Дерзкое требование невесты

Поллианна тепло улыбнулась в ответ. Это была ее первая искренняя улыбка за вечер.
Он заметил, что брат назвал инициатором переезда именно его, подчеркнув тем самым, что Поллианна не имела права голоса в этом вопросе. Так оно и было. Александрос видел, как несчастна его жена в доме свекрови, поэтому нарушил семейные традиции многих поколений и купил им дом и отделал его по собственному проекту.
Мать заверила, что его жене понравится, поскольку сама Поллианна, по ее мнению, мало что смыслила в дизайне интерьеров.
Его жена восприняла новость о переезде в загородную виллу, мягко говоря, без восторга, а скорее в штыки. Ему придется каждый день летать на работу в город.
На самом деле их спор о том, где они будут жить, был последней крупной ссорой, которую он мог вспомнить со своей чересчур эмоциональной в то время женой. Он думал, что она наконец-то освоилась с ролью жены миллиардера и поняла, что он действует в ее же интересах. Но, как выясняется, он только сейчас понял, какую цену заплатил за переезд.
- Александрос не откладывал рождение детей, - сказала его мать, явно не одобряя позицию Петроса в этом вопросе.
Коррина, казалось, хотела что-то сказать, но передумала. Она лишь покачала головой и крепко сжала губы.
- Ты что-то собиралась сказать? - спросил Александрос, все еще не оправившись от осознания того, что его невестка жалела его жену за ее выбор мужа.
- Не важно, - отмахнулась было Коррина.
- Но мы семья, - настаивал Александрос. - Говори, что у тебя на уме.
Поллианна насмешливо хмыкнула, чем нимало удивила мужа.
Она давным-давно перестала реагировать на семейные разговоры. Он думал, что ее отношение к его матери и сестре изменилось.
Неужели Поллианна просто оставила попытки заставить его принять ее точку зрения?
Коррина бросила на него настороженный взгляд.
- Я только собиралась сказать, что, если бы мужчины понимали, что значит беременность для женщины и насколько тяжело для твоей жены вынашивать ребенка, вы могли бы на самом деле подождать заводить детей.
- Какая глупость, - заметила свекровь. - В этом главное предназначение женщины. И не стоит считать моего сына эгоистом, если он ожидает, что его жена подарит ему наследников.
- Моя жена не считает Александроса эгоистом, - раздраженно возразил матери Петрос.
В этот момент в накалившуюся ситуацию вмешалась Поллианна, выступив в роли миротворца.
- Мне нравится роль матери, - обратилась она к Коррине. - Я знала, на что шла, решив родить второго ребенка. - А затем безмятежно улыбнулась свекрови: - Уверена, вы не хотели критиковать ни Коррину, ни Петроса за их желание повременить с наследниками.
- Конечно нет, - согласилась свекровь.
Хотя Александросу было очевидно, что мать явно лукавит. Петрос тоже не поверил матери, судя по выражению его лица. А вот Коррина немного расслабилась, приняв слова невестки за чистую монету.
- Ты прекрасная мать, - заметила Коррина.
- Спасибо, - улыбнулась в ответ Поллианна. - Хелена главная радость моей жизни.
Было время, когда она говорила, что главная радость ее жизни - это Александрос и их брак, но сейчас он затруднялся вспомнить, когда в последний раз слышал от нее эти слова.
Вошел дворецкий и пригласил всех в столовую, положив тем самым конец напряженной беседе. За столом Поллианна вновь постаралась направить разговор в безопасное русло, не реагируя на колкости свекрови и золовки. Неужели так было всегда и он игнорировал это в угоду семейному миру?
 
 
* * *
 
Только в одиннадцатом часу они наконец сели в лимузин, чтобы отправиться на вертолетную площадку и вернуться домой.
Александрос кипел весь вечер и едва дождался момента, когда они остались наедине.
- Не могу поверить, что ты выставила меня невнимательным мужем перед моей семьей.
Поллианна печально улыбнулась:
- А ты считаешь, что это не так?
- Когда это я тобой пренебрегал? - требовательно спросил он, проигнорировав вопрос жены. - Посмотри на меня. Я хочу видеть твои глаза, когда мы разговариваем.
Она подняла на него усталый взгляд.
- Разве когда-то было по-другому?
- Я внимательный и заботливый муж, - гнул свое Александрос.
- Как скажешь. - Она откинулась на подголовник и прикрыла глаза.
- И не нужно со мной спорить, - упрямо добавил он.
- А ты заметил, что я в последнее время вообще редко спорю с тобой о чем-либо, Александрос? И вообще, к чему этот разговор? Чего ты от меня хочешь?
- Хочу, чтобы ты признала, что я хороший муж, - не сдавался он.
И тут Поллианну прорвало. Она резко повернулась к мужу. Ее фиалковые глаза гневно сверкнули.
- Александрос, я на шестом месяце беременности и мама очень активной малышки. Даже без всех этих комитетов, которые я возглавляю и в работе которых активно участвую, я чувствую себя измотанной, а не просто усталой. - Она положила руку на свой округлившийся живот. - Во мне развивается новая жизнь. И я по-прежнему страдаю от приступов тошноты. Я не могу долго сидеть даже в самом удобном кресле, потому что тянет поясницу. Мне бывает больно ходить и стоять. Прямо как во время моей первой беременности. Но ты все еще настаиваешь, чтобы я посещала стилиста, дабы достойно выглядеть на этих скучных семейных ужинах, присутствие на которых к тому же требует почти часового полета на вертолете в одну сторону.
- Я и подумать не мог, что это настолько тяжело для тебя, - растерянно ответил он.
А стоило бы подумать, чертыхнулся он про себя.
- Естественно, ты ни о чем таком не думал, а если бы и подумал, что изменилось бы? Тебе всегда было все равно. Ни разу за все пять лет нашего брака ты не считался и не советовался со мной, принимая решения. Плохой муж, говоришь? Нет, ты не просто плохой, ты ужасный муж.
Александрос на миг остолбенел от подобных обвинений и несколько долгих мгновений молчал.
- Если я такой ужасный, почему ты не разведешься со мной? - спросил он, неожиданно испугавшись, что однажды, возможно, она именно так и поступит. Он давно понял, что материальные выгоды от брака с миллиардером ее не интересуют. Что же удерживало ее замужем за тем, кого она считала несостоявшимся мужем?
- Ты только сейчас задаешь себе этот вопрос? - Она вздохнула. - Мы связали себя клятвами перед Богом, и я не могу их нарушить просто так. У нас есть общий ребенок и скоро будет второй. С момента зачатия первенца я перестала принимать решения, думая только о себе.
Он не сомневался, что она говорила правду, но перечисленные причины казались ему недостаточными.
- Значит, ты останешься замужем за мной, несмотря ни на что? - Это никак не вязалось с его когда-то мятежной и страстной женой.