Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!

– У вас занятная радужка глаз, фэсс, – заметила я и подалась вперед, желая рассмотреть поближе. – В Эльмгостском лесу есть озеро, и вода там потрясающей, кристальной прозрачности и глубины. Говорят, что у него нет дна. Ну, по крайней мере, я много раз ныряла, пытаясь его нащупать, но у меня не получалось ни единого разочка. Зимы у нас холодные, поэтому озеро промерзает на пять, а то и все десять метров… Ваши глаза похожи на это озеро… В самую стужу…
Не отводя взгляда, дракон притянул меня к себе – его губы были уже практически на моих губах. А потом, вместо того, чтоб поцеловать разгоряченную дриаду, Аэлмар сказал всего три слова:
– Что ты пила?
– Чай, – обиделась я и почему-то икнула. – Вот почему, если у дриады хорошее настроение – так и обязательно что-то недозволительное пила?    
Дракон отставил меня в сторону и с подозрением посмотрел на Павиана.
– Хэлли действительно пила только чай, – невинным голосом сообщил хитрец. – И съела две мармеладки.
Аэлмар коршуном ринулся к тарелке с мармеладом, впрочем, изучал он ее не особо долго.
– Пагубный мармелад, – покачал темноволосой головой дракон и добавил, не сводя с меня глаз. – Удивительно, как она вообще на ногах держится. В пятидесяти граммах содержится убойная доза алкоголя. Почему ты не предупредил ее?
– Я просто люблю, когда мои друзья пробуют новые вкусы, – коварно улыбнулся эльф.
В этот момент ко мне пришло осознание, что как-то я на завтраке у эльфа подзадержалась, а ведь мне еще нужно готовить вечернюю операцию. Но попытка покинуть гостеприимный покой эльфа закончилась для меня полным провалом: сделав пару неверных шагов, я чуть не упала в вазон с пуансеттией. Обязательно примяла бы несчастный цветок, если б Аэлмар меня не подхватил.
– Если подобное повторится – увольнение без содержания, – негромко проговорил проректор Павиану.
Дальнейшее было просто за гранью. Потому что со мной на руках дракон взмыл высоко в небо. От истинного драконьего в его облике были только крылья – огромные, плавные и очень красивые, сплошь в черных и золотистых чешуйках.
Я никогда в жизни не поднималась в воздух, да еще и так высоко, поэтому прошлось изо всех сил обхватить его шею, прижаться к нему всем телом. Ну и платье… Мое платье, конечно, снова коварно задралось. Но для кого это было неожиданностью?
В небесной вышине было жутко, но так красиво, свободно и светло… Замок и студенческий городок уменьшились до размеров игрушки. А еще, несмотря на шаткость такого положения, в его руках я чувствовала себя в полной и абсолютной безопасности. Чувствовала себя уютно и на своем месте.
Что мне совершенно не понравилось. Так и пари проиграть недолго. Даже выругаться захотелось, помянув моих любимых шеликунов. Собственно, так я и сделала. Но легче не стало.
– Будьте добры отнести меня в мой покой, фэсс Аэлмар, – слабым голосом попросила я.  
– Чтобы Рендал сообщила всей академии, и в том числе ректору, в каком состоянии ты явилась? – выгнул бровь дракон. – Хочешь испортить себе репутацию?
На мой взгляд, портить там особо было нечего, особенно после литографии с карикатурой, но слово «репутация» всегда влияло на меня магическим образом.
Поэтому я не сопротивлялась (почти не сопротивлялась!), когда он принес меня на галерею в скале, после чего я оказалась в его кабинете.
– Протестую! – заявила я с мягкого кожаного диванчика, куда он меня бережно уложил.
И теперь освобождал от обуви. Сама бы я этого сделать точно не смогла – золотой кабинет не то, что двоился, десятерился у меня перед глазами.
Ничего себе мармеладки на завтрак...
– Это не по правилам пари!
– Наплевать на пари, – сдержано сказал Аэлмар, медленно развязывая атласные завязки моих туфель.
– Если вы воспользуетесь моим беспомощным положением, то я…
– Пьяные девушки меня не интересуют, – прозвучало холодно.
Дальнейшее помню совсем смутно. Кажется, он коснулся моих волос, отводя локоны с лица, и что-то сказал. А потом я уснула с осознанием того, что обязательно должна запомнить эти слова. Что они важны.
Но, конечно, я забыла. Забыла.
Благо, никаких кошмаров про плевр мне не снилось, и на том спасибо.
А снилось нечто крайне неприличное и удивительно приятное.
С пробуждением было хуже.
В мягком полумраке мерцающего камина кабинет дракона выглядел уютно и интимно, а за окном совсем стемнело. Самого проректора не было. Что меня порадовало.
А то помнится, я что-то там говорила про глаза Аэлмара и озеро…
Ой, загрызи меня шеликун!
Не порадовало то, что голова вполне ощутимо побаливала.
Ну, спасибо, Павиан, удружил со своими мармеладками! Почище Сурии насолил. А еще друг называется!
Кабинет проректора я смогла покинуть беспрепятственно. Пожалуй, все случившееся мне даже на руку. А то бы пришлось гадать, как посреди ночи пройти мимо моего давнего знакомого – орка Бырхгыра, который сторожил ворота академии.
Надеюсь, выходная поездка Сурии и ее бабки ректорессы не отменилась. Но, раз я уже здесь, почти у самой двери в башню, возвращаться в корпус общежития и проверять наличие или отсутствие драконессы уже не резон.
Ночные коридоры академии были темны и тихи, навевая неприятные ассоциации с королевским замком из моего кошмара, но я старалась об этом не думать. Надеюсь, Бырхгыр не делает здесь ночной обход.
А вот и дверь «Таинственного клуба» с сакральной печатью на ней. Я провела пальцами по вязи сложного узора, пытаясь обнаружить возможную ловушку. В ответ на это вязь возмущенно вспыхнула серебром. Интуитивно я почувствовала – это неправильно. Опасаясь, что сейчас включатся сигнальные чары, быстро поднесла к ней перстень-гололит, который должен был подействовать, как ключ.
Сразу несколько неприятных мыслей пришло мне в голову. Что, если Сурия подсунула мне какой-нибудь порченый перстень с какой-то подлянкой внутри? Надо было попробовать хоть разок открыть эту треклятую дверь, почему я это не предусмотрела?
Но, видимо, Дриадья Праматерь ко мне благоволила – в следующее мгновение узор стал золотым, а затем дверь открылась.
Да, я в клубе!
Одна! Без навязчивого внимания Сурии и ее прихлебателей!
Вот теперь я могу беспрепятственно бросить по зале все свои поисковички, настроенные на мою бабушку и предметы, которых она касалась. Точнее, на один предмет – неведомую монетку.
Пока запущенные мной заклинания работали, я, не переставая контролировать все эти стрелочки, круги и различные другие геомагические фигуры, подошла к свитку с гимном.
Который мирно лежал под стеклышком, не зная, что его ждет.