Сага о Кае Безумце
Так что когда появились Видарссон и Эгиль, снова отправленные за плавником, я готов был убить их. Но тогда придется ждать еще Бездна знает сколько!
Я поднялся из укрытия, махнул рукой:
— Эй! Сюда!
— Ну ты и забрался, — укорил меня Кот. — Альрик сказал далеко не уходить. Я и так забрался да… Тулле? Живой!
И бросился обнимать его. Видарссон переминался позади: ему нравился Тулле, но совсем не нравился я.
— Не просто живой. Пятирунный! Выше меня только Альрик и боги!
— И украшениями, смотрю, обзавелся!
— Дороговато только они встали.
— Есть что пожрать? — нетерпеливо оборвал я их бесполезный разговор.
— Мы не думали, что вы выжили, но Вепрь силой впихнул нам вот это.
Эгиль махнул Видарссону, и тот вытащил из-за пазухи мешок со снедью. Тулле набросился на мясо и вяленую рыбу с урчанием.
— Как дела в лагере?
— Да не очень. Мы не смогли вчера выбраться, так как Вигге ни с того ни с сего взбеленился, обшарил лагерь, его люди перекрыли все проходы к нему. Рассорился с Лейфом, наорал на Кьелла. А как он разговаривал с Альриком! Спрашивал про тебя, кричал, что Беззащитный тебя укрывает, намекал на предательство. Как только Альрик удержался от поединка?
— Легко удержаться, когда супротив девятирунный, — буркнул Видарссон.
— Коли душа заячья, так любой куст страшным покажется, — отрезал я. — Скажи, чтоб Альрик пришел сюда. Поговорить надо.
— Ладно.
— И это… Оставь плащ, а? Мы тут продрогли до костей.
Эгиль, как ни дорожил волчьей шкурой, отказать не смог. И я с наслаждением завернулся в теплую сухую шерсть.
Когда парни ушли, я медленно и через силу пожевал рыбу. Тулле же изрядно повеселел, зарумянился и накинул мой промокший плащ сверху на плащ Эгиля.
Альрик пришел ближе к ночи. Вепрь первым делом кинулся к Тулле, чтобы проверить его раны. Хёвдинг же хмыкнул и сказал, чтоб он лучше полечил меня, ибо у Тулле был лекарь получше — сама благодать. Тогда Вепрь занялся моими ранами. Промыл порез на груди, намазал жижей, перемотал тряпками, потом проделал то же самое с плечом. Проверил шрам на голове и вытащил нитки оттуда.
— Еще на спине. Стрела.
Когда я стащил рубаху, Вепрь ткнул мне под ребра:
— Болван. Там у тебя всё загнило. Еще бы подождал, и гниль пошла бы в стороны. — И тут же укоризненно Альрику: — А ты не хотел меня брать!
Беззащитный подождал, пока Вепрь вырезал костяшку, выдавил гной и исполнил те же действия, что и раньше, и спросил:
— Кто?
— Вигге.
— Скольких ты убил?
— Я — ни одного. Всё — другу. Двоих вигговцев, еще двоих местных, трое айсландеров видели меня, я их покалечил, но оставил жизни.
— Зря.
— Я обещал.
— Что хочешь сделать?
— Убить Вигге, конечно, — удивился я вопросу. Ожидал, что хёвдинг отвесит затрещину за подобную глупость, и удивился еще больше, когда услышал его ответ.
— Хорошо.
Даже Тулле оторвался от ужина, который принес Альрик, и уставился на него.
— Что? — воскликнул Вепрь. — Хорошо? Уходить надо! Сбегать за Свартом, вытащить его из пещер и уходить с острова! И плевать на репутацию. В Хандельсби Кай потолкует с Магнусом, ты — с Рагнвальдом, да и дело с концом.
Альрик как будто и не слышал этих слов, наклонился ко мне и прошептал:
— Помнишь, я говорил, что всегда держу слово? Так вот. Пришло время его нарушить.
Нет, мы не подняли мечи и топоры и не пошли в лагерь с твердым намерением умереть или победить. Альрик сказал, что прямой путь не всегда самый короткий. Но я и так это знал. По морю доплыть до соседней деревни быстрее, чем добираться до нее же по суше, перебираясь через горы, обрывы и заросли, хоть морем вроде бы в обход. Чего я не понимал: какой чудо-корабль довезет нас до того места, где лежит труп Вигге, и не приключится ли в пути шторма, который разобьет нас о скалы?
Альрик не рассказал мне, что именно собирался делать.
— Я забираю Тулле, — и добавил, отметая вопросы. — Он мне нужен здесь.
— Но если Вигге увидит его…
— Не увидит. Ты же пойдешь в пещеры Сварта, отлежишься там пару дней, залечишь раны, а потом отправишься к тем айсландерам. Делай, что хочешь, но ты должен с ними подружиться. Понял?
Это я мог. Друзей я заводил легко, как, впрочем, и врагов.
— Объясни, что мы против торговца и поможем им уничтожить врага.
Вепрь шумно выдохнул и покачал головой.
— Альрик… Не стоит.
— Кьелл обманул меня! — рявкнул хёвдинг. — Он обманул меня, и это стоило жизни трем моим хирдманам! Он обманул меня! И мы все должны были тут полечь. Я должен отомстить не только за уже свершенные смерти, но и за те, которые должны были случиться. Так что умрет не только Вигге, но и Кьелл.
— А Лейф Рев? — спросил я. Лейф вроде неплохой парень, он мне нравился.
— Я пока не знаю, что рассказал Кьелл Лейфу. Если Лейф догадывался о нашей участи, то он умрет тоже.
Вепрь с силой хлопнул по коленям.
— Конечно! Двенадцать карлов и Альрик вырежут несколько десятков хускарлов. У тебя за спиной, может, сам Фомрир прячется?
— Поэтому нам нужен альянс с местными жителями.
— А ничего, что я некоторых порезал? — вставил я.
— Плохо. Лучше бы убил. Но с этим я разберусь.
Альрик ушел вместе с Тулле и Вепрем. Я же свернулся под своим плащом, ощущая, как дергает и тянет в ранах, и заснул.
* * *
У Сварта я отлеживался недолго. Троллиная его душонка даже не вспоминала о приятелях-хирдманах. Он всё обустраивался в пещерах. Отыскал небольшой источник какой-то вонючей воды, утверждал, что если я полежу там, то исцелюсь быстрее. Водил меня по разным трещинам и взахлеб рассказывал, что в каждой из них необычного: то диковинное эхо, то необычные наплывы на стенах, то десятое по счету озеро, которое вовсе и не отдельное озеро, а часть того, которое мы видели три пещеры назад. Показал припасы, которые заготовил за это время, выделанные и сохнущие шкурки.
Я спросил его напрямую, готов ли он уплыть с острова и оставить пещеры. Сварт растерялся.
— Я благодарен тебе, Альрику и ульверам за то, что приняли меня в хирд, и не хочу платить за добро злом. Так что я готов уйти, когда скажешь. Когда-нибудь я вернусь сюда.
Сказано было отлично, но надо было видеть его радость, когда он услышал, что мы пока не уплываем.
Вонючая водица и впрямь помогла, она вымыла гной и сукровицу, и раны затягивались, будучи чистыми и сухими.