Злодейка в Пресветлой академии

Еще ни один маг в мире не может похвастаться тем, что спас ведьму. И сегодня это число точно не изменится!
Я рывком расстегнула поясную сумку и, не особо разбираясь в последовательности, начала швырять все содержимое в ромашечку. Первые два флакона ударили мимо, третий попал в лиану, четвертый – в район корневища, а пятый дрянь заглотила. Ромашечка взвыла дурниной.
– Нечего пасть разевать на светлых магов! – крикнула я, войдя в раж. – Этого я притащила, себе другого ищи!
Руны подо мной уже светились во всю, отсчитывая секунды до старта телепортации, а я продолжала забрасывать зубастую фауну своими зельями с переменным успехом попадания. В последний момент Крейгу-таки удалось прорваться через заграждение из лиан и в два прыжка очутиться на телепортационной плите.
Я не успела ни пискнуть, ни облегченно выдохнуть – парень сцапал меня себе на руки, и портал выбросил нас из Беллариума. Снова это ощущение, словно тебя протаскивают через мелкое сито, и мы, наконец, спасены.
Только вокруг почему-то не портальная площадь и не портальный вокзал, а какая-то зеленая лужайка, почетный караул, вой сирены… ах, это не сирена, это какая-то женщина орет. А что она орет? «Твой сын приволок домой ведьму?»
Это меня, что ли?
Куда приволок?!
Крейг, демон тебя под ребро, ты куда меня приволок?!
    
36
Никогда в жизни не лежала на такой большой, удобной кровати. Тело просто утопало в перине, и казалось, будто я ощущаю собственный вес. Над головой висел шикарный балдахин с вышивкой золотой нитью. На столике рядом – фарфоровая ваза с шедевром флористики. Не той, что пыталась нами подзакусить в Туманных чащах, а нормальной. Садоводческой.
Да и вся комната в целом дышала богатством. Таким, о котором я могла лишь читать в книжках, да слышать от более родовитых студентов Темнейшей академии. Был день, и через полуоткрытое окно пробивался еще теплый ветерок. Он трепал тончайшее кружево занавесок, лепестки в букете и челку спящего парня.
Алекс Крейг нарушал всю гармонию комнаты своим присутствием. Парень сидел в кресле рядом с кроватью, запрокинув голову и оглушительно храпя. Я хмыкнула и запустила в него одну из бесчисленных подушечек. К моему изумлению, она не впечаталась в морду мага, а стукнулась о магический щит и сползла по нему на пол.
Однако парень проснулся. Он рывком подскочил на ноги, в сжатых в кулаки ладонях вспыхнуло по заклинанию, и лишь после этого сонная пелена спала с глаз. Проморгавшись, Крейг совершенно неаристократично зевнул во всю пасть и потушил магию.
– А если бы зашиб?
– В своем же доме? – приподняла бровь я.
Парень недовольно скривился, но тему развивать не стал.
– Как ты?
– Да вроде бы ничего, – неуверенно отозвалась я, поелозив ногами. Ничего не болело.
Я приподняла край одеяла и, убедившись, что на мне самая жуткая из всех сорочек мира, спустила ноги на пол. Вместо ожидаемого безобразного шрама по лодыжке шла тонкая белая полосочка, и все.
Поболтав ногами и убедившись, что ничего не болит, я осторожно встала на ноги. Даже зажмурилась, ожидая резкую и острую боль. Но-о-о-о… ничего не было. Только ощущение пушистого ворса ковра под ступнями.
– Ух ты! – искренне восхитилась я. – Но имей в виду, у меня ни медяшки нет на оплату услуг лекаря такого уровня.
– Шаттер, ты невозможна, – Крейг закатил глаза.
– Долго я была в отключке? – спросила я, пробуя ходить по комнате. Сначала было страшновато, но с каждым разом убеждалась все больше – ничего не болит.
– День.
– И, скажи на милость, почему мы тут?
– Потому что там нужно было вбить координаты. А единственные координаты, которые я знал – это координаты моего дома.
– Ясно, – ответила я и подняла глаза на парня.
Крейг смотрел на меня внимательно, изучающе. Словно видел впервые. И от его взгляда было неловко. Мне вообще вдруг стало неловко в этой чужой богатой комнате, в чужой дорогой сорочке, под взглядом чужих синих глаз. Как будто это короткое и жуткое путешествие по туману сблизило меня со светлым магом, а теперь я остро и почему-то болезненно почувствовала всю глубину пропасти между нами. Сын знатного рода и дочь сожженной по навету ведьмы, как мы вообще оказались в одной комнате?
Молчание затягивалась, и мне захотелось его нарушить:
– Отсюда далеко до Пресветлой?
Крейг моргнул, и магия момента исчезла.
– Один портальный переход и несколько часов на карете, – спокойно ответил он. – Если лекарь даст добро, отправимся завтра с утра.
– Хорошо.
– Я приглашу его, – сказал Крейг и стремительно вышел из комнаты.
– Спасибо… – пробормотала я в закрытую дверь.
Через четверть часа пришел лекарь. За это время я успела облазить всю комнату и понять, что вещей моих тут нет, да и вообще чего-либо интересного тоже нет, кроме разве что дорогущих предметов интерьера.
Лекарь – щуплый старичок – боязливо косился на меня. Он предусмотрительно не прикрыл дверь, и в образовавшуюся щель тут же просунулась голова Крейга.
– Мастер Витте, рассчитываю на вас. Мне нужно понимать, в состоянии ли девушка осуществлять портальные переходы и далекие путешествия.
– Ммм… – неопределенно промычал старичок. – Лорд Крейг, лучше вам остаться и убедиться лично в состоянии здоровья пациентки.
– Мастер, – округлил глаза Крейг, – но я же совершенно ничего не понимаю в лекарстве.
– Ерунда, диагностика будет абсолютно прозрачной.
– Эммм… – попыталась вставить я, кажется, догадавшись, куда клонит лекарь.
– Мастер Витте, – нахмурился Крейг, до которого еще не дошло, – но это неудобно и неприлично.
– Помилуйте! Ну что тут может быть неприличного.
– Но она же девушка, – продолжал недоумевать парень.
– Да какая она девушка, она же ведьма, – отмахнулся лекарь и запоздало сообразил, что только что ляпнул. И посмотрел еще на меня так испуганно-затравленно.
– Мастер-р-р-р-р Витте… – прорычал Крейг, нехорошо прищурившись.
– Да боится он просто, – хмыкнула я, скрестив руки на груди.
От моего голоса лекарь аж голову в плечи вжал.
– Кхм… – Крейг растерянно посмотрел на меня.
– Заходи, отвернешься и постоишь в уголке, – я указала на дальний угол комнаты.
– Не уверен, что это хорошая идея, – нахмурился парень.
– Ой, да ладно. Я же не какая-нибудь там наследница древней семьи, а безродная сирота.
Крейг как-то нехорошо сверкнул глазами, но вид у старичка-лекаря был настолько жалкий, что выбора особо не было. Парень демонстративно прикрыл за собой дверь, отошел к дальней стене и отвернулся, изучая шикарный гобелен.