Двойник

— Егор… — прошептала девушка прислонившись к стене. — Они просто ждут. Как только они поймут, что у тебя больше нет патронов, то кинуться все разом.
— Патроны у меня ещё есть, — с излишним оптимизмом ответил я.
— Значит время от времени будут пытаться штурмовать лестницу пока они не закончиться.
— Нам же лучше, — ответил я. — Пока они дают нам время к нам идёт помощь.
В это время несколько псов бросились на лестницу и я отвлёкся, сделав выстрел. Одна собака осталась лежать на ступенях, а остальные снова отскочили во тьму.
— Помощь не придёт, — ответила Женя. — Эта тьма кругом — это не ночь и не затмение. Это непроницаемый чёрный купол, который не пропускает ни солнечный свет, ни звук, ни людей, а эти адские псы формируются, когда кто-то снаружи ударяет магией стену купола, чтобы сломать её. Тем кто снаружи — не пробиться к нам. Если попытаться бить магией изнутри, то это тоже будет создавать новых и новых псов. Очень редкая и страшная техника, которая применялась около двадцати лет назад во время Корейской Войны, этот барьер держится трое суток. Мы не успеем дождаться его исчезновения.
Я замолчал, а потом снова выстрелил в темноту отгоняя псов.
— Вот как… — только и сказал я. — Жалко…
Мы замолчали. Псы внизу продолжали рычать.
— Это смерть, — отстранённо сказала Женя. — Всегда хотела увидеть какую-нибудь сильную и забытую технику… Какая ирония, правда?
— Я не жалею, что познакомился с тобой, — ответил я продолжая целиться в тварей внизу, которых становилось всё больше и больше. — Ты очень смелая девушка. Гораздо более смелая, чем я сам. Знаешь, я даже рад, что познакомился с тобой. Мы оба знаем, что не проживём и двух часов, но ты так спокойно говоришь об этом… и не плачешь.
— Не получается, — хмыкнула Женя уголком рта. — Я несколько раз сильно приложилась, когда падала, получила несколько тяжёлых рваных ран и сейчас обколота анестезией. Слёз просто нет. Если бы я была в порядке, то не удержалась бы и поплакала.
Мы замолчали, потому, что мне пришлось сделать ещё один выстрел и перезаряжать оружие так, чтобы псы не видели, что я безоружен.
— А ты тоже храбро держишься, — сказала Женя. — Не думала, что когда-нибудь скажу такое кому-нибудь, но ты сейчас выглядишь очень круто. Глупо звучит, да?
— Да нет, — рассеяно ответил я. — Мне нравиться.
— Если бы могла пошевелиться, то обняла бы тебя, — хмыкнула Женя. — Нежность она всем нужна. Особенно в такие моменты.
— Мне приятно, — ответил я. — Ты не представляешь, как сейчас тепло на моей душе.
БАБАХ! БАБАХ! — твари осмелели настолько, что пришлось сделать сразу два выстрела.
— Скажи, а что такого сказал мой двоюродный брат, что ты избил его до невменяемого состояния?
— А ты что, разве сама не знаешь? — спросил я.
— Неа. Только ту версию, которую тётка рассказала моему отцу. И сейчас мне кажется, что она приписала тебе лишнего. Но ведь похоже и ты не знал, что под этим доспехом не мой брат, а я. У моих родственников свои секреты, у моих — свои.
— Да? Не знал, — ответил я. — Думал это будет мужчина или парень.
— Так ты не сказал, что сделал мой брат.
— Не могу… Гадко сильно. Не охота повторять, и тем более чужому человеку.
— Ну так мы всё равно скоро умрём, — флегматично ответила Милославская. — А я хоть узнаю перед смертью, за что погибла.
Я замолчал сжав челюсти.
— Если коротко, то он обвинил меня в инцесте с родными сёстрами. И ещё добавил лишнего.
— Вот сучонок, — тихо выругалась Женя. — За такое и правда убить мало. И я из-за этого ублюдка умираю. Решено — я вернусь за ним после смерти.
— Угу, — кивнул я. — Извини, что так тебя отделал. Мне и правда очень жаль.
— Пустое, — ответила Женя. — Ты поступал как мужчина. Я не держу зла.
— Жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, — сказал я и сделал ещё пару выстрелов в темноту. — С моим положением неодарённого я не имею особого веса в обществе, но уверен — мы бы подружились. Я бы познакомил тебя со своими сёстрами. Они бы тебе понравились. Они одарённые в отличие от меня. Саша очень добрая, нежная, милая. Аня суровая и сильная строгая но очень справедливая. Они бы тебе понравились.
БАХ! БАХ! — я снова сделал пару выстрелов в темноту.
— Саша очень за меня переживала, и я решил, что больше не заставлю её плакать, — сказал я то, что и правда решил для себя. — А Аня тоже переживала за меня, но скрывала это… Скорее от того, что с одного момента наши отношения стали натянутыми…Пожалуй мне следовало быть несколько другим, но теперь, я уже ничего не смогу сказать ей из того, что хотел сказать…
— Егор… — тихо сказала Женя и всхлипнула. — Вот теперь я плачу.
— Прости, — только и ответил я. — Довёл тебя до слёз.
— Нет… я даже счастлива, что познакомилась с тобой. — уже более твёрдым голосом ответила Женя.
Мы помолчали.
— Знаешь Егор, — вдруг сказала Женя. — Может попробовать уйти так, чтобы нам все позавидовали? Я тебя совращу, у нас будет очень жаркая любовь, а потом нас просто сожрут и мы успеем показать этим тварям факи.
— Шутишь? — попытался улыбнуться я.
— Есть немного, — ответила Женя. — Всегда мечтала побыть плохой девчонкой и сказать что-нибудь такое.
— Круто выглядишь, — кивнул я. — Женя, я так понимаю, что эта техника выдерживает и физические атаки? Просто так, уточнить перед смертью для очистки совести.
— Правильно понимаешь, — кивнула Женя. — Снаружи эту черноту не пробить никаким тараном или взрывом. А изнутри… изнутри можно пробить его только в самой высокой точке и то, сила должна в несколько раз превышать человеческую.
— Что? Что ты сказала? — спросил я.
— Это как скорлупа цыплёнка, — пояснила Женя. — Ему легче всего сломать её изнутри с острого конца, поэтому она имеет такую форму, да и у остальных птиц тот же принцип, это касается и тех, кто несут круглые…
— И ты молчала?! — я аж подскочил. — Почему ты не сказала этого раньше?!
— А смысл Егор? — безмятежно ответила она. — Эта точка — вершина купола. Нам никак не подняться на такую высоту, да и потом у нас нечем сделать удар такой силы.
Я почувствовал, как у меня в груди потеплело.
— Женя… Скажи, какой примерно высоты может быть этот купол? — попросил я. — Хоть примерно.
— Ну… — задумалась Женя. — Шесть или пять этажей.
— А какую территорию он примерно охватывает?
— Ммм… в цифрах сказать не могу, но всю «городскую» часть этого полигона он точно охватывает.
— Женя… ты не представляешь, как я рад тебя слышать, — вымучено улыбнулся я и задышал чаще. — Самое высокое здание на полигоне — как раз пятиэтажная бетонная коробка — имитация паркинга. И он как раз находится в центре полигона. Слабое место прямо над его крышей.