На Изнанке

— Почему нет? — с детской наивностью поинтересовалась Саша. — Любить друг друга можно и без всякой физиологии. И того, о чём ты подумал. Пошляк.
Я покраснел ещё больше. Совсем забыл Сашин характер и её.
— Саша, давай не будем обсуждать личную жизнь твоего брата, — сказал я красный как варёный рак. — Это немного не этично. Всё, давай, я сейчас буду гладить одежду и готовить ужин, говорить не смогу.
— Бяка, — буркнула в трубку Саша. — А я тебя ещё родственником считала! У твоей кровати сидя спала, когда из тебя чёрноту откачивали!
Я почувствовал себя неловко.
— Эм, Саша…
— Всё, я на тебя обиделась! — буркнула Берг-Дичевская в трубку и нажала отбой.
Я отложил телефон одновременно чувствуя себя и виноватым, и смущённо улыбаясь неизвестно чему.
Я ещё раз улыбнулся и пошел на кухню улыбаясь своим мыслям. На душе впервые за долгое время было хорошо и легко. Царила весна — как сказал бы поэт.
Я успел сделать нехитрый ужин, когда зазвонил телефон. В этот раз номер не был знакомым. Второй день, а телефон буквально разрывается от звонков. Кто бы это мог быть.
— Слушаю, — я взял трубку.
— Добрый вечер, Константин, — раздался в трубке знакомый и мелодичный голос. — Я не помешала?
— Долл? Не ожидал тебя услышать. Нет, не помешала.
— Рада, что вы меня узнали, как ваша работа?
— Просто замечательно.
— Рада слышать это. Приятно, когда такие мужчины стоят на страже нашей безопасности.
— Э, кхм, — кашлянул я. — Спасибо, а о чем ты хотела поговорить?
— Я хотела попросить вас сделать одну вещь.
Внутренне я напрягся.
— Нужно кого-то убить?
— Что вы Константин, нет, ни в коем случае я бы не попросила такого ужаса.
— Хм, тогда что нужно делать?
— Ничего криминального — нужно просто подарить подарок одному человеку, сама я не могу сделать, думаю вы понимаете почему, а просить Егора Петровича мне стыдно, он ведь так много для меня делает.
Я задумался на минуту. До сих пор я чувствовал за собой некую вину, после того, как довел ее до слёз, поэтому не думал отказывать.
— Хорошо, — ответил я. — Давай так — я куплю подарок, а потом просто привезу его тебе, и ты сможешь поблагодарить Егора лично.
— Константин, речь не о Егоре.
— А о ком?
— Пусть это пока будет секретом. Вы согласны?
— Хорошо, что нужно купить?
— Букет алых роз, такой, чтобы выглядел красиво, и мягкую игрушку — какого-нибудь плюшевого медведя, которого можно будет тискать.
Я даже усмехнулся — фарфоровая девушка оказалась очень романтической натурой.
— Будет сделано сударыня, — шутливо ответил я.
— Я так рада, что на вас можно положиться, — проворковала фарфоровая девушка. — Только одна небольшая просьба Константин — никто не должен знать, что это я вас просила.
— Хорошо, я буду молчать, — еле сдерживая улыбку ответил я. — Можете на меня положиться.
— Спасибо Константин, вы настоящий джентльмен.
— Хорошо, кому дарить сии вещи? — поинтересовался я.
— Так вы согласны?
— Да, я ведь уже сказал.
— Анне Берг-Дичевской.
Повисла пауза. Я дважды моргнул.
— Константин?
— Да-да, я слышу.
— Помните — не говорите, что это я попросила.
Пауза.
— Хорошо. Долл, зачем тебе это?
В трубке послышался смущённый вздох.
— У девушек свои секреты Константин, — послышался смущенный шёпот. — Мы были бы скучными, если бы в нас не было загадки.
— Хорошо, — с каменным лицом ответил я.
— Спасибо, я рада, что на вас можно положиться, — поблагодарила меня девушка и положила трубку.
Я сел на кровать красный как варёный рак. Подарить такой нескромный подарок, и промолчать от кого он? И что после этого Аня подумает? Тут и думать нечего. Да даже, если я скажу, что это не от меня, а от тайного гм, поклонника, то она всё равно мне не поверит. Она будет думать, что это сделал я.
А что такого? И блин, почему я так нервничаю? Не семнадцать лет всё-таки. Больше. Гораздо больше. Тогда чего блин смущаться? Тем более у нас вполне дружеские отношения. И пережили вместе тоже не мало. Да блин, я же не Егору буду это вручать! Вот тогда был бы точно полный абзац.
Плюнув на всё остаток вечера я отглаживал одежду и готовил отгоняя разные мысли. Нужно ещё пропылесосить, тоже неплохо помогает. А, нет, уже поздно — нечего соседям спать мешать, а то ещё позвонят в родную (теперь родную) полицию, и отправят ко мне наряд вместе с Квартальным, дабы пресечь нарушение общественного порядка.
Утром я проснулся на удивление бодрым и свежим. Позавтракать, собрать вещи, теперь можно идти на работу. По старой привычке на работу я шел в обычной — гражданской одежде, а переодевался в служебную уже там. Раньше это по крайней мере было актуально, а теперь может быть есть смысл ходить на работу сразу в форме? Даже осанка невольно распрямляется.
Пройдя турникет и поздоровавшись с дежурным, я поднялся к себе в отдел, прошёл в кабинет Квартальных, и пока никого не было сменил гражданскую одежду на служебную, повесил на пояс пистолет и ножны с живой рапирой.
Всего у нас было четыре кабинета — один для Квартальных Надзирателей и Поручиков, второй — для Городовых, третий — рабочий кабинет Ани, или теперь правильно говорить — товарища Лейтенанта, а четвертый — комната приема пищи, он же зал общих собраний, он же курилка, он же раздевалка для женской части коллектива.
Дверь открылась и вошёл Егор.
— О, доброго утра, — кивнул он присаживаясь за свободный стол. — Уже не спишь?
— Угу, — кивнул я.
Следом вошёл наш вчерашний коллега — Ярослав, или просто Ярик, как и Егор уже одетый в форму, и Надя — одна из Квартальных Поручиков, и Миша — второй Квартальный Поручик.
— Утра, мальчики, — поздоровались Надя.
— Привет новобранцы, — буркнул Миша и сев за стол сложил на него голову.
— Что, ребёнок спать не даёт? — понятливо спросил Ярик.
— Угу, — кивнул Миша. — Пару часов только поспал.
— Привет, — зашла девушка-стажер. — Надя, а у тебя чая не будет?
— А вы откуда кстати парни? — поинтересовался дремлющий Миша.
Дамы сразу навострили уши.
— В смысле, где раньше работали?
Девушки посмотрели на нас уже в открытую.
— Ерундой занимались, — ответил за нас Егор. — А вот он захватил одного из похитителей по делу «тихих упырей», и выследил ещё троих. За это перевели сюда.