Остров

– Онор, проснись! Все хорошо, я…
Слова застревают в горле, когда Дэнни замечает нечто ужасное – по всему телу его девушки ползает с десяток тарантулов размером с ладонь.
– В чем дело? – сонным голосом спрашивает Джесси за спиной. – Почему она кричит? Что происходит?
Двойняшки тоже проснулись и недоуменно ворчат. В панике Дэнни начинает скидывать пауков со спального мешка Онор. Слышно, как выбирается из хижины и суетится в темноте Майло.
– Что ты делаешь? – шипит Дэнни.
– Пытаюсь найти факел.
– Вроде Джефферс его забрал.
– Черт!
Адреналин кипит в крови, Дэнни продолжает скидывать мохнатых монстров, а Онор по-прежнему брыкается в плену кошмара. Прогнав наконец всех пауков, он хватает любимую за плечи и притягивает к себе. Ее ресницы вздрагивают, веки медленно открываются.
– Дэнни? В чем дело, почему ты так на меня смотришь? Что происходит?
Он лишь качает головой, не в состоянии говорить.
– Чел… – напряженно тянет Майло. – Со стороны казалось, что ты ее бьешь…
– Я… скидывал с нее… – Дэнни замолкает. Если рассказать Онор правду, она больше не сможет спать в хижине.
– Говори! – Онор вырывается из его объятий и садится. – Ну же, в чем дело?
Дэнни вновь качает головой и жмурится, пытаясь избавиться от кошмарной картины: огромные мохнатые пауки с яйцевидными телами и длинными волосатыми лапками ползают по спальному мешку его любимой.
– Дэнни, говори правду, иначе между нами все кончено!
– Тарантулы, – выдыхает тот. – Они были повсюду и…
Окончание фразы заглушает новый крик Онор.
 
Глава 13 
 Джесси
Четвертый день на острове

На следующее утро мы тщательно осматриваем каждый клочок хижины для сна и прилегающей территории.
– Чисто, – твердо говорит Майло, распрямляясь и потирая затекшую поясницу. – Видать, ты их распугал, Дэн.
Плотно обхватив себя руками, Онор отходит подальше от хижины, чуть ли не наступает на потухший костер. Она укуталась в худи Дэнни, натянула на голову капюшон и завязала под самым подбородком.
Никто из нас сегодня ночью почти не спал. Вообще-то я не страдаю от арахнофобии, тем не менее стоило Дэнни произнести слово «тарантул», и я вылетела из хижины быстрее пули. Мэг кинулась вслед за мной, да и остальные не заставили себя ждать.
Костер и факелы потухли. Как бы Дэнни ни уверял Онор, что избавился от всех пауков, она наотрез отказалась возвращаться в хижину. Майло хотел сходить к Джефферсону и попросить у него факел, но передумал, едва Мэг напомнила о змеях, на которых он может запросто наступить в темноте. Мы пытались еще немного поспать, свернувшись вокруг затухшего огня, однако страх и тревога не давали заснуть, и мы пролежали в молчании до самого рассвета.
Дэнни огибает хижину и замирает, уставившись в песок.
– Чего? – настораживается Майло. – Нашел что-то?
Тот приседает.
– Следы от ботинок… Они были тут раньше?
Все подходят ближе. Никто из нас не носит ботинок – мы все каникулы не вылазим из шлепанцев.
– Они были тут раньше? – вновь спрашивает Дэнни, касаясь песка. – Кто-нибудь замечал?
Холодок пробегает по спине. Неправда, не все носят шлепки. Один из нас прибыл на остров совсем в другой обуви.
– Джефферс ходит в ботинках, разве нет? – Дэнни будто прочел мои мысли.
Я обмениваюсь обеспокоенным взглядом с Мэг. Судя по выражению ее лица, мы думаем об одном и том же: Джефферс ни за что не стал бы подкрадываться к нам среди ночи и закидывать Онор пауками. Нет, совершенно исключено.
– Дружище, к чему ты клонишь? – спрашивает Майло.
Дэнни выпрямляется.
– Ни к чему я не клоню. Просто, по-моему, надо с ним поговорить, согласитесь?
Я не могу этого допустить и зову Майло:
– Можно тебя на минуточку?
Мы отходим от остальных, босиком бредя вдоль пляжа. Майло прихрамывает – боль в лодыжке утихла, но не прошла полностью. Когда мы отдаляемся на достаточное расстояние, я присаживаюсь и жестом подзываю к себе.
– В чем дело? – У него на лице отпечатались полоски, под глазами залегли темные круги, однако губы изгибаются в нежной улыбке.
– Из лагеря кое-что пропало.
– А?
– Вчера вечером рядом с хижиной лежали два топора. Я еще подумала, нужно их убрать, чтобы никто не наступил.
Майло пожимает плечами:
– Ничего страшного.
– Ты не понимаешь. Их там больше нет – кто-то забрал!
Он бросает взгляд на лагерь, где Мэг с Онор о чем-то серьезно беседуют, а Дэнни сидит в стороне, уставившись на пепелище костра.
– Уверена?
– На все сто.
У него вдруг расширяются глаза.
– Черт! Думаешь, тот, кто бросил на Онор пауков, забрал топоры?
– Не факт. Тем не менее если следы действительно принадлежат Джефферсону, возможно, он приходил за топорами и заметил что-то подозрительное.
Майло поднимает плоский камешек и запускает в море; тот три раза подпрыгивает на поверхности, прежде чем исчезнуть под водой.
– Понимаю. Нельзя говорить Дэнни о топорах. Он сложит два и два и получит…
– …пять.

Найти Джефферсона удается не так уж легко. Сперва мы замечаем его лагерь – между деревьями натянут гамак со свернутым спальным мешком, на толстой ветке висит рюкзак, а чуть в отдалении пылает костер, рядом с которым лежит топор – один из тех, что он забрал у нас. Однако самого Джефферсона там нет, и мы продолжаем поиски. Путь нам подсказывают удары топора и треск веток. Мы находим друга, только пройдя в глубь джунглей на порядочное расстояние. При нашем появлении он сперва испуганно подпрыгивает, а затем молча возвращается к прерванному занятию – в очередной раз замахивается топором.
Майло подходит к нему ближе.
– Слушай, Джефферс, ты, случайно, ночью в лагере никого не видел? Может, кто-то притаился в кустах или ходил по пляжу?
Джефферсон опускает топор.
– В смысле посторонних?
– Ну да. Ночью в лагере… в нашем лагере случилось нечто странное, и мы… пытаемся разобраться, что именно произошло.
– В каком смысле странное?
– Джефферс, – подключаюсь я. – Мы знаем, ты возвращался за топорами.
У него краснеет горло, он с трудом глотает.
– Мы не возражаем, – быстро говорит Майло. – Нам все равно. Но если ты кого-то видел, то должен…