Сказание о Небесной Искре. Том 2 (СИ)

« — Говори, Сталерук.
— Каждое княжество отправит по небольшому отряду на границы Исы. Они будут возводить оборону с особым рвением. Так, будто мы знаем о планах Захарии. Гордость не позволит ему использовать диверсию, поэтому он пойдет в лобовую атаку. Мы же начнем заранее готовить основные силы. Когда Захария начнет свой поход, мы зайдем с востока и запада, через Тундровые леса. Задача проста. После небольшого сопротивления твои люди начнут отступать. Мы сдадим им Галич и за ним Требовль, тем самым впуская внутрь границ Русского каганата. Как только они зайдут, Огневед и Ветроступ перекроют путь к отступлению. Тиверцы отправят ертаул, чтобы разбить заднюю часть войска, лишив подкрепления. Огневед же будет наступать в спину основной части. Мы же с тобой ударим их спереди.
— Наших сил будет недостаточно. В объединенной армии Русского каганата практиков столько же, сколько и у хазар, но ни для кого не секрет, что они в разы сильнее, с учетом их культивации. Как только начнется бой, они с каждым мгновением будут становиться более свирепыми и жестокими, нам нельзя затягивать сражение. Но и быстро разбить мы их не можем.
— Это карта формаций. Все, что есть у Исы мы задействуем разом. Берканское княжество полностью предоставит на это ресурсы. С восточной стороны мы задействуем Формацию Семисот Водопадов. Через две лучины с запада активируется Формация Раскола Лавин. В течение девяти месяцев мы подготовим за Требовлем Формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы. В качестве резерва Огневед, прошу позаботиться о Формации Магматического Взрыва».
Какое-то время все задумчиво переваривали информацию. Первым молчание нарушил Девятиглаз.
— С позволения кагана, я объясню. Это запись с совета великих князей. Все что вы слышали, их план.
Обадия поднял взгляд и многозначительно прищурился.
— Как мы можем быть уверены, что этот Девятиглаз не ведет нас в ловушку.
Захария поднял лишь указательный палец, а атмосфера стала тяжелее настолько, что некоторые из присутствующих закашлялись.
— Не стоит. Мы собрались не затем, чтобы оспаривать достоверность. Девятиглаз подтвердил свою верность. Что же касается информации, ее доставил мой личный лазутчик, о котором не знает никто, кроме меня. Я склонен верить этой информации.
Обадия смиренно кивнул.
— Итак, наш план не будет таким хитрым, мы не станем уподобляться русам. Только слабые идут путем хитрости. Изначально мы пойдем на поводу у их плана и войдем в границы каганата, но то будут не основные наши силы. Большая часть солдат зайдет с восточной части. В передовом отряде пойдут Девятиглаз и Сабриель. Ваша задача — разбить формации Каменных Врат и Хрустальной Триграммы. Восточные отряды позаботятся о Формации Семисот Водопадов, а я лично возглавлю западный отряд. Мы с Алп-Тарханом возьмем на себя основные силы. И я лично обещаю вам, что к следующему, после наступления, рассвету голова каждого великого князя будет висеть, как украшение у наших ворот!
Совет военачальников единогласно подтвердил слова Захарии.
— Прекрасно! Тогда каждому из вас будут выданы карты с подробным планом и действиями. Остался лишь месяц. Мы приведем наш каганат к вершине! Свет ему!
— КАГНАТЕ КЕ ЛЬЕ ПРАКАШ! — вскрикнули все.
И багровый дым сгустился у потолка зала.
Через какое-то время все покинули царственный дом, а сам Захария отправился в спальни.
Он открыл тяжелую деревянную дверь в комнату, усеянную коврами и шелковыми одеялами. Там у зеркала стояла смуглая девушка с ясными янтарными глазами.
— Как прошел совет? — вопросила она без какого-либо интереса.
— Прекрасно. Еще месяц и мы выступим. Ты помнишь обещание, которое ты мне дала?
Девушка по имени Сати, она же дочь бывшего кагана выдохнула, но без толики каких-либо эмоций.
— Не будь я так ценна для тебя, ты бы меня уже давно убил, но тем не менее я продолжаю жить, и не сбегаю, а значит у меня нет другого выбора.
Захария рассмеялся. Он подошел к девушке и грубо схватив ее за лицо повернул к себе. Мужчина заглянул в ее глаза и серьезно сказал.
 
— Своенравные в моем вкусе. Ты одна из сильнейших девушек каганата, было бы расточительно тебя просто убивать. Я собираюсь использовать всю твою силу, но… Признаться, я был удивлен, когда ты запечатала свою культивацию. На что ты надеялась?
— Я просто не дала тебе то, что ты не заслужил!
— ХА! Не заслужил? Да уж, ты права. Все награды забирает лишь победитель. Ничего, я потерплю. Но как только Русский каганат падет на колени, ты родишь мне наследника! А после передашь всю свою культивацию ему!
Сати медленно опустила глаза. На секунду в них отразилась грусть и безысходность, но после, ее взгляд вновь стал абсолютно пустым.
— Как прикажете, мой каган.
…
На стенах Ледяных Истин по-прежнему не было ни единой души. Здесь находилось одно местечко, о котором знали лишь два человека. Место это могло укрыть их даже от самого пытливого взгляда.
Лиска нашла его, еще будучи на первом году обучения и часто ходила сюда, чтобы помедитировать. Но совсем недавно у нее появился тот, кому она смогла рассказать эту тайну.
На стенах Ледяных Истин не было ни единой души, но если присмотреться, то сейчас там находилось два человека.
— Что ты чувствуешь по поводу этого противостояния?
— М?
— Все же они твой родной народ.
Рисбо задумался. Сейчас он сидел без своей маскировки и в его внешности безошибочно можно было определить хазарского юношу.
— Меня ничего не связывает с ними, кроме того, что я там родился.
— Вот как…
Лиска заметно мялась после предложений. Что-то тяготило ее.
— Если ты думаешь о том, на чьей я стороне, то зря, есть только одна сторона, к которой я всегда буду принадлежать. Твоя.
Щеки Лиски покраснели. Она привыкла к милому юмору Рисбо, к его нытью и серьезным тонам во время работы, но такое поведение для девушки все еще было вновинку.
— Знаешь я… Не особо умею говорить всякие такие штуки, все что мне доступно, это мои руки и несколько навыков, поэтому…
Он порылся в своей сумке и достал оттуда небольшой кулон в виде знака богини любви — Лады.
— Это затвердевшая смола Северной Карликовой сосны, она… ценная и очень благоприятно влияет на культивацию, а еще оберегает и… и это… ну.
Рисбо тараторил так быстро, что все слова сливались в одно единое, но под конец все же не нашелся, что продолжить. Однако Лиска не сводила с него своих чудесных глаз. Вместо этого она крепко его обняла.
— Рисбо, это лучший подарок в моей жизни. Спасибо тебе.
Ее губы мягко коснулись его щеки, отчего тот изрядно покраснел.
Юноша аккуратно застегнул шнурочек на ее шее.
— Мне идет?
— Более чем.
Какое-то время они молчали. От тревоги Лиски не осталось и следа, а вот Рисбо напротив стал более задумчивым.
— Давай сбежим? — внезапно начал он.
— Куда? От кого? — не поняла Лиска.
— Ото всех. От этой войны, от академий и культивации. Я хотел бы просто счастливо жить с тобой, мне до ужаса страшно от того, что происходит.
— Рисбо, но я…
— Мы с тобой пойдем на запад, через Берканское княжество, а там, возьмем лодку и переплывем тридевятые моря. Начнем новую жизнь, подальше отсюда.
Юноша непреклонно продолжал свою фантазию, казалось, его невозможно было остановить, но Лиска сжала его руку.
— Я не могу, Рисбо. Тут мой дом. Я росла здесь. Все эти люди, эта академия. Оно родное для меня. Не выйдет просто так все бросить.
— Но они убьют вас!!! Ты не представляешь, насколько сильны хазары! Это настоящие чудовища, оставляющие после себя выжженные поля и горы трупов!
— И что? Нет, ты не поймешь. Я буду сражаться за свой дом до конца! Как и любой другой практик. Мы не раздумывая пожертвуем жизнями ради людей, живущих здесь, ради своих близких и ради князя. Потому что это наш долг. Я люблю это место, Рисбо.
— Больше, чем меня?
— Такие вопросы…
— Ответь! Больше чем меня?!