Закон притяжения. Его студентка

— Почему?
Не выдержав, Виктор повысил голос:
— Потому, что ты напридумывала себе того, чего в природе не существует! Потому, что мы договаривались обрубить все концы, если одному из нас однажды наскучит наша связь — и мне она наскучила! Потому, что наш с тобой секс без обязательств изжил себя! Потому, что мы ничего друг другу не должны! Потому, что…
— Можешь говорить что угодно! — воинственно скрестив руки на груди, ехидно пропела Татьяна. — Но я никуда не уйду!
Буквально охренев от подобного заявления, Виктор ошарашенно уставился на сожительницу.
— Повтори-ка? — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— Я. Никуда. Не уйду.
— И что же помешает мне выставить тебя за дверь прямо сейчас?
— Обстоятельства, — девушка невинно захлопала ресницами.
Макаров же, из последних сил сдерживаясь от трехэтажных матов, уточнил:
— Какие обстоятельства, Таня?
Нервно передернув плечами, она пафосно заявила:
— Я вполне могу носить под сердцем твоего ребенка!
Мужчина улыбнулся. Тяжело вздохнул и осуждающе поцокал языком.
— Старая как мир сказочка! Прекрати бредить, ладно? Не заставляй напоминать тебе, что ты принимаешь противозачаточные, а я всегда… всегда пользуюсь резинками! Двойная контрацепция. О какой беременности речь?
Татьяна демонстративно стряхнула с его рубашки несуществующие пылинки и ошарашила признанием:
— Может, тебя это удивит, но ни разу… никогда в своей жизни я не принимала таблетки. Зачем бы я стала травить себя, если ты все равно ко мне без презервативов не подходил? А теперь вспомни, сколько раз рвались твои силиконовые друзья, когда ты жарил меня в образе распутной студентки? М?
«Твою ж… сука! Не может быть!»
В районе солнечного сплетения что-то зверски заныло от тревоги.
Дышать стало чертовски сложно. И пока он приходил в себя, Таня продолжала верещать, точно голубь на проводе. Без умолку.
— Предупреждаю сразу: аборт делать я не стану не при каких обстоятельствах. Если все же залетела, буду рожать. Имей это в виду! Как и то, что я не уйду из твоего дома до тех пор, пока не буду уверена на сто процентов, что ты мне пузо не набил!
Восстановить самообладание было сложно.
И тем не менее Виктору удалось взять себя в руки.
Достав из кармана пачку сигарет, он зажал одну из них губами и подпалил прямо в квартире. Затянувшись до белых рябей в глазах, до боли в ребрах и жжения в легких, мужчина глухо произнес:
— Как скоро ты об этом узнаешь?
— Через две-три недели.
— Что ж, — вновь щедро хапнул горьковатого дыма, — я тебя услышал! А теперь услышь меня и ты. На случай, если вздумаешь развести меня, как лоха, знай — современная медицина позволяет определить срок беременности вплоть до нескольких часов! Это я к тому, что чужого ребенка повесить на меня не удастся. Даже если время зачатия не вызовет у меня подозрений, я все равно проведу тест на установление отцовства после рождения малыша.
— Расслабься! Я не собираюсь тебя обманывать! — обиженно фыркнула девушка. — Если беременность не подтвердится, я просто уйду из твоей жизни, как ты того и хочешь… Ну, а пока мы можем немного…
— Не можем! — обрубил строго. — Я поживу в комнате для гостей!
Она крикнула что-то ему в спину, но он не разобрал ни слова.
Пульс остервенело долбил по вискам. В ушах страшно гудело.
Будто обессилев, нетвердой походкой Виктор двинулся в запасную спальню.
Ощущая себя зверем, загнанным в угол, нервно заметался по комнате.
«Как же так? Как я умудрился вляпаться во все это дерьмо? Вот тебе и свободные отношения… во всей, сука, красе! Получи, распишись!»
Мысли, хаотично сменяющие друг друга, угрожали взорвать черепную коробку к чертям собачьим. В какой-то момент, почувствовав себя выжатым, точно пресловутый лимон, он распластался на кровати прямо поверх покрывала и крепко зажмурился, отказываясь верить в происходящее.
А спустя некоторое время и вовсе забылся тревожным сном.
Его разбудил звонок. Звонок в дверь.
Бегло взглянув на наручные часы, светящиеся в темноте, мужчина с удивлением обнаружил, что посетитель (кем бы он ни был) довольно поздний. Шел уже третий час ночи. Настойчивая трель повторилась.
На сей раз Макаров заставил себя подняться с постели и дошагать до прихожей. Однако, взглянув в дверной глазок, Виктор буквально остолбенел.
Сердце так отчаянно в груди трепыхнулось, что чудом ребра целы остались.
«Какого черта? Лена?»
Спустя секунду, недоуменно хмурясь, он впустил ее внутрь.
Взволнованную. Раскрасневшуюся. Смущенную до крайности.
А вместе с тем решительную и чертовски сексуальную.
— Что случилось? — прохрипел чужим голосом.
Пронзая лихорадочным блеском своих голубых ангельских глаз, девушка медленно вторглась в его личное пространство.
Дурманя рассудок. Будоража кровь.
А после она тихо произнесла:
— Одна ночь! Я хочу провести с тобой эту ночь!
— Детка…
— Хочу!
Все, что когда-либо сдерживало его, отошло на второй план.
Растворилось под натиском их безумия. Дикости. Страсти.
Подхватив ее на руки, Макаров молча понес малявку в свою комнату. Заперев дверь изнутри, торопливо швырнул ее на постель.
Секунда. И вот он уже навалился сверху, точно одержимый, набрасываясь на ее губы. Стон… отчаянный, мучительный, разрезал тишину спальни.
— Малышка! Моя малышка!
— Возьми меня! — с упоением отвечала на его ласки Белова. — Я так сильно хочу! Прошу! Пожалуйста, Витюнечка!
«Так, стоп! Как она меня назвала?»
Это было сродни ледяному душу в самый разгар жаркого дня.
Потому что Лена никогда так не сказала бы!
Вздрогнув, Виктор внезапно… открыл глаза. Окончательно проснулся.
И обнаружил в своей постели Татьяну, отчаянно пытающуюся избавить его от одежды в перерывах между их жаркими поцелуями.
«Нет! Нет! Стоп!»
Грязно ругнувшись, Макаров вскочил на ноги. Да так быстро, будто увидел в кровати не обнаженную девушку, а ядовитую змею.
— Таня, бл*дь! Что происходит? — прогромыхал, когда вновь обрел способность разговаривать. — Ты зачем сюда пришла?
— Извини! — жалобно пропищала та в ответ. — Я думала, ты тоже хочешь!
Пожалуй, лишь в ту самую минуту он понял, чего жаждет на самом деле.