Правила эксплуатации, или Как не влюбиться в демона

Тогда такую свадьбу однозначно запомнят надолго: счастливая невеста, ровно противоположно «счастливый» жених, уже с ярко выраженными атрибутами печального опыта с женской половиной на голове, рядом местная ведьма (то есть, я) и веселый Магический Волк, который, уверена, будет громче всех голосить «Горько», поражая всех местных своими умениями говорить и даже петь неприличные частушки. Если еще родственники жениха подключатся, то я не удивлюсь появлению и Лесных за застольем. Главное, чтобы местные успели в достаточной степени выпить на пресловутое «Горько». И местного батюшку выпроводить с застолья вовремя. А то, как бы и без того неординарная свадьба не наполнилась еще и внеплановым аутодафе. На свадьбах, конечно, предусмотрены игры и конкурсы, но я бы от такого тамады, как гневный священник, с его конкурсами держалась подальше.
Кстати о церкви.
А вот интересно, а Володька во время венчания задымится уже во время входа в церковь или вытерпит до того момента, когда его окрестят? Все же, если ради дела сменит внешность на человеческую, может, и батюшка не заметит ничего странного?
Но это все неважно, учитывая, что Володьку через неделю с небольшим возвращать во Мрак. Я, конечно, могу ненадолго откупиться им, сохраняя запасы на зиму от расстроенной и одинокой, но крыша от этого не починится, а это на данный момент – моя основная проблема, не считая еще списка дел попроще. Володька-то, как только закончится контракт, вернется к себе, если предприимчивая и одинокая девица в лице Василины не заключит с ним новый контрактик. Ну или успеет все же и женить на себе по законам нашего мира. Тогда есть шанс, что Володька останется здесь надолго, связанный узами брака.
С другой стороны, может, осчастливленные родственники сподобятся помочь новоиспеченной свахе и согласятся поработать хотя бы за плату?
Хотя… хочу ли я вообще видеть живущего и явно винящего меня во всех смертных грехах демона в непосредственной близости от себя? Тем более, контракт скоро истечет и защиты более давать от гнева рогатого не будет…
Я натурально сглотнула и затравленно посмотрела на мрачного и напряженного Володьку.
Да и жаль его. И без того настрадался и сколько еще придется! Он же даже не знает, что крыша у меня по типу дранки сделанная, а Володьке еще строгать планки из дерева для того, чтобы ее заделывать…
Тут, конечно, вопрос спорный, что предпочтет сам демон: недельное сватовство с возможной угрозой насильственной женитьбы, или моя дранка с еще незнакомым демону рубанком.
Щи закончились, время на раздумья вышло, а я пришла к однозначному выводу и повернулась к девице с радушным и заботливым выражением на лице.
– Ну конечно же, я тебе помогу, Василинушка! Считай, жених у тебя уже на пороге!
– Правда? – воодушевилась девица.
– Зуб даю, – кивнула уверенно, мысленно держа в уме, разумеется, не свой.
– Значится, хочу красивущего, высоченного, умного, щедрого. И чтоб любил меня до безумию! – с вдохновленным видом принялась загибать пухлые пальчики уже «почти» завидная невеста. – Но если не получится, так и быть, можно сына нашевского кузнеца – Ванюшку, – смилостивилась девица, пока мои брови уверенно ползли вверх. А как же согласие даже на рогатого и с хвостом?Хотя, взять Володю, так всем требованиям вполне соответствует. К тому же невеста по незнанию и на такие незначительные минусы, как рога и хвост согласилась. Но это так, мыслишки.
От собственных мыслей, где я вдруг окончательно уверилась, что демоны – образчики женских мечт, вдруг стало досадно. Особенно то, что в случае с Володей – даже я бы подписалась, будь голосование на главного молодца округи.
Василина так разошлась, что на фоне уже выдуманных возможностей моих мнимых магических сил, вдруг определила некоего Ванюшку не таким уж и хорошим, как казалось прежде: лицо недостаточно светлое, глаза не такие голубые, мог бы и плечи сделать более широкими (ага, у сына кузнеца-то. Куда уж больше?). Мол, раз гулять, так по полной.
– Василина, ты не торопись, – подала я голос, перебивая рассуждающую о плюсах и минусах некоего Ивана. – Это не так работает, – покачала я головой, сделав вид суровый и загадочный. Судя по выражению морды Велеса, я сейчас больше смахивала на жертву режима номер пять. Рогатый хлопчик как-то руки о скатерть вытер и попытался схорониться, надеясь, что я не примечу. Приметила и нашла нерадивого вот с таким же лицом, как должно быть сейчас у меня. Для демона врал он так жутко, что мне его стало почти жалко. Но стирать я его все же приучила, как и мыть грязные руки, а не вытирать обо все подряд! Кто их там во Мраке воспитывает вообще?
Я-то тогда жертве не поверила, так как опыт с льстецами и лжецами уже имела, а вот Василина неожиданно прониклась!
– Кровь нужна? – выразительно округлив глаза, поинтересовалась на все готовая ради личного счастья девица. Даже крови и пота своего не жалея, судя по тому, как она потянулась к своей сумке. Там что-то звякнуло. Звякало несколько склянок. Я так понимаю, кровь тоже в ассортименте?
– Нет, мне твоя кровь не поможет… – покачала я головой, но девицу это не смутило.
– А чья нужна? – с живейшим интересом задала та вопрос и вновь пошарилась в сумке, из которой достала небольшой такой ножичек. Небольшой, но острый! И вид у Василины был такой предприимчивый, что я настороженно от девушки отстранилась. – Ты скажи, я добуду, – заверили меня с совершенно невозмутимым и готовым видом, а после, вслед за ножом, вытащила из сумки объемный куль. Небольшой, но довольно объемный.
Заметив, что куль немного сочится красноватой жидкостью, ощутила, как мне поплохело.
– Н-не надо никакой крови, – ответила я, но вдруг поймала себя на том, что голос испуганно дрогнул, и получилось скорее просящее.
– Да ты не смущайся, – тряхнула она рукой и задорно улыбнулась, ловко, несмотря на полные пальцы, заиграв ножичком, и принялась этот куль развязывать. – Ведьмино дело, оно, знамо, темное… опасное… жертв требует…
– Не надо жертв на моем столе! – не выдержала я и повысила голос, слегка удивив девицу,что все же развернула куль, где оказался заботливо упакованный свиной окорок, с которого сочился розоватый сок. Дух я перевела, но осадочек, как говорится, остался.
Видимо, справившись с удивлением, а может, напротив, поддавшись ему, девица стала отрезать ломоть мяса размером, которым я обычно отрезаю хлеб демону.
– Я, правда, не занимаюсь приворотами, – попыталась я улыбнуться.
– Как же ты мне тогда поможешь? – завозилась она, доставая из сумки и завернутый в ткань хлеб. Хлеб дева отрезала вдвое толще, чем мясо. И вид имела уже менее воодушевленный. Даже подозрительный. А нож в ее руке меня прямо сильно волновал.
Пока я боролась с двумя навязчивыми мыслями.Первая – о том, как она собирается это есть, если не обладает способностями разевать пасть как змея. И вторая – что родители девы явно не бедствуют. Это и хорошо, и плохо. Приданое есть – хорошо. Плохо, что охочие до денег уже давно бы посватались, невзирая на «незначительные» недостатки невесты. Но не сватаются, значит, все печальнее, чем ожидалось. Характер самой невесты или родственники, где тесть – бывший солдат и умеет убивать, где ж их разберешь!