Удали меня из памяти
— Дождь! Вставай!
Алёна спохватилась и начала собирать стол, беспорядочно засовывая продукты в пакеты. Кирилл суетливо помогал, собирал мусор и вещи. Дождь не оставил им шанса, через несколько секунд превратившись в косой ливень, ставший между ними стеной, не пощадил никого и ничего.
— Аааа, — с визгом кричала Алёна, разбавляя вопли обреченным смехом.
Кир схватил пакеты, её руку и потащил к машине, бегом они преодолели расстояние до передней двери. Наконец-то осознав, что эти пакеты и не нужны были вовсе, бросил их на траву, открыл дверцу и постарался запихнуть туда вымокшую до нитки девушку. Только вот она воспротивилась. Переведя на неё недоуменный взгляд, он замер в ожидании.
— Садись в машину! Быстрее!
— Как я сяду? Посмотри на мой вид!
— Да х… Бог с ним! Ты заболеешь!
Ливень прошел волной, остатки заметно посветлевших туч выливались теплым грибным дождиком. Алена убрала его руку с дверцы и решительно её захлопнула. Никогда в её душе так не бушевало, было наплевать на дождь, на то, что мокрая до нитки, что может заболеть. Настоящий пожар поглощал внутренности, когда она смотрела на его мокрые волосы, свернувшиеся в темные спиральки, на капли, стекающие по смуглой коже лица. От того, что он суетится и переживает за неё, трепетное волнение разливалось потоками по венам. Никогда мужчина так себя не вел по отношению к ней, а может она ошибается, в любом случае, тогда это было совсем неважно.
Очень медленно она приближалась к его лицу, наслаждаясь хищным блеском карих глаз из-под склеившихся, когда-то бывших пушистыми, ресниц. Мужские руки властно притянули к себе, прижали податливое тело к тугому торсу, рот жадно захватил открытые навстречу пухлые губы. Они целовались в приближающихся сумерках под дождем, не обращая на него внимания, а может быть наоборот, он будоражил ещё больше. Их руки нетерпеливо блуждали по отрытым участкам кожи, пытались зарыться в волосы, приласкать, ощутить, завладеть, прижать к себе теснее. От сводящего с ума влечения Алёну пробила дрожь, заставившая парня прийти в себя.
— Замерзла дурёха, — улыбаясь, прошептал он.
— Чуть-чуть, — она улыбнулась в ответ и напоследок мягко прикоснулась к его губам.
Кирилл открыл заднюю дверь машины:
— Залезай. Снимай мокрую одежду. На сиденье моя куртка, надень пока её. Я посмотрю, может в багажнике есть пригодное одеяло.
Глава 12Когда с обратной стороны закрылась дверь, девушка сняла толстовку, повесила на сиденье впереди себя и закуталась в мужскую ветровку, оказавшуюся больше на два размера. Кирилл вернулся, завел двигатель, включил климат контроль и примостился рядом на заднем сиденье.
— Одеяла нет, прости. Сейчас будет тепло, согреешься, и вещи немного подсохнут, — с этими словами он опустил взгляд вниз и недовольно нахмурился. — Сними мокрые брюки!
— Они почти сухие.
Алёна уткнулась носом в воротник его куртки и с наслаждением вдыхала аромат мужского парфюма. Запах пьянил и кружил голову, даже мокрые брюки казались нестоящими внимания.
— Алён! Сейчас же сними!
— Сколько?
— Что сколько? — Кирилл напрягся.
— Сколько ты дашь за то, чтобы я их сняла?
Кирилл сложил руки домиком на переносице и пренебрежительно посмотрел на девушку. Та уселась полу боком, подогнув под себя левую ногу, положила голову на спинку сидения и с невозмутимым выражением лица принялась ждать ответ.
Кирилл неожиданно развеселился:
— Так вот в чем дело?! А всё думаю, что с тобой сегодня. Представляешь, целый вечер думаю! Как будто мне подумать больше не о чем! — последнюю фразу он процедил сквозь зубы, глядя в прищуренные глаза.
Алёна нахмурилась, его реакция была неприятна, она рассчитывала, как минимум, на замешательство, как максимум на стыд.
— Снимай штаны! Или я сделаю это сам! — прошипел раздраженный юноша.
— Шёл бы ты лесом, Руднев …
Она и отреагировать не успела, как сильная мужская рука схватила её локоть и дернула на себя. От неожиданности не удалось удержать равновесие, Алёна с размаху впечаталась носом в его шею. Кирилл отвел захваченную руку себе за спину, крепко удерживая и тем самым прижимая девушку еще сильнее, свободной рукой с ловкостью иллюзиониста развязал шнурки на брюках.
— Да что ты …?! Как ты?! Что ты себе позволяешь?! — Алёна пыталась сражаться, уперев ладонь ему в грудь, старалась отодвинуться подальше. Двусмысленная собачья поза, в которой она оказалась, совершенно не воодушевляла.
— Тихо! Угомонись! — он стаскивал одежду с её оттопыренной попы. Мокрая, оттого тяжелая, ткань прилипала к коже и стягивалась с трудом. Цель была близка, захват ослаб, и Алёна рухнула на кожаное сиденье, будучи в одних трусиках, брюки остались висеть на коленях. Переводя злобный взгляд с них на ухмыляющегося парня, она нервно сопела и пыталась решить, что делать дальше.
— Ещё раз ко мне прикоснешься …!
— Что будет? — Кирилл нахально улыбался, рассматривая голые бедра.
— Увидишь! — словно змея шипела обиженная.
— Вот сейчас сразу и посмотрю.
Он попытался приблизиться, но ощутимо схлопотал кулаком по плечу. Попытка самообороны раззадорила и даже повеселила.
— Неужели ты думаешь, что у тебя есть шанс со мной справиться?!
Кулак прилетел еще раз, теперь в грудь. Парень заливисто рассмеялся, слегка откинув голову назад. Алёне представилась возможность рассмотреть его белоснежные зубы во всей внутренней красе.
— Немедленно отвези меня домой!
— Не могу, — открытая улыбка озаряла самоуверенное лицо.
— Почему?
— Ты голая! Как ты выйдешь из машины? Представь лицо консьержки, рассматривающей из-под спущенных очков, полуобнаженную особу в мужской куртке.
Девушка начала порывисто натягивать злосчастные штаны, чужая ладонь схватилась за мотню и рванула вниз. От предмета одежды осталось лишь мокрое серое нечто, повисшее на кроссовках.
— Молодец! Мужииииик! — Алёна плотнее сомкнула ноги и скрестила руки на груди, вперив в того самого мужика осуждающий взгляд.
— Дальше сама?
— Ну уж нет. Заканчивай, раз начал.
Приторно улыбаясь, Кирилл осторожно вынимал её обувь из брючин, не забывая посматривать в сверкающие злобой глаза. Комок полетел вперед и шмякнулся на водительское сиденье со смачным шлепком, характерным для насквозь мокрой тряпки.
— Что дальше? — с обречённым вздохом спросила девушка.
— Дальше снимай обувь и иди ко мне.
Алёне резко перехотелось противиться, его протянутая ладонь манила и обещала притянуть к себе, как только она вложит в нее свои пальцы.