Попаданка в Академии фей. Неудачница

– Невеста, – кивнул Кайл и надел ошарашенной фее на палец кольцо, а затем подхватил туфли, взял на руки саму арестантку и понес к выходу.
Фейри отнес Майю к мотолету, сел впереди и завел мотор.
Вслед раздался крик инспектора:
– Из Дарквуда никуда не уезжать! За подозреваемую отвечаете головой!..
Мотолет оторвался от земли, заглушая звуки. Майя одной рукой обняла фейри и с замиранием следила за тем, как они отдаляются от мрачного дома инспектора полиции, ставшего на эту ночь ее тюрьмой. Хоть Кайл с ней и не говорил, на сердце было легко и спокойно. Он пришел, увез, спас.
А вскоре беглецы приземлились возле того самого дома, где прошло их незабываемое свидание. Кайл опять подхватил фею на руки и отнес на второй этаж, в ванную комнату. Он молча закрыл дверь, а Майя заметила на вешалке свою одежду. Что ж, объясниться можно и позже, а сейчас хорошо бы смыть с себя пыль темницы и проблемы, которые как-то разом навалились.
В это время Кайларион мерил шагами гостиную. Сыч Никодимыч, который его каким-то чудом разыскал и которого он пригласил в дом, накрыл на стол и деликатно исчез, а Кайл ждал свою фею. Ждал и злился. Злился на себя, что не почувствовал беду. Злился на нее, что не позвала. Злился на глупого инспектора полиции, который не может разобраться в деле или не хочет. Немудрено, что у них тут под носом, в лесу, действуют варлоки-чернокнижницы, которых Кайлариону еще предстояло поймать. Да и в деле с отравлением Леона Игниса было не все гладко. Его фея ошиблась, тем самым раскрыв планы преступников. Он знал, что на убийство Мэй не способна. Вот и Уго это подтвердил, первым проникнув в темницу. Его фамильяр распознал бы темную душу и черное колдовство. Но в Мэй этого не было. Только свет и добро. Наивность и открытое сердце. И конечно же, способность влипать в неприятности.
А когда фея, раскрасневшаяся и растрепанная, вошла в гостиную, он позабыл, что хотел ее отчитать. Не выдержав, Кайл порывисто прижал фею к себе, проворчав:
– Почему не призвала меня, когда попала в беду?
– Как призвать-то? – удивилась Майя и странному поведению Кайла, и его словам. – То перышко улетело…
– Глупая, оно всегда было с тобой. – И Кайл достал из кармана платья черное перо ворона. – Но перо могут отобрать, а кольцо нет. В следующий раз просто поверни его на пальце, назови мое имя, и я приду.
– Но ты говорил, что не всегда будешь рядом, – вспомнила она слова Кайла, но кольцо погладила, да и перышко на всякий случай убрала в карман.
– Так и есть, – кивнул он. – Я часто бываю в разъездах. Но если с тобой случится беда, всегда приду. Только позови.
– Кто ты? – Майя прищурилась. – Я же ничего о тебе не знаю.
– Так и ты от меня что-то скрываешь, – возразил Кайл и повел фею к столу. – Сперва поешь, потом поговорим.
– Сыч Никодимыч постарался? – удивилась Майя, заметив знакомые пироги и тарелку с кашей. – Смотрю, вы подружились.
– Твой брауни весь Дарквуд и окрестности вверх дном перевернул, чтобы меня найти. Лесной народец привлек. Ешь, – строго приказал Кайл, а сам сел рядом, словно боялся, что фея вновь ускользнет и натворит что-нибудь еще.
– Как ты обо всем узнал? И как Уго проник в темницу? И почему мы в этом доме? – сыпала вопросами Майя, поглощая еду и запивая мятным чаем.
Кайл в ответ усмехался, приговаривая:
– Ешь. Потом поговорим.
– Я готова. – Майя решительно поднялась из-за стола и пересела на диван.
– Расскажи, что вчера произошло. Скоро городской совет, и нам надо подготовиться.
– Нам? – удивилась Майя.
– Мне, тебе, твоим подругам, – подсказал Кайл. – Миз Мэбс с учителями, Сычу Никодимычу, горожанам…
– Горожанам? Но я же никого здесь не знаю, кроме миз Пруденз, – возразила Майя.
– А как же тер Квик, хозяин книжной лавки? И его кузен тер Гэнтри, правда, не понимаю, откуда ты знаешь портальщика, – выгнул бровь Кайл. – И еще жена бургомистра миз Пигз. Я уже не говорю об озерной фее и древесном духе, с которыми ты когда-то успела подружиться. А теперь рассказывай во всех подробностях, что произошло в доме тера Леона.
– Только прежде скажи, как он себя чувствует? – забеспокоилась Майя.
– Гораздо лучше, с ним сейчас королевский целитель, – ответил Кайл, чем удивил и одновременно обрадовал Майю. – Хорошо, что ты дала ему антидот и тер Леон перекинулся в дракона. Так легче перенести любую болезнь. Кстати, антидот целитель проверил, хорошее зелье. Чего не скажешь об успокоительной микстуре, которую давала жениху миз Флексиола.
Майя почему-то так и подумала. Она не стала тянуть и поведала Кайлу во всех подробностях о званом ужине, о надвигающейся ссоре хозяев и просьбе миз Флексиолы срочно принести отвар. Сказала о том, что, кажется, перепутала дозировку. И поделилась догадками о странном поведении тера Леона.
– Эта невеста дракона очень подозрительная особа, – завершила рассказ Майя. – И знаешь что…
Договорить она не успела. Во дворе залаял Уго, а в дверях возник Сыч Никодимыч.
– Пора, Маюшка, совет начинается, – сообщил домовой, переглянулся с Кайлом и тут же исчез.
Оставалось только гадать, как он попал в дом без приглашения. Или его пригласили? А это значит, что Сыч Никодимыч считает Кайла хозяином. Майя покосилась на широкое серебряное кольцо на пальце, которое почему-то не снималось, и припомнила слова инспектора о невесте.
– А что там за история с твоей невестой?.. – попыталась задать вопрос, но Кайл бесцеремонно вытолкал ее из дома, усадил на мотолет и оставил без обещанных ответов.
Майя даже не успела разозлиться на наглого фейри, потому что через несколько минут мотолет уже приземлился на площадке возле ра-туши. И они с Кайлом вошли в зал старинного порта. Только сегодня здесь стояли лавки, на них разместились горожане. Возле алтаря находилась импровизированная трибуна, за которой восседали шесть членов совета: бургомистр с судьей, советник бургомистра, тер Гэнтри как смотритель и почетный житель города, инспектор Вульф как хранитель правопорядка, а еще миз Пруденз – заслуженная фея Дарквуда. Седьмое место председателя собрания пустовало. Дракон прилететь не смог.
На первом ряду Майя заметила директрису академии в окружении четырех фей. Те замахали ей, приглашая присоединиться.
– Иди к ним, а мне нужно отлучиться, кое-кого привести на совет, – пояснил Кайл. – И ничего не бойся. Говори только правду.
Фейри покинул ра-тушу, а Майя направилась к феям через длинный проход между рядами. Голоса сразу стихли, в огромном зале гулко раздавались шаги, приглушенный свет мягко струился сквозь витражи, узор на полу, словно лабиринт, вел ее к алтарю – туда, где свершится суд. Это же надо: попасть в иной мир, обрести магию и оказаться на скамье подсудимых! Только с такой неудачницей, как она, могло случиться подобное.