Злодейка в Пресветлой академии

– Магия крови? – удивилась я. – Это же темная магия.
– Ну, темная-не темная… – протянул Крейг. – Но на ней основано большинство артефактов любой аристократической семьи. Во избежание.
Я смотрела на свою руку с этим знаком отличия и чувствовала, как меня распирает от противоречивых эмоций. Мне было радостно от такого поистине королевского подарка, страшно, что я не имею никакого образования для соответствия титулу, тревожно, что я не представляю, как управлять вверенной мне территорией.
И когда я подняла взгляд на парня, чтобы поделиться с ним всеми своими эмоциями, тот лишь покачал головой и посмотрел куда-то мне за спину. Я нахмурилась и проследила за его взглядом.
– Красивый гобелен, да? – спросила я.
– Да, – сухо ответил парень.
Пришлось тихонечко вздохнуть и, приняв предложенный Крейгом локоть, отправиться на торжественный ужин. И не нужно быть ведьмой, чтобы догадаться, что все самое веселое только начинается.
    
39
Я предполагала, что ужин у таких родовитых господ, это что-то пафосное, много разговоров, мало еды, какой-то церемониал. В действительности все выглядело и проще, и сложнее одновременно.
Мы с Крейгом просто зашли в огромный зал под ручку. Никакой церемониймейстер не тюкнул посохом об пол и не гаркнул наши титулы, привлекая внимание общественности. Однако внимание к нам приковано оказалось и без дополнительной помощи.
– Притащил в отчий дом ведьму…
– Ах, если бы была жива его матушка…
– Личная гостья? Личная грелка…
– Парня нужно срочно женить на достойной девушке…
– Говорят, мачеха нашла ему отличную партию…
Эти и менее лестные громкие шепотки сопровождали нашу парочку. Честно говоря, у меня даже возникла крамольная мысль устроить какую-нибудь диверсию, например, плюнуть в чью-нибудь наглую рожу. Но Крейг, видимо, разглядев в моем лице непреодолимое желание устроить представление, накрыл ладонью мою руку на его локте и негромко сообщил куда-то в район макушки:
– Баронесса, держите себя в руках.
Я сердито зашипела, а Крейг, подумав, добавил:
– Ну или меня.
От этой внезапной шутки я искренне улыбнулась. Ладно, всего один вечер в серпентарии, а потом сбегу в свое поместье (обалдеть!) и буду уже там варить эликсиры для сельхоз нужд.
– Кто все эти люди? – тихо спросила я, пока маг вел меня куда-то меж слонявшихся без дела людей.
– В основном родственники.
– Кошмар, – искренно ужаснулась я.
– Почему? – удивился Крейг.
– Потому что как только твоя семья пошатнется, эта стая шакалов налетит вас догрызть.
– Хм… ты удивительно точно описала политическую ситуацию в моей стране, – задумчиво проговорил парень, кивая на ходу каким-то перекошенным от избытка эмоций лицам, – за одним только исключением – моя семья не пошатнется.
– Надеюсь… – вздохнула я. я ведь теперь тоже как бы подданная этой страны и вообще-то очень заинтересована, чтобы семья Крейга уверенно сидела на троне.
Темный маг – преданный верноподданный. Сама в шоке!
Погруженная в мысли о своем внезапно сменившемся социальном статусе, я и не заметила, как Крейг подвел меня к паре. Мужчина неопределенного возраста был точной копией Алекса, только неопределенного возраста за пятьдесят.
– Отец.
Мужчина величественно кивнул и окинул меня любопытным взглядом. Наверное, надо было присесть в реверансе или поклониться, но я подумала и решила, что первое выйдет на потеху публики, а второе не дождутся.
– Отец, это баронесса Эльза Шаттер, – представил меня маг.
Крейг-старший моментально поменялся в лице. Только что передо мной был милый дяденька, раздобревший от сытой спокойной жизни, и уже стоит хищник на изготовке перед броском.
– Инквизитор? – спокойно спросила я, склонив голову набок.
– Ве-е-едьма, – протянул мужчина, нехорошо прищурившись.
– Ведьма, – согласился Алекс. – Моя ведьма.
Я хотела возмущенно рыпнуться, но парень держал цепко. А вот его отец неожиданно понимающе хмыкнул:
– Ничего такая. Твоя ведьма.
Я попыталась возмущенно рыпнуться еще раз, но Крейг даже и не думал меня выпускать из рук. Как будто в тот момент, как он меня отпустит, ему всучат какую-нибудь другую девицу. И не просто всучат, а пришьют насмерть.
Тут к Крейгу-старшему подошла женщина, и я сама вцепилась в Алекса – не оторвать.
Она была красива. Очень красива. Такой яркой, безудержной красотой, от которой невозможно оторваться. Правильные черты лица, чистая кожа без единой морщинки, полные губы. Огромные глаза смотрели с какой-то наивной хитринкой. Волосы – чистое золото – уложены в простую изящную косу, перевитую нитью с драгоценными камнями. Она выглядела лет на двадцать и лицом, и точеной фигуркой в дорогом, но не безвкусном платье.
Короче, такими женщинами принято хвастаться, как скаковыми лошадьми, особенно если хвастунишка разменял полвека.
– Маменька, – оскалился Алекс.
О-о-о-о… нет, ну теперь многое вставало на свои места.
Маменька положила наманикюренную ладошку на плечо Крейга-старшего и невинным голосом поинтересовалась:
– Алекс, кто эта прекрасная незнакомка? – мило улыбнулась мачеха парня.
– Это баронесса Эльза Шаттер, – представил меня Крейг-младший.
– Шаттер… – нахмурила идеальный лобик женщина, – я не помню такого баронства.
– Это новое, – любезно пояснил Крейг. – Эльза – моя сокурсница. Вы встретили нас у портала позавчера.
Ага, и орали дурниной. Но, надо отдать дамочке должное, выражение ее идеального лица не изменилось, маска не дрогнула, она продолжала изображать все то же милое, чуть глуповатое радушие.
– Правда? – хлопнула глазами мачеха. – Ох, я тогда так утомилась, что и не помню, в тот день было столько поставок…
– Ну конечно, маменька, – Алекс продолжал щеголять приклеенной белозубой улыбкой.
– Ох, позвольте вас покинуть, – промурлыкала дамочка в ухо Крейгу-старшему, – обязанности хозяйки требуют моего присутствия.
Едва мачеха упорхнула, мужчины выдохнули. Старший – блаженно, младший – зло.
– Сынок, надеюсь, когда-нибудь ты найдешь такую же прекрасную женщину, – мужчина похлопал Крейга по плечу и отошел к гостям.
Алекс посмотрел на меня выразительно, а я, старательно пародируя его мачеху, смахнула невидимые пылинки с плеча парня и интимным голосом поинтересовалась:
– Здесь хоть кормить будут?
Крейг пытался сохранить серьезную мину, но глаза смеялись, и этого было достаточно. Несмотря на мой острый язык, я вообще-то стараюсь держать его за зубами. А вот о том, что кругом любопытные глаза и уши, забывать не следовало.