Стажер

— Уверяю тебя, Беа, что там будут только наши однокурсники. Никаких светских львов Верхнего Синнея.
— Ладно, я обязательно приду. Там будет шампанское?
— Просто реки и моря шампанского. Буду тебя ждать, королева моего сердца. — Стив преувеличено галантно поцеловал ей руку. Беатрис отошла от них к стайке своих однокурсниц, которые призывно махали ей руками.
— Ты устраиваешь вечеринку? — спросил Перси: — я в первый раз об этом слышу.
— Да я и сам тоже. Мне это пришло в голову, когда я наблюдал за… ну и потом это действительно хорошая идея, все-таки мы оканчиваем академию. Кто знает, когда еще встретимся. — Стив словно бы оправдывался перед Перси: — И еще мы пригласим туда Инну Колон. Ты же хочешь пообщаться с ней в ээ… неформальной обстановке?
— Мгм. Мои шансы ничтожны. Я думаю, она пойдет с Арвеном. — Перси кивнул в сторону Инны, которая как раз рассмеялась в ответ какой-то шутке Арвена Нильсена, здоровенного двухметрового детины, капитана команды академии по хардболу.
— Думаю я найду способ его нейтрализовать на вечер. Положись на меня, мой упитанный друг, — подмигнул Стив.
— Да ну тебя… — вяло отозвался Перси.
— Вот и договорились. После экзаменов соберемся у меня. А теперь пошли к Гроуди, он, кажется, уже с ума сходит, пытаясь построить всех в шеренгу.
— Постараюсь… — Перси не успел закончить фразу, потому, что Гроуди грозно смотрел на опоздавших.
— Дорбан, Стоун! Если вы еще раз опоздаете — будете пересдавать зачет в личное время! Встать в строй! — и они поспешно выполнили команду. Гроуди неспешно прошелся вдоль строя, напоминая старую щуку в пруду полном карасей — и рад бы укусить, да зубы выпали.
— Я делаю замечание старосте группы. Неудовлетворительная дисциплина на уроках по физической подготовке. А между тем я хочу напомнить некоторым умникам, нацелившимся в Высшие Военные заведения, и в том числе в Ударные Истребительные Силы, что физическая подготовка в армии Империи всегда востребована. И вам еще придется сдавать экзамен как при поступлении, так и при выпуске и зачислении в войска, если кто-то из вас доживет до этого момента. Все ясно? Урок окончен, разойдись! — и строй мгновенно распался на группки, стремящиеся быстрей попасть в раздевалку. Перси шел и мечтал о стеклянных башнях Олд-Прайма, сверкающих погонах лейтенанта Ударных Истребительных и губах Инны Колон. Он мог только мечтать. Отец все равно не отпустит его в Прайм, а если даже он и приедет туда, то поступить в Академию Ударных Истребительных Сил было практически невозможно, почти так же, как и переспать с Инной Колон, красавицей и умницей, за которой всюду шатался Арвен, ясно давая понять, чья это территория. Его невеселые размышления прервал хлопок по плечу — Стив как всегда был рядом:
— Ну, так что, Перси? Я уже говорил с Колон, она твоя и только твоя, надо только приложить усилия. Она придет на нашу вечеринку, и придет одна.
— А что же Арвен?
— Ах, Арвен… понимаешь… его мне тоже пришлось пригласить, но он не придет. Вот увидишь.
— Да ну, — усомнился Перси.
— Не придет, верь мне. Так что в пять после экзамена. У меня.
— Ладно. Вообще-то я не ради Инны, понимаешь, у меня…
— Понимаю. Все равно буду ждать, — и Стив улыбнулся, делая вид, что стреляет в Перси из бластера, выставив указательный палец. Перси зажал воображаемую рану рукой и закатил глаза. Оба рассмеялись. И пошли в раздевалку, похлопывая друг друга по плечам. Придя, домой Перси первым делом бросил сумку в угол и проследовал в душ. Дверь, конечно же, была заперта. Перси постучал.
— Какого черта, Перси? — проворчали из-за двери. Перси подумал и прошел на кухню. На кухне он обнаружил Эдит, которая приветствовала его с набитым ртом.
— Привет, старший брат!
— И тебе привет, курносая. Кто в ванной?
— Так, дай-ка подумать… — Эдит стала загибать перепачканные вареньем пальцы: — Торнтон ушел на работу вместе с папой, у Арчи сегодня свидание с той толстой блондинкой из параллельного, так что в ванной или Анита или Брендон. Элементарно, Перси.
— И если это все-таки Анита, то душ в ближайщее время мне не светит. Мда. Что ешь-то? — он посмотрел на стол, засыпанный крошками и какими-то объедками.
— Ужин. То, что осталось после этих динозавров.
— А чашку кто разбил? — Перси коснулся пальцем осколка.
— Мама. Она на папу ругалась. Как всегда. — Эдит вытерла пальцы и заметила: — Ужина тебе не осталось. Но ты можешь разогреть себе гренки. Кто последний — моет посуду! — и она с довольным хихиканьем убежала из кухни. Перси открыл холодильник, разорвал руками пачку 'Игли-Мигли', 'консервированных, с лучшим вкусом и разноцветными вкладышами', проглотил сразу две, не разогревая, запил молоком прямо из пакета и заглянул в боковой карман. Как он и думал, там лежали лишь обертки от шоколадных палочек.
— А… Ты опять съел все палочки, Перси? — услышал он и обернулся. Анита. В банном халатике и с накрученной на голове башней из волос и полотенец.
— Тут была Эдит. — ответил он и закрыл холодильник, взяв пачку гренок 'Игли-Мигли'.
— Маленький монстр с большим аппетитом… и вот как она ест все подряд и не поправляется, а? — загрустила Анита: — Перси, у меня сегодня просмотр в шесть двадцать, поможешь мне с комнатой?
— Конечно. Пойду сполоснусь. Кстати — кто последний, тот моет посуду! — он спешно ретировался из кухни, Анита прокричала ему вслед:
— Можешь не торопиться! Эдит уже зашла в ванную!
— Черт! — и действительно, в ванной шумела вода и тоненький голос младшей сестренки фальшивил, выводя 'как я тебя любила, а ты ушел в пилоты, тебя я не забыла, и не забуду, кто ты'.
— Эдит! Ты же знала, что я после тренировки! — крикнул Перси, несильно ударив в дверь.
— У вас в академии есть душевые! — выкрикнула она сквозь шум воды. Перси ругнулся и принес табуретку из кухни, столкнувшись с насмешливым взглядом Аниты, пившей чай с лимоном, поставил ее возле двери в ванную и уселся, дав себе слово дождаться выхода Эдит и надрать ей уши. Конечно, в академии был душ, но там тоже была очередь. И потом — там слишком много шутников, норовящих ткнуть тебя носом в собственное пузо, фигурально выражаясь. Перси прислонился к стене и задремал, под успокаивающий шум воды и 'ла-ла-ла-ла-ла, пилоту я дала'. Незаметно для себя он уснул. Когда он проснулся, то обнаружил, что кто-то накинул на него теплый клетчатый плед и подоткнул его по краям. Зевнув, он прошел в освободившуюся, наконец, ванную и, скинув одежду, пустил воду. Наслаждаясь, горячей водой он запрокинул голову и принялся ее намыливать, сдерживая желание запеть. Слушать каждый день пение в душе и потом петь самому — это уже перебор.
— Перси, когда ты, наконец, научишься запирать дверь в ванную? — сказал кто-то совсем рядом: — смотреть противно…