Вне игры

Когда поднялись еще выше, стало ясно, что следующий конгломерат зданий последний. Дальше должен быть красивейший парк, похожий на сказочный лес, а в его середине — здание ЦО.
Или, если проще, Сковородка. Так ЦО называли в нашем дистрикте. Здание и вправду походило на громоздкую посудину — невысокое, круглое и приплюснутое, к тому же строение имело «ручку» — уходящую на север и ввысь взлетно-посадочную парковку, по краям которой тянулись высокоскоростные трассы для тех, кто предпочитал передвигаться наземным транспортом. Хотя бытовало и другое объяснение народному названию — претендентов на гражданство по-настоящему прожаривали, прежде чем взвесить и оценить. Прямо как ощипанную голубоватую тушку цыпленка перед готовкой и поглощением.
Хайро припарковал флаер возле съезда с асфальтовой трассы на парковку, где нас сложно было обнаружить и разглядеть журналистам. Насколько я понял, безопасник активно использовал сеть друзей и знакомых, поручал им разовые задания, вроде подготовки сменных флаеров. Один из таких его знакомых стал нашими глазами у десятиэтажного здания ЦО. Пройти неопознанными не получится — на территории вокруг Сковородки запрещены любые маскирующие гаджеты, но хотя бы знать, что нас ждет, было полезно.
Лично меня ждали сразу две «прожарки» — сначала журналистами, потом членами гражданской комиссии. Так что я в какой-то степени должен был стать на этом званом вечере главным блюдом.
— …пресс-конференцию, но вряд ли мы узнаем, что на ней было, пока не выйдем из Сковородки, — бубнил Тоби, но я услышал лишь концовку, потому что вылезал из флаера после них с Хангом. Пришлось переспросить:
— Что?
— Пока летели, а ты спал, «Сноусторм» объявил, что завтра они выступят с важным сообщением, касающимся геймплея, — повторил Тобиас. — И еще было что-то про совет директоров.
— Но мы в это время будем на тестах, так что… — Ханг развел руками.
В Сковородке действовало то же правило, что и на Демонических играх: никаких устройств связи на все время тестирования. Причем в куда более жестком варианте — претенденты будут лишены даже новостных каналов. Нас ждали несколько дней беспрерывных тестов с перерывами на сон и еду.
Хайро, задержавшийся во флаере, наконец тоже вылез, отряхнулся, размял шею, потянулся, хрустнув костями, после чего изучил картинку на комме, что транслировал ему знакомый.
— Так, понятно, — сказал он. — Все ждут Алекса, а вместе с ним и его одноклассников — других «пробужденных».
— Откуда они узнали, что мы прибудем именно сегодня? — удивился Ханг.
— Не глупи, парень, — хмыкнул Хайро. — Они пасут вас с первого дня, сегодня финальная волна претендентов на гражданство. Пройти тестирование можно только в дистрикте официальной регистрации проживания. Ну что, сведешь сам два и два?
Здоровяк похлопал глазами, наморщил лоб.
— Ему нужна помощь друга, — улыбнулся Тобиас. — Не тупи, Ханг.
— Да понял я! — обиделся тот. — Просто можно же сменить место прохождения тестов, если дать запрос. Типа в связи с обстоятельствами…
— Можно, — согласился Хайро. — Но эта информация в открытом доступе, списки претендентов вывешиваются в сети, поэтому…
— Нас ждут именно здесь, понял.
— Ну а раз понял, идемте. И без того впритык прибыли, всего час до окончания регистрации…
Хайро продолжал ворчать, бурчать, но я пропускал его слова мимо ушей. Главное, безопасник вроде бы пришел в себя, оклемался, хотя и жутко нуждался в отдыхе. Плохо, что после напряженных суток, проведенных на ногах, он не смог поспать даже в полете — автопилот периодически будил его по требованию пограничной полиции гражданских дистриктов. А ведь у Хайро впереди еще много хлопот, связанных с похоронами павших, восстановлением базы, перевозкой Риты и Эдварда, которую он не мог никому доверить, поисками Мелиссы… Хайро и Вилли не справятся сами, нам точно нужно будет решать вопрос с передислокацией базы и набором новых людей, но в ближайшие дни мне не до этого. Разве что…
Резко остановившись, пока мы не приблизились к площади перед Сковородкой, я взял Хайро за локоть. Он обернулся, недоуменно посмотрел на меня. Ханг и Тобиас, погруженные в свои мысли, ушли вперед, но вернулись.
— Есть идея, — сказал я.
— Вопрос не терпит? — нахмурившись, спросил Хайро.
— Идея, как нам обезопасить клан.
— Говори.
— Давайте купим наконец космическую яхту? Деньги у нас есть. Помните, вы обещали выяснить, нет ли среди наших бывших силовиков пилотов или ветеранов?
— С действующей лицензией — никого, — покачал головой Хайро. Идея, казалось, не оставила его равнодушной, он вытащил сигару и раскурил ее, затянулся, глядя в небо. — Но нам главное — выйти на орбиту, а потом справятся и те, кто есть.
— Боюсь, у меня уже нет времени, но поговорить с моим дядей Ником можете и вы, Хайро. Контакты возьмете у моих родителей, хорошо?
С мамой и папой я поговорил, когда мы только покидали Калийское дно. Оба выглядели морально измотанными, но порозовевшими, а мать — слегка раздобревшей, что в ее положении нормально. Жаль, что вернуться на Землю им теперь долго не светит — из-за беременности, потом из-за малышки, ведь младенцам противопоказаны космические перелеты. Но я сам смогу к ним прилететь! На нашей яхте! От этой мысли в сердце потеплело, я улыбнулся, представив, как обниму их…
— Не знаю, когда всем этим заниматься, — буркнул Хайро. — Но займусь.
В толпу журналистов, заметивших нас издалека, я входил, спрятавшись за спинами друзей. Опустил голову, натянул козырек бейсболки на глаза, набрал полную грудь воздуха и… как в омут нырнул.
Толпа нас уже ждала, обрушилась стаей пираний на ныряльщика, загудела, зажужжали фотоаппараты, защелкали, сотни голосов слились в хищный клекот. Уши сразу заложило, какофония звуков слилась в общий непроходящий гомон. Вперед выбилась молодящаяся короткостриженая женщина с фиолетовыми волосами, кинулась ко мне, но Хайро выставил вперед руку, на которой дамочка и повисла. Такие настырные тетки, вполне очевидно, способны и не такое препятствие брать тараном, пробивая лбом двери. Не обращая внимания на держащую ее руку, она визгливо выкрикнула:
— Алекс! Алекс! Один вопрос!
Черт, да они нас растерзают! Где полицейские? Журналисты напирали и напирали, от криков, щелчков, свиста в голове стоял шум, перед глазами все превратилось в сплошное мельтешащее пятно. Кольцо все сжималось, так что мы уже плечами втиснулись друг в друга. Несколько рук ухватили фиолетововолосую, потянули обратно в толпу, но свято место пусто не бывает, вперед вырвался мужчина в пиджаке с оторванной верхней пуговицей, прохрипел, пуча глаза:
— Мистер Шеппард! Почему вы уничтожили Чумной мор?
Орудуя локтями, отбивала конкурентов встрепанная стримерша, тараторящая прямо мне в ухо:
— Алекс! Миллиард подписчиков жаждут узнать… — Коллеги пытались ее оттеснить, но она не сдавалась: — Есть ли у вас девушка, и кто она? Вы все еще с той загадочной незнакомкой с буквой «и» в имени? Но у нас совсем другая информация о Мелиссе Шефер…