Достучаться до Небес
Хотя уже были две радостные вещи: броня, изначально мной переделываемая под эти самые искривления (ну, знать-то я о них знал, хотя знать и видеть на себе — две совсем большие разницы, как говорил Шнипперсон), на них нормально держалась. Хотя как поведёт при прыжке, при беге — в общем, в динамике — оставалось под вопросом.
Второй радостью было то, что мои ходилки вне «скоростного режима» становились всё же человеческими ногами. А то было у меня опасение какой-то «нерегламентной и непредусмотренной» пакости. Но — пронесло.
Правда, тренировочный полигон был нужен, укрытый от наблюдателей. Но первые две остановки после активации ОБПК были в неподходящем месте. Один остров был известен, населён свинотами, ну и я вообще туда не полез. У меня пусть одностороннее, внутреннее, но комсомольское соглашение со свининой, ещё с Дворца Спорта. Я их свинские пяточки не трогаю, пока они не свинствуют в человеческий адрес. Ну и мой, само собой.
И пара наёмников, вернувшиеся со свинской охоты на носилках, с переломами, как и вся их десятка, заляпанная навозом до безобразия, прекрасно проиллюстрировали. Проиллюстрировали они правильность соблюдения моего внутреннего договора, а со свининой пусть дураки связываются, если не по делу!
Следующий остров был не островом, а этакой скалой, в десяток метров шириной и двадцать — длиной. Понятно, что там не потренируешься, способности не попробуешь.
А вот третий — просто загляденье! Метров семьсот шириной, почти три километра длиной, заросший деревьями, почти без подлеска. В общем — мне понравилось, под цели подходил, но решил я уточнить у Игнатьича, боцманствующего на момент заброски якоря на палубе, а что там на острове-то?
— А ничего, Георгий, — огорошил меня боцман. — Только деревья — и всё. Никакой живности никогда не водилось. Почему — никто не знает, но остров считается нехорошим. Хотя и фон не слишком высокий. В общем, из-за чего-то там живности нет, неизвестно, ну и народ не рискует с высадкой.
— Мистика какая-то, — фыркнул я, на что Игнатьич развел руками — мол, есть как есть.
Хотя, если живности по непонятной причине нет — это, если подумать, повод для опасения. Надо бы не скакать по острову, а присмотреться для начала.
В итоге высадили нашу троицу, бронированную и оружную. Я для тренировки, а Светка с Бейго — на всякий случай.
Первым делом проверили фон, вообще всё, что смогли — проверили. Ну, чуть повышенный радиационный, но очень «чуть». А так — ни ядов, ни электромагнитной активности, ничего такого. Но животных нет, так что — мистика. А комсомольцы мистики не боятся!
Так что вошли мы под деревья, и стал я ОПБК ног тестировать. С регулярными матюками: в деревья я влетал с заслуживающим лучшего применения упорством. И просто падал, как дурак, обидно даже!
Но через четверть часа приноровился, более или менее. С направлением плюнул на всё, активировав боевой форсаж, чтоб хоть научиться управляться с поворотами, а потом уже и без него смог.
И уже через полчаса мог сказать, что ОБПК — вещь! Прыжки на три метра с места, рывки, скорость в натуральную сотню километров в час — Светка подтвердила. Правда, была куча тонкостей: например, тормозить разогнанным на сотню километров выходило фигово. Точнее, нормально, если привыкнуть, чем я и занялся, носясь по острову туда-сюда.
А вот с оружием выходило на загляденье, кстати: та же «сапа», без химерных ног заставляющая меня гасить отдачу, отступая, теперь гасилась напряжением ног на месте. Без «скоростного режима», что не может не радовать.
Ну и в броне ряд недочётов наметился, к счастью — не критичных, исправляемых в Вездетанке за час, не больше. В общем-то, без недочётов и быть не могло, всё «на глазок», а вот с тем, что они исправимы — чертовски повезло.
И вот, скачу я уже полчаса, перестал падать, бегаю довольный, как слон (или тягач, хотя чёрт знает, бывают ли довольны тягачи, как слоны). И тут, резко тормозя, заскользил! И мордасом в землю влетел! Ну, забралом, конечно, но всё равно обидно вышло.
Поднимаюсь я, а тут Светка выдаёт:
— Жор, ты вроде приноровился. Чего упал-то на ровном месте?
— Слишком ровном, — констатировал я, оглядывая, с чего меня уронило.
А уронило меня не просто так: дёрн, мох и трава, когда я тормозил, просто соскользнули с подложки. А подложка была… металлическая. С потёками ржавчины, о чём я Светку и оповестил.
Подруга с Бейго заинтересованно подошли, я постучал по металлической пластине, отозвавшийся звоном… и гулом. И, наконец-то, включил электрозрение…
— Бежим!!! — заорал я, вскакивая и подхватывая Светку и Бейго на руки.
И отбежал, на бегу понимая — протупил, не туда бежал. Оружие и Хариус с другой стороны. Но взгляд, брошенный из-за плеча, показал что поздно исправляться. Из земли уже вылезала огромная, грязная и ржавая башка робота. И пара здоровенных, заляпанных грязью манипуляторов вылезли из-под земли, помогая роботу выбраться.
— Маус… — упавшим голосом уронила Светка.
Бейго припал к земле, злобно рыча. А я вскинул рельсу.
— Прорвёмся! — посулил я.
Боевой режим активирован!
Первый выстрел из рельсы выбил, как и я рассчитывал, небольшой кусок брони из башки робота интервентов. Вот и всё, оскалился я и…снаряд из рельсы окутался статикой, упав на землю, не долетев до робота! Да что за хрень-то! Обойма Рельсы улетела точно, тютелька в тютельку в дырку в броне и… ни хрена! Разряды и россыпь металла на земле!
А в электрозрении какое-то странное поле, чертовски похожее на то, что покрывало СЛУшкоустойчивого наёмника из нетопырей.
Боевой режим деактивирован!
Не хрен тратить ресурс, если не помогает. Думать надо, как бежать. И надо ли бежать — робот-то явно не в лучшем состоянии. Проржавевший, местами вместо сегментов бронепластин — провалы, забитые землёй.
А пока я думал — широкоплечий коротконогий робот выбрался из земли. И навёл на нас какое-то стреляло, чем не испугал ни разу.
— Юа дед, фукин комми! — гнусаво, со скрипом проревел динамик Мауса. — Маусис камнг форю!
И держит своё, гнутое и забитоё землёй стреляло.
— Оружие не работоспособно, — с облегчением озвучила Света. — Нам ОЧЕНЬ повезло!
— Это да, — признал я. — Что за поле гребучее у него, кстати? Я обойму в никуда потратил!
— У некоторых из маусов, в основном, ракетных, стояло в качестве защитного поля. Но тут ракетные короба в земле, — констатировала Света.
Ну и да, видны были на плечах обломанные стержни, видно, основания для ракетных коробов. Маус похромал, заметно припадая на негнущуюся ногу, к нам, видно, думая биться в рукопашную. Я уже думал предложить обойти робота и вывести его на артиллерию Хариуса, как…
— Бейго, стоять!!! — заорал я, но бесполезно. — Осколочная же, придурок мохнатый, — вздохнул я, понимая, что ни черта не сделаю, а пёс меня не слушает.