И в беде мы полюбим друг друга

Ее насмешило мое изумление, и она отпила глоток из чашки.
– Может быть, вы пойдете пить кофе к себе в кабинет? А я посмотрю бумаги немного позже, – сказал я, указав подбородком на папку.
– Нет, нам надо поговорить.
– О чем?
– О вас. О выражении, которое не сходит с вашего лица вот уже несколько месяцев. Я вовсе не хочу сказать, что знала вас раньше веселым шутником, но я никогда не видела вас таким мрачным. Поначалу, не скрою, мне показалось, что в вашей мрачности есть особый шарм. Скажем так: зрелый мужчина, все испытав, пресытился и ждет встречи с замечательной женщиной вроде меня, которая вернет ему вкус к жизни. Но время идет, и ваша угрюмость стала действовать мне на нервы.
Я нахмурился. Беда в том, что людей вроде Дорины легко возненавидеть за те же самые качества, которые поначалу вызвали у вас одобрение.
– Не лезьте не в свое дело.
– Нет, это мое дело. Во-первых, потому, что мне неприятно работать рядом с гробовщиком, а во-вторых, потому, что ваше поведение вредит делу, и все кончится тем, что мы пойдем ко дну.
– Вы все сказали?
– Да. В-третьих ничего нет.
– О’кей. Благодарю за проделанную работу. И спасибо, что освободили от своего присутствия.
Она приготовилась встать, но не встала.
– А вы не хотите провести классный вечер? Только мы вдвоем, вы и я.
Дорина ринулась в бой. Она уже не раз с обезоруживающей прямотой показывала, что интересуется мной. До сих пор я игнорировал ее выпады, но теперь надо было покончить с этим раз и навсегда. Объясниться с такой же прямотой.
– И что же это будет за вечер?
– Уж точно не вечер начальника с подчиненной в ресторане с дурацкими вопросами, вроде: «Дорина, как вы представляете свое будущее в нашей фирме через пять лет?» Нет, веселый вечерок с коктейлями. Я помогу вам выпить столько, что вы расслабитесь и предложите мне провести с вами ночь.
Все это она высказала деловитым тоном, каким говорила, готовясь к встрече с клиентами. Я чуть было не расхохотался. Если кто-то и мог меня рассмешить, то только Дорина. Но сейчас меня ошеломила ее нескромность. Неужели юное поколение настолько свободно от морали, что на самом деле представляет себе близкие отношения как обычное времяпрепровождение? Я встречал в своей жизни либертинов, но они объявляли себя поборниками эмансипации. А тут молодая девушка, недавно со школьной скамьи, была совершенно лишена стыдливости и уже обладала немалым сексуальным опытом? Я сделал рассерженное лицо, уперся руками в стол и набрал побольше воздуха.
– Дорина… Вы прекрасно знаете, что я не одобряю подобного рода разговоры.
– А я вам не верю. Быть мечтой молодой и хорошенькой девушки не может не льстить вашему эго. И потом, вам всегда нравилась моя прямота.
– Я одобряю вашу прямоту, когда мы с вами работаем, но мне нет никакого дела до ваших, как вы выразились, мечтаний. И я не собираюсь их с вами обсуждать. Выбросите свои мечтания из головы.
– Такие мечтания рождаются не в голове.
– Замечательно. Не забывайте, я ваш начальник, вы моя подчиненная.
– Да, я знаю, на работе – работай, но…
– Дорина! – я повысил голос. – Даже если бы вы работали не у меня, меня бы не заинтересовали такого рода… планы! Вы девчонка, а я не сплю с девчонками. И вообще вы не в моем вкусе. Теперь все понятно?
Разумеется, я солгал. У меня были встречи с молоденькими девушками, и Дорину я находил очень привлекательной и сексуальной. Но я не хотел рисковать благополучием своей фирмы, заведя шашни с секретаршей.
Я подумал, не был ли я слишком суров. А что, если я ее обидел? Но Дорина, похоже, была далека от подобных переживаний.
– Скажете тоже, девчонка! Конечно, я моложе вас, тут вам не возразишь. Ну и что из этого? Лет на двадцать? Или немного больше. И что такое двадцать пять лет по сравнению с целой жизнью? Треть. Или даже четверть, если будете жить как киприоты. Ясно? Так что это не довод. А планы не потому, что вы мой патрон, я совсем не маньячу насчет отношений патрона и секретарши, но я нахожу вас классным. И знаю, что я вам нравлюсь. Вообще-то я знаю, что нравлюсь всем мужчинам.
Голос ее звучал ровно, как будто она сообщала данные о состоянии рынка, уверенная, что хорошо все проработала.
– Идите.
– Ок, ухожу, но вы еще подумаете о нашем разговоре, я знаю. И если решитесь, не робейте.
– Вон! – прорычал я.
Дорина насмешливо скривила губы, встала и направилась к двери.
– Да я телом чувствую ваш аппетит, – бросила она на ходу. – Чувствую, как вы мнете мне попку.
И она мигом выскочила за дверь, чтобы не дать мне ответить.
Я усмехнулся. Вообще-то я робел перед этой зеленью. Она безудержно демонстрировала свою сексуальность и, казалось, хотела испробовать все, что только возможно, как будто секс был компьютерной игрой со многими уровнями. Уровень первый: расстаться с девственностью. Уровень второй: попробовать все, что можно, с ровесником. Уровень третий: попробовать секс с девушкой. Уровень четвертый: попробовать секс втроем и т. д. Переспать со «стариком», очевидно, было уже каким-то запредельным уровнем. Так что девочки меня пугали. Наиграются и что тогда? Чего будут ждать? Откуда возьмут романтичность, чтобы надеяться встретить однажды свою великую любовь? Вопрос старика, согласен. Да и не мне их учить морали. Но мне кажется, что сексуальная свобода должна быть достоянием людей зрелых, которые могут жить полной жизнью, не впадая в извращения. Еще одно мнение старика, опять согласен.
* * *
Зазвонил телефон. Дорина.
– Из-за всех этих разговоров я забыла сказать, что соискатель уже пришел, – сообщила она. – Резюме у вас на столе.
Вошедший Самир выглядел лихим парнем, какими часто стараются выглядеть ребята из неблагополучных кварталов. Парни из предместий часто идут в службу безопасности и работают охранниками. Профессия не требует особой квалификации, мы за несколько дней обучаем всему, что необходимо. Моя задача состоит в том, чтобы определить, может ли парень владеть собой, способен ли держать под контролем сложную ситуацию, с которой, возможно, придется столкнуться, будет ли соблюдать правила.
Высокий, стройный Самир был довольно красив, ему исполнилось тридцать. Он протянул мне руку, крепко пожал мою и обвел взглядом кабинет. Я еще раз пробежался по его резюме: мелкие недолговременные работы, большинство из которых выдумка.
– Вам рассказали, в чем состоит работа?
– Да.
– Вы считаете, что способны ее выполнять?
– Надо быть дебилом, чтобы не суметь сидеть у дверей или следить за камерой наблюдения.
– Не так все просто. Эта работа требует определенных качеств.
– Не беспокойтесь. Справлюсь.