Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!
– Какой камень, Яйцо Заветное! – с укоризной отозвался Вальбу.
– Дракончика, что ли, маленького заделали? – обрадовалась я.
– Ну ты даешь! – даже Ульвар поразился моей неосведомленности. – Это не муж ее, а брат. Легендарный Аригун! Тот самый, который наше королевство от артроплевр освободил.
Словечко «артроплевра» было для меня новым, но приятности как-то заранее не внушало. Как я уже говорила, бабуля не особо много времени уделяла моему образованию.
– А это – яйцо, которое отложила царица артроплевр, Сольрис, – с увлечением продолжил Вальбу. – Аригун с Ольфозой, бесконечная им слава, долго воевали с плеврами, уничтожая все ее кладки. И вот здесь как раз Аригун изображен перед тем, как разбил последнее и самое ценное яичко.
– Кто такие эти самые… арты… плевры? – перебила я, потому что мне действительно стало интересно приобщиться к истории королевства.
– Меньше знаешь – крепче спишь, златовласка, – братьев-оборотней аж передернуло, причем обоих одновременно.
И в этом я была с ним согласна, поэтому в подробности выяснения облика данных существ углубляться не стала.
– Кстати, есть железобетонная примета, – добавил Вальбу. – Если перед началом учебного года потрешь средний коготь на правой ноге дракона, то целый год тебе будет сопутствовать удача!
Приглядевшись, я заметила, что средний коготь Аригуна действительно выглядел затертым, даже поблескивал.
– Я уже тер! – похвастался Ульвар. – А ты не хочешь приобщиться к студенческой мудрости, Хэлли?
Вообще-то, удача в поисках монеточки и в целом мне очень бы даже пригодилась.
– Не достану, – с сожалением констатировала я, прикинув высоту постамента. – Вот если бы у меня были крылья…
Братья заговорщически переглянулись и хихикнули.
– Вообще не вижу в этом проблемы, – заметил старший.
А младший… Младший пригнулся и самым натуральным образом нырнул мне между ног.
Я чувствую на себе пристальный, внимательный взгляд проректора, который, кажется, даже не слушает, что ему говорят другие преподаватели. В следующее мгновение я, прямо-таки уютненько устроившись, уже сижу на плечах Ульвара, свесив ножки.
Стоит ли говорить, что мои проклятые юбки снова задрались, явив на обозрение прорекора и всей академии чулки, на этот раз украшенные черными атласными бантиками?
Наверное, не стоит!
Смотрели, переглядывались, перешептывались и перехихикивались все! Сурия с Бранисой и Трисбой вытаращили глаза, Павиан довольно ухмылялся, а у молодого вампира Элайи Куртоля, кажется, треснули очки. Ректоресса, нахмурившись, отслеживала реакцию ревизора Игоряха, который никакой особой реакции не давал.
Про проректора я лучше промолчу.
– Немедленно поставь на место! – прошипела я, вцепившись оборотню в мускулистую шею. – Не нужна мне удача! Не буду я ничего тереть!
Шаткость моего положения и особенно выставленные перед всеми чулки, на которые я безуспешно пыталась натянуть юбку, волновали меня чрезвычайно.
Но, похоже, вообще не волновали наглого оборотня. Под всеобщими взглядами он поудобнее перехватил меня, положив руки прямо мне на бедра, и торжественно поднес к постаменту.
Счастливый коготь Аригуна оказался прямо у меня под носом – стоило всего лишь протянуть руку.
– Скажите, фэссарина Сенфрид, для того ли я исцелил вашу шею, чтобы вы ее себе все-таки сломали, навернувшись с оборотня? – послышался совсем рядом холодный голос проректора.
Джерласс Аэлмар каким-то странным образом оказался совсем близко, и его глаза буквально прожигали меня насквозь.
– Не извольте беспокоиться, магистр, – с почтением отозвался Ульвар. – Я держу фэссарину Хэллию очень крепко и ни за что не отпущу!
– Ревизора Исаволя вы будете так же крепко держать, когда он соберется писать Его Величеству донос о распущенных нравах, царящих в Академии? – процедил Аэлмар.
– Ради всех святых простите нам эту вольность, магистр! – с самым покаянным видом вмешался старший брат Ульвара. – Старая традиция, вы же понимаете... Девушке не помешает немного удачи перед самым учебным годом.
– Девушке не помешает немного скромности, – резко сказал проректор, не сводя с меня пылающих глаз. – Достоинства. Прилежания. Трудолюбия. И, наконец, способностей.
– Вы можете найти все это, магистр, – внезапно сказала я с неожиданной даже для себя ответной резкостью. – В Сурии Рендал. Во мне искать не нужно. Вы не мой куратор.
– Я сам решу, что и в ком мне искать, фэссарина Сенфрид, – оборвал Аэлмар. – Я не ваш куратор, как вы проницательно заметили. Но я – ваш проректор. И сегодня вечером я жду вас для наказания, которое вы успели заработать, даже еще не начав обучение. Вы же в курсе, что когда санкций к студенту набирается больше десяти, руководство вправе поставить вопрос об его исключении? Две у вас уже есть.
– Больше она не наберет! – поспешили заверить проректора братья.
Далее, под его темным взглядом эти мускулистые светловолосые оборотни спешно сняли меня с шеи Ульвара, обняв с двух сторон, как будто хотели защитить от гнева проректора.
Но гнева в нем от этой трогательной защиты почему-то как будто даже прибавилось.
– И что на него нашло? – удивился Вальбу. – Обычно магистру никакого дела нет до студентов и того, чем они там занимаются. Хоть под окнами у него оргии устраивай!
– Мне вот интереснее, когда ты успела заработать первую санкцию, да еще и от Аэлмара, златовласка? – проронил его брат.
– Когда гуляла, – просто пожала плечами я.
Коготь дракона за всеми этими событиями я, кстати, потереть так и не успела.
Так что, похоже, не видать мне удачи, как своих ушей…
Тем более вон она – Сурия Рендал, справившись со своей крайней степенью злобы, уже спешит ко мне, чтобы, покровительственно взяв за руку, увести от оборотней в более приличное общество.
Судя по выразительным взглядам Бранисы и Трисбы, мои бедные дриадьи косточки они уже перемыть успели.
– Знаю один прекрасный магазинчик, где продаются порядочные вещи для гардероба приличных фэссарин. Там есть все, от плащей, до нижнего белья, – как бы невзначай заметила Сурия. – Можно будет посетить его всем вместе.