Петербург как предчувствие. Шестнадцать месяцев романа с городом. Маленькая история большого приключ
Комментарий Руслана
Новая станция метро действительно оформлена на высоком уровне, однако не очень многолюдна, поскольку расположена на отдельной ветке. С учетом глубины станции, за время спуска/подъема на эскалаторе можно пешком дойти до станции «Гостиный Двор» – центра подземки Петербурга.
Наземный вестибюль станции выводит нас на угол Кирпичного переулка и Малой Морской улицы. Мы переходим дорогу: в том же доме, где расположено Литературное кафе, есть еще одно симпатичное заведение – кофейня «Шоколадница». Вход в нее находится возле четырехколонного портика, а потому не сразу заметен.
Внутри тепло и уютно: низкий потолок, удобные кресла и стулья, приятная бежевая гамма оформления интерьера. Я заказываю капучино, а Руслан свое любимое лакомство – какао с маршмеллоу. Мы откидываемся на диванчике и разглядываем парочку иностранцев, сидящих за соседним столом и вкушающих обед. Незаметно прислушиваемся к их речи, пытаясь угадать, к какой стране-производителю пожилая пара принадлежит. Судя по резковатым интонациям, это немцы.
Официант приносит напитки, и мы начинаем смаковать. Я наслаждаюсь огромной чашкой капучино с пышной белоснежной пеной, на которой шоколадом изображен крохотный кораблик, а Руслан – пастилками, плавающими в горячем какао. Так, принюхиваясь к волшебным запахам кофе и глазея по сторонам, мы с удовольствием проводим около часа.
Я, наверное, осталась бы здесь и до наступления Нового года, но Руслану уже не терпится выйти на улицу и окунуться в праздничную атмосферу. Выходим из кофейни, сворачиваем за угол, и перед нами – арка Главного штаба. Александровская колонна на площади освещена прожекторами, елка переливается, и вдобавок появилась некая новая конструкция, предназначенная, видимо, для празднования новогодней ночи. Примечательно, что на ней установлено множество часов разных размеров.
Пока на площади малолюдно и спокойно, но вскоре здесь будут зажигаться бенгальские огни, звучать веселые поздравления и шампанское литься рекой… Мы в это время будем тихо-мирно поедать дома «сельдь под шубой», дожидаясь новогоднего поздравления президента. На первый взгляд кажется скучно, но зато прагматично: в квартире тепло, светло, никакого студеного ветра с Невы и подвыпивших «жителей и гостей нашего города». Мы очень уважаем их, но в новогоднюю ночь предпочитаем держаться подальше. К тому же дома будет такой вкусный стол! У меня заранее слюнки текут, и я отвлекаюсь от любования сверкающей площадью на проносящиеся в сознании аппетитные сюжеты: «Так, сырокопченую колбаску мы купили, и ингредиенты для оливье тоже – „Докторская“, маринованные корнишоны, яйца… Так, и „морской коктейль“ тоже. Сыр. Ага, одну бутылку игристого вчера выпили. Эх, придется все-таки заглянуть в магазин». Кажется, я останавливаюсь посреди площади как вкопанная и начинаю шевелить губами. Проходящая мимо слегка нетрезвая компания хихикает. Приходится возвращаться на бренную землю. Догоняю Руслана, свернувшего в сторону акватории Невы.
Здесь мы дружно ахаем: вот где сконцентрировалась в эту ночь Самая Главная Красота! Деревья вдоль проезжей части, ветви которых густо увиты гирляндами, на фоне темного неба смотрятся, как гигантские светлячки. Опоры Дворцового моста украшены огромными сине-белыми «кристаллами». Мы словно оказываемся в каком-то зачарованном месте: Дворцовый мост – наша «дорога из желтого кирпича», а я и Руслан – будто Элли и Тотошка, идущие по этой дороге в Изумрудный город. Приветственно освещая нам путь, на стенах Петропавловской крепости бегает надпись «С Новым Годом!». Конец «желтой дороги» знаменуется явлением бесподобной красоты, а именно – сверкающими Ростральными колоннами, которые и в обычное-то время смотрятся как нечто диковинное, а уж сейчас… За ними – на Стрелке Васильевского острова – высятся елка и сцена, стилизованная под ледяную крепость. Вокруг установлены пирамидки, изображающие, похоже, дополнительные елочки, озаряющиеся желтым, зеленым, голубым и розовым светом. Но больше всего умиляют укрепленные на стенах крепости экраны, на которых в эту минуту транслируется «Ирония судьбы». Я почти прыгаю от восторга.
Судя по разговорам в толпе, после того как куранты пробьют двенадцать раз, здесь состоится праздничный фейерверк и лазерное шоу. Ничего себе!
Возвращаемся, медленно и обстоятельно разглядывая украшения Дворцового моста и Зимний дворец, который на фоне лилового неба и иссиня-черной Невы смотрится как изысканный бриллиант в бархатном темно-синем футляре. А мы – этакие ювелиры-любители – вовсю фотографируем его и не можем налюбоваться.
Вскоре, однако, насытившись красотой и новогодним настроением, мы садимся в метро. По дороге домой покупаем несколько елочных ветвей – это будет наше новогоднее дерево – и заходим за бутылкой игристого вина в продуктовый магазин. Магазин выглядит как после нашествия варваров, причем голодных. Продавцы растерянно осматривают новогоднее побоище, по итогу представляющее собой преимущественно пустые полки с кое-где сохранившимися сиротливыми упаковками колбасы, сыра и кисточками синего винограда. Хорошо, что несколько бутылок игристого все же завалялось в винном отделе, видимо, лишь по «варварскому» недосмотру, так что свою «пайку» шампанского мы все же получаем.
Дома сооружаем новогоднюю елку: в качестве подставки берем большую бутыль из-под воды, перевязываем ее яркой ленточкой, ставим ветви в воду и вешаем мишуру. Мини-елочка получается неплохой. Как и положено, располагаем возле нее подарки: полученные мною на работе – фирменную подушку и тяжеленную медаль из какого-то металла, предназначение которой мне неизвестно, – и небольшие презенты друг другу.
Я готовлю оливье, Руслан фигурно нарезает фрукты, и наш стол готов: выглядит, как и мечталось, аппетитно. Достойно, чтобы встретить за ним Новый год. Немного смущает количество еды, ведь на завтра у нас взяты билеты на самолет. Летим на родной Урал, чтобы провести там новогодние каникулы. Поэтому есть придется активно, возможно, всю праздничную ночь.
Обмениваемся презентами друг с другом: Руслан дарит мне косметический набор из «Lush», купленный на Невском, 34. Обычно, когда мы проходим мимо, каждый раз наслаждаемся ароматом мыла, гелей и шампуней, доносящимся из открытых дверей. Примечательно, что, по словам Руслана, во время покупки кассир в магазине впопыхах забыла сдать ему крупную купюру, но, когда Руслан вернулся в магазин, без слов отдала деньги. Мы обсуждаем эту ситуацию и сходимся во мнении, что Петербург и его жители все больше и больше радуют нас!
Поздравление президента, потом бой «курлянтов», как называла я в детстве куранты, сожженная и с грехом пополам съеденная под хохот Руслана бумажка со списком желаний и «Ирония судьбы», под которую Руслан вскоре засыпает.
А я смотрю в окно на мигающую гирлянду над проезжей частью, светящиеся окна домов, пустынную стылую питерскую улицу и думаю об этом городе, таком родном, но порой далеком, близком, гостеприимном, но одновременно надменном и строгом. Загадочном и неповторимом. В котором мне посчастливилось встретить Новый год, а как встретишь, так и проведешь. И да – не забыть бы: пусть будет, как в «Сталкере», «счастье для всех, даром…». Для всех людей на этой огромной планете.
Вернусь-ка я к столу, съем еще оливье: он получился бесподобный. А еще включу продолжение «Иронии судьбы».
Продолжение следует…
Январь
Первый день года
Покажите мне того человека, который с удовольствием встает по утрам. С трудом, но найти его можно. Но нет на свете несчастней страдальца, вынужденного проснуться 1 января, после новогодней ночи, рано утром. Голова его шумит, ноги не держат, руки не слушаются, мозг может четко осознать лишь одну-единственную мысль: «За что? За что мне это наказание?»