Сага о Бриттланде

Так мы и сделали. Отволокли дохлых храпунов на несколько десятков шагов от нашего лагеря. И это дало нам неплохую передышку. Мы слышали, как в том месте рвалась плоть и как грызли кости.
Луна медленно всползала выше, и теперь я мог видеть гораздо лучше. Например, я разглядел, как справа из трясины поднялась высокая фигура, похожая на человека, только на такого человека, которого схватили и сильно потянули в разные стороны. Длинные тощие руки и мосластые бугристые ноги, тощие пряди облепили крошечную голову, которая болталась на два локтя выше моей.
Неужто великан? Измененный?
Меня обдало изуродованной силой не меньше восьмой руны и тошнотворным запахом гнилого мяса. Эта тварь могла бы перешагнуть через нашу невысокую ограду!
Она стояла и медленно водила мордой, как бы принюхиваясь. Какое-то время она смотрела на сброшенные нами тела тварей, но случайный порыв ветра донес ей запах медведя. Она дернула головой и, неспешно переставляя ноги, потащилась прямо к нему.
Альрик бросился наперерез, поднял меч и с силой рубанул по бедру твари. Та замерла, а потом махнула рукой, да так быстро, что я ее движение угадал лишь из-за прыжка Беззащитного. Он отскочил назад, переместился вбок и снова ударил. Тварь опять замерла. И взмах руки. Я не видел на ее теле ни одной раны. Будто Альрик не тварь, а бревно рубит.
Хёвдинг атаковал ее еще и еще. Он почти летал вокруг твари, пытаясь пробить ее хоть где-то, но ни руки, ни ноги, ни живот твари так и не были оцарапаны. И каждый раз тварь реагировала одинаково: замирала и отмахивалась. Я не спешил в бой. Что я мог сделать, если даже меч хускарла не мог навредить ей?
Может, мы сумеем задержать ее до рассвета, если будем бить по очереди? И если больше ни одна тварь не вылезет из болота.
Альрик отпрянул в очередной раз.
— Может, это и есть болотный ярл? — сказал я.
— Нет! Иначе бы он убил меня с первого раза. Да и слишком слабая тварь.
— Измененный?
Тварь медленно подняла ногу и шагнула к ограде.
— Теперь ты! — сказал Альрик.
И я послушно двинулся к твари, обошел ее сзади и влупил по тому месту, где проходит сухожилие в ноге. Топор отскочил от плоти. Нет, плоть была не деревянной, а упругой, словно взяли болотный мох и сжали в плотный комок.
Прыжок. Прямо перед моим лицом пронеслась длиннопалая бледная кисть в бурых пятнах. Как будто лягушачья кожа.
А если рубить по одному месту? И я ударил туда же. Отскок. Взмах лапы. На этот раз мне на лицо попали брызги. Я все же прорубил в ней дырку?
— Не измененный, — послышался голос Беззащитного. — Мало рун. Измененные всегда выше одиннадцатой руны.
Я бил и бил в одно и то же место. Удар-прыжок, удар-прыжок. Тварь словно никуда и не спешила. Повторяла из раза в раз те же действия. Впрочем, и я тоже. Удар-прыжок. Удар-прыжок. Приноровившись, я перестал отпрыгивать, а лишь уклонялся.
Изредка мне в лицо попадали брызги, и я никак не мог понять, откуда они берутся.
— Отходи!
Альрик сменил меня, и я смог рассмотреть тварь получше. Вода проступала прямо из тела, проступала, как пот в бане, крупными каплями, а потом стекала по ногам и рукам.
— Это не измененный. Это драугр! Непогребенный утопленник! — дошло до меня. — Нужно на его могилу поставить камень с рунами!
— Отличная идея! — рявкнул Альрик. — Сходи кинь его в болото! У тебя же есть такой камень?
Конечно, нет. И я не знал нужные руны. И болото — это не совсем могила.
Бездна! Как же убивать драугров? Все, что я о них знал, взято из страшных историй, которые в моем детстве рассказывал Эмануэль. Драугры бывают разными, зависит от того, как они умерли. Драугры бывают злыми, бывают добрыми, а бывают и такие, которым наплевать на людей. И этот болотный — как раз из последних. Он не пытался нас убить, он хотел пожрать медвежатины!
И тут меня как молнией ударило!
— А вдруг это и есть Рыбак? — крикнул я.
Альрик отпрыгнул и остановился. Внимательно посмотрел на тварь. Та сделала еще один шаг.
— Нет. Ни разу не слышал, чтоб драугр был выше по руне, чем живой. Это не Рыбак. И раз его не берет меч, значит, возьмет огонь. Приготовься поджечь ограду!
Драугр медленно шагнул. Затем еще раз. Я ударил кремнем о кресало, искры посыпались на сушеный мох, который служил у меня трутом. Осторожно раздул пламя, запалил заранее подготовленную тряпицу и стал ждать команды.
Шаг. Остановка. Шаг. Остановка.
Оживший мертвец замер перед оградой, затем высоко поднял ногу.
— Давай!
Я сунул горящую тряпицу в ветви ограды, но те никак не хотели заниматься. Нога драугра опустилась рядом с мной, и он начал поднимать вторую. В Бездну! Я бросил огонь и начал рубить длинную плоскую ступню твари. Она снова остановилась, привычно махнула рукой. Понемногу хвоя начала трещать, обугливаться, из сосновых веток проступили капли смолы, и как только искры коснулись смоляных мест, изгородь вспыхнула.
Тварь, казалось, не чувствовала ни жара, ни боли. Она стояла над языками пламени и ждала. Ее кожа ссыхалась на глазах, сморщиваясь и скрипя. И неожиданно тварь вспыхнула целиком. Она горела, горела, горела, источала отвратительный запах, а потом рухнула. Ее обугленная голова немного не докатилась до дохлого медведя.
— Вот же… — начал говорить я и рухнул, как подкошенный.
Мое тело скрутило от невероятной боли и непереносимого наслаждения. Я будто горел и замерзал одновременно, и это продолжалось вечность. А потом враз схлынуло.
Шестая руна! Я получил шестую руну! Теперь я хускарл! На шаг ближе к Фомриру!
И что же дали мне боги? Ведь у меня есть условие, значит, и дар должен быть отменным! Я подпрыгнул, кувыркнулся вбок, врезал себе обухом топора по пальцу, провел рукой по огню… Все было, как обычно: больно. Может, я стал в три раза умнее? Или висы научился складывать? Тогда это бесполезный дар. Но я попробовал:
 
 
 
— Мокро-мерзкий вышел
 
Из болотной хмари…
 
 
Дальше я хотел сказать, что его не брал ни меч, ни топор, но не смог запихать слова в нужную форму. Вот и ладно!
— Кай!
Значит, не скальдом я стал. А может, меня одарили неутомимостью в постели? Хотя я и так неплохо справлялся.
— Кай!
Или я стал мастером игры в хнефатафл! Хотя с чего бы? Я же воин! Руну получил в честной битве, должен получить что-то полезное для битвы. Фомрир, конечно, тот еще шутник, но он бы не стал оскорблять верного последователя. Наверное…
— Кай, сожри тебя Бездна!
Я очнулся от дум и увидел, как Альрик отбивается от новой группы тварей, среди них были и храпуны, и мшины, и еще какие-то непонятные существа. И их было много! А ограды уже не было.