Осенний призыв попаданок

Дин открыл окно и вытряхнул содержимое на улицу.
— Птички или там мыш… — тут он запнулся, глянув на фею, и продолжил: — В общем, птички склюют.
Захлопнув створки, Дин смял пакет и швырнул в угол, его тут же засосало в мини-портал. Артефакт для уборки в жилище призванных установили качественный.
Утром принцу и Тарену с Эриком выдали версию вчерашнего поведения Дина. Его матушка вышла замуж за его же приятеля. И он расстраивается из-за разницы в возрасте. Дин сказал:
— На вечеринку матушка велела привести всех моих друзей, вас тоже приглашают.
— У Дина очень привлекательная матушка, а выглядит как его сестра, — пояснил принцу и Тарену Эрик.
— Значит, твой друг вполне мог ей увлечься, — сказал Тарен. — Интересно даже будет познакомиться.
— Большая просьба матушке комплиментов не делать и в её сторону смотреть, как можно меньше, — предупредила Анна и пояснила: — Папаша Одди жутко ревнив и вспыльчив.
«В прямом смысле этого слова», — добавила она про себя.
Мастер Тамико новости не удивился.
— Да твой друг с первого взгляда влюбился, это же видно было, — сказал куратор и добавил, слегка виновато улыбаясь: — Я с вами не смогу на ярмарку пойти. Родители настояли на поездке к дальним родственникам. Они живут в гоблинской общине. Отказаться нельзя, уже и так раза три увиливал. Боюсь, мне вновь будут подбирать невесту.
— Не расстраивайся, Тамико, — посоветовала Анна. — Вдруг ты там действительно встретишь свою, как тут говорят, истинную пару.
— Мои родители тоже на это надеются, — ответил Мастер Тамико, на мгновение скривившись, но тут же возвращая невозмутимое выражение лица.
— Настолько не хочешь жениться? — удивилась Анна.
— Не люблю, когда мне что-либо навязывают, — признался куратор.
— Никто не любит, — согласилась Анна. — Тебя же силой в храм не потащат, так что, не переживай.
— Спасибо за поддержку, мне пора, я на сегодня тоже отпросился, — сказал Мастер Тамико и, попрощавшись, поспешил в сторону ворот.
— Получается, он приходил лишь затем, чтобы нас предупредить? — спросила Ола.
— Иногда очень важно, почувствовать рядом дружеское плечо, особенно, когда родные тебя не понимают, — задумчиво произнесла Анна. Не сказать, что в прошлой жизни у неё подобные ситуации случались часто, но несколько случаев было.
Микаэль обнял Анну за плечи, напоминая, что прошлое в прошлом, а она, как сама говорила, здесь и сейчас.
    
Глава сорок первая. Боевые танцы 
Посещение тринадцатой группой бестиария вновь произвело фурор. Правда, виновницей оказалась не одна фея. Ловец эха почуял её с порога и принялся зазывать на разные голоса:
— Аль, иди ко мне, — голос принца.
— Адептка Алмаз, подойди ближе, — голос декана. Причём невинная фраза была произнесена с довольно-таки сексуальным придыханием.
Похоже, об увлечении Арта Гвина в королевстве каждая нечисть знала. Сам декан дракон, сопровождающий группу, слегка усмехнулся.
— Фейка, ногами двигай! — голос Эйты.
— Сестрёнка, быстрее, — интонации Дина.
Последний обернулся к друзьям и потихоньку спросил:
— У меня что, правда, такой занудный голос?
— Правда! — ответил Ловец эха и расхохотался, копируя хозяйку.
К этому моменту посетители добрались до нужной клетки. Нечисть в виде умильного пёсика приветливо помахивала хвостом.
— Как дела, Шарик? Скучал, лапочка? — спросила фея.
— Скучал, дай конфетку, — отозвался питомец.
Альминуэ достала из сумки несколько конфет. Когда стала разворачивать фантик, на её плече недовольно затоптался Пушок. Пришлось дать лакомство и ему. Если Шарик заглотил три конфеты одну за другой, ловко ловя на подлёте, то тинка, напротив, не спешил. Вытянувшись в столбик, он что-то коротко прострекотал и принялся грызть вкусняшку с громким хрустом.
Вся нечисть, обитавшая в клетках и террариумах бестиария, по стрекотанию тинки и запаху шоколада чётко поняла: кто-то хомячит что-то невероятно вкусное.
Послышались возмущённые шипение, подвывание и посвистывание. Нечисть заметалась, Песчаник перестал изображать бархан. А сосед по клетке Шарика, Скалистый восьмилап, из гладкого шара выпустил щупальца и развернулся в сторону пришельцев, показав три глаза и полный острых мелких зубов рот.
Одно из щупалец он истончил настолько, что умудрился просунуть между прутьями клетки. Восьмилап потянулся им к сумке феи. Анна легонько шлёпнула по щупальцу, тут же моментально втянувшемуся обратно и произнесла строго:
— Не воруй, лучше мы тебя и так угостим. Правда, Альминуэ.
Фея только тут обратила внимание на поведение обитателей бестиария.
— Да что мне, жалко, что ли? Конфет полно. Помогите раздать, — обратилась фея к друзьям, доставая большой пакет.
Получив по пригоршне конфет, все разбрелись подкармливать нечисть. Арт Гвин, как и служащие бестиария, заранее занявшие удобные места, наблюдали за происходящим с интересом.
Лакомства хватило на всех, и вскоре в просторном помещении воцарилась сонная тишина. Сладко засопел свернувшийся клубочком Шарик, слился с барханом Песчаник, свернулся в плотный гладкий шар Скалистый восьмилап. Лишь малыш тинка бодро догрызал конфету, пятую, а может, шестую.
— Интересно, — задумчиво произнёс декан. — Занятный способ угомонить нечисть. И ведь все поедали конфеты с удовольствием: и плотоядные, и травоядные, и пьющие энергию.
К Арту Гвину подошёл старший служащий и слегка ворчливо сказал:
— Вам, ваше магичество, будет ещё интереснее, когда вы Серебряного дракона известите, что у нас тут новая статья расходов появилась: конфеты для нечисти, называется.
На лице Арта Гвина промелькнула целая гамма чувств. Он вкрадчиво спросил:
— Почему бы тебе самому не заняться этим вопросом?
— Не я привёл сюда фею, — резонно ответил служащий.
Все взгляды устремились на крылатую красавицу, прижимающую к груди всё-таки задремавшего Пушка.
— Хорошо, будут здешней живности конфеты, — согласился декан.
— Спасибо, — сказала фея, слегка склонив голову.
Принц подвинулся к Альминуэ ближе и даже подхватил под свободную руку. Арт Гвин лишь скептически приподнял бровь.
— Поскольку мы освободились раньше запланированного, пройдёмте в учебную комнату. Отработаем парные заклинания на магических светильниках. Но этот раз артефакты я проверял лично.
— Значит, сердечек не будет, — несколько разочарованно произнесла Анна.
— Не пойму, адептка Светлова, а зачем вам ещё раз чувства определять? Кажется, все уже проверили — удивился декан.