Осознав, что происходит, Мессалина забилась, закричала, умоляя ее отпустить.
– Атти! – заметив меня, девушка выгнулась, уставилась умоляющим взглядом. – Атти, помоги, прошу!
– Помочь? А как ты себе это представляешь? Проси лучше хозяина, которому продалась. Это ты помогла заманить нас в ловушку!
– Но я… – Огромные глаза графини наполнились слезами. – Я не виновата! Меня заставили. Пожалуйста! Это он! – Силясь оторвать голову от камня, Месс указала на Михаила. – Он отдавал приказы. Граф Корсаков заставлял шпионить и рассказывать о тебе.
– Вот как? И когда же это началось? – Учитывая, способности Милославских, как кукловодов и манипуляторов, я не удивилась признанию.
– В академии, на третий день после того свидания в театре. Я сама не поняла, как пришла к нему в комнату.
– Ничего сложного, она ведь сама хотела угодить и заслужить мое расположение. – Корсаков самодовольно усмехнулся и похлопал Месс по щеке. – Вот теперь и послужишь напоследок.
– Не-ет, – девушка захлебнулась криком, когда мучитель нарочито медленно нанес первые порезы.
– Прекрати это! – не выдержала я. – Хватит!
– Что ты, Наами? – изумился Михаил. – Я же только начал. Впрочем, можешь оборвать ее мучения одним ударом. Твой кинжал жаждет крови и человеческих душ.
– Нет, пожалуйста! Не убивайте, – запричитала Мессалина и взвыла на высокой ноте, когда палач продолжил мерзкое занятие.
Я зажмурилась, не в силах смотреть, что творит спятивший студент. Расчет у него простой и до отвратительного понятный – причинять боль до тех пор, пока Месс сама начнет умолять о смерти. Человек с нормальной психикой не выдержит и пяти минут в этом аду.
– Стой! Я согласна. Развяжи руки, и я достану кинжал, – крикнула, понимая, что не способна безучастно наблюдать за происходящим.
Теперь я на себе прочувствовала и осознала, как мама повредилась рассудком. День и ночь слушать агонизирующие вопли и не свихнуться – невозможно. Врагу такого не пожелаешь. Месс хоть и вела себя неразумно, но не заслужила подобной участи.
– Фи, как быстро, – наигранно огорчился Корсаков. – А я-то думал, подольше продержишься. Графиня предала тебя! Заманила друзей в ловушку. Неужели не хочешь, чтобы она получила по заслугам?
– Предала, когда ты внушил это сделать? – я покачала головой. – Нет. За собственную глупость Месс расплатилась сполна.
– А это уже не тебе решать. – Парень приблизился, придирчиво осмотрел меня с головы до ног.