Стажер

— Сэр… согласно инструкции мы обязаны предупредить Верховное Командование. — заметил дежурный офицер, но адмирал не ответил ему. Он быстро просчитывал варианты. Один корабль, класса 'левиафан' и целая эскадра против. Он не собирается орать на всю галактику, встретив первого попавшегося 'левиафана'. Черт, для чего тогда Военно-Космические Силы, если каждый адмирал будет звать подмогу, едва завидев противника. И потом — боевые действия полезны для карьеры. Приняв решение адмирал наклонился к тактическому монитору.
— Всей эскадре — боевая тревога! Поднять в пространство тридцать процентов всех палубных истребителей! Линейные корабли 'Рамирес', 'Эдвард' и 'Ричард' — выйти на дистанцию атаки. — утопив тумблер адмирал перевел всю эскадру в положение 'боевая тревога'. Сейчас на всех судах отдельной тридцать восьмой гудели сирены и шел отчет секунд. Сорок секунд до полной откачки атмосферы, минута до приведения систем в боевую готовность, две с половиной — до того, как в пространство вылетят юркие шмели палубных истребителей, каждый из которых нес на борту две ракетные бомбы типа 'Апокалипсис', способные разнести в клочья половину 'Левиафана' за доли секунды. Дело только за попаданием, но тут Волков не сомневался ни капли — на его стороне была статистика. У него в эскадре до полутора тысяч таких истребителей, а у противника максимум сто пятьдесят. Десять к одному. Можно принимать ставки. И, кстати, подобного рода 'молниеносные победы' хорошо сказываются на карьере. В Империи ценят победителей. И еще — он не хотел делится своей победой. Поэтому он отклонил предложение офицера связи оповестить о случившемся верховное командование. Они сделают это после победы.
— Сэр, группа судов 'С' на линии. — первыми вошли в боевой режим средние суда, им не надо разогревать громоздкие реакторы.
— Сэр, группа 'Б' на линии. — отозвались линейные корабли.
— Адмирал, здесь группа 'А'. Мы в боевом режиме. — после некоторой паузы прозвучал голос Мэттью Маклахана, командора звена дредноутов-гигантов.
— Истребители пошли, сэр. — это дежурный офицер. Не может отделаться от мысли, что все происходящее надо комментировать. Волков сделал себе заметку после боя разобраться с этим молодчиком. Дисциплина из рук вон. Адмирал переключил один динамик на тактическую волну малых судов.
— 'Драконы' в пространстве! — первым прозвучал клич 'Драконов', элиты 38 отдельной, пилоты управляли сверхюркими и маневренными 'Гладиаторами'.
— 'Дикие кошки' уже тут!
— 'Кентавры'!
— 'Сорвиголовы'!
— 'Викинги'! — истребители уносились в пространство стремительными иглами, исчезая в темноте и оставаясь только на экранах радаров. Там, вокруг красной метки, обозначающей вражеский 'Левиафан' стал замыкаться полукруг атакующих истребителей.
— Здесь Дракон-один. Мы вышли на дистанцию. Указания? — прохрипел в динамике голос командира 'Драконов'.
— Снять предохранители с систем наведения ракетных дестроеров 'Апокалипсис'. Приготовиться к атаке. Ждать приказа. — ответил адмирал. Он не хотел ни малейшей тени сомнения на его репутации, а ведь после боя Имперская комиссия наверняка будет просматривать весь корабельный журнал. И этот запрос поставит точку на сомнениях.
— Незарегистрированное судно! Здесь адмирал Волков, командующий отдельной тридцать восьмой эскадрой Имперских Военно-Космических Сил. Немедленно остановитесь и заглушите реакторы. Дайте опознавательную информацию по общему каналу и приготовьте шлюз. — адмирал выждал эффектную паузу, и продолжил:
— В противном случае вы будете уничтожены! — щелчок тумблера, он выходит на связь к истребителям. Волков не любил этих новомодных кибершунтов, позволяющих мановением мысли управлять всем и вся, и по старинке нажимал на кнопки и тумблеры. Вот и сейчас его палец лежал на синем переключателе, окаймленном черно-желтой полосой, — ее нажатие подаст мгновенный сигнал к атаке. Никто не уйдет от карающей длани Империи. А потом, когда он станет известным, благодаря этому бою… глядишь его пригласят в Олд-Прайм-Сити, на поощрение, или там грамоту дадут…
— Адмирал, эта лоханка не отвечает, сэр!
— Здесь дракон-один, какие будут распоряжения?
— Сэр, незарегистрированные метки, два-один, два-три, два-четыре… много меток! Расстояние — тридцать единиц. Они вышли из-за астероидов, сэр…
— Сколько всего судов, и какова их принадлежность?
— Всего около двадцати судов, сэр. Белейский таганат. Боевые корабли класса 'С' и 'В'.
— Отлично. — а ведь адмирал как раз подумал, что победы над одним судном, пусть даже класса 'Левиафан' будет маловато для его карьеры. А вот тридцать судов… почти эскадра. Белейский таганат. Что же, они сами выбрали свою судьбу. Их пилоты не смогут противостоять тактическим компьютерам истребителей Империи.
— Всем судам — развернуться в боевой порядок! Построение бриллиант. Все истребители — в пространство! Атака!
— Есть сэр! — истребители сомкнули ряды и понеслись к новой цели. Адмирал с улыбкой откинулся на спинку кресла. Скоро его переведут в Олд-Прайм. А может даже и орден дадут.
 
— Змей один-два, здесь Циклоп. У меня дурное предчувствие… — это конечно же Блежински. Ему чудится неладное. Хотя, к слову сказать и сам Март Эдисон, командир наемной эскадры 'Драгуны' и ветеран многих сражений, чувствовал себя не в своей тарелке. Конечно, это не помешало ему оборвать подчиненного:
— Заткнись Циклоп. Молчание в эфире. — Блежински заткнулся, а Март в свою очередь принялся терзаться сомнениями. Дурных предчувствий хватало. Начать с того, что, когда они нанимались на службу к Совету Эрта, никто не предупредил 'Драгун', что придется иметь дело с имперскими космическими силами. Март только вздохнул. Он не сомневался в своих пилотах и их машинах — его 'Манты' новейшей модификации дадут прикурить любому врагу в этом секторе галактики. Любому, кроме Империи, Альянса и Конфедерации. Кроме тех, у кого на судах стоит эта чертова нейроника, позволяющая человеку летать и стрелять так, словно он слился с машиной в единое целое. Да так оно и происходит, нейроника попросту объединяет нервную систему пилота и судна в одну систему. Кентавры. Люди-машины. Обычный пилот, управляющий своим кораблем при помощи штурвалов, рукоятей и тумблеров, никогда не сравнится в скорости реакции и меткости с этими чудовищами. Говорят, что от нейроники потом люди с ума сходят, потенция сходит на нет, а волосы выпадают… Врут, конечно. Март и сам пару раз видел имперских вояк в барах пограничных станций. Ни хрена волосы не выпадали. Да и с потенцией у них, явно все в порядке, если судить по тому, как официанток за столом лапали. Март, честно говоря и сам мечтал о нейронике на своем истребителе. Да только где ее взять, один экземпляр стоит на черном рынке столько, что пришлось бы продать все истребители эскадрильи и еще занять денег на средний эсминец. Кроме того, и не продавались они просто так. Только через знакомых посредников и в надежные руки. Говорят, глава Совета Эрта, Орг Деклан на своей яхте такую систему установил, что обошлось ему в баснословную сумму. Хотя… это наверняка стоило таких денег. В бою истребитель с нейроникой стоил десятка на ручном управлении… если не двух. Поэтому, немудрено, что у Блежински дурные предчувствия. Март кинул взгляд на тактический монитор и выругался. Вполголоса. Тридцать две активные точки. Дредноуты, линкоры, фрегаты, эсминцы и такшипы. И около двух сотен истребителей, или он, Март Эдисон, ни хрена не понимает в тактике космического боя. А у них… двадцать пять 'Драгунов', укрывшихся в старом корпусе 'Левиафана'… Конечно, же, за астероидом укрыт объединенный флот двух баронств и Белейского Таганата, но лично ему от этого не горячо и не холодно. Астероид — в двадцати пяти щелчках, а имперцы — в десяти.