Жена для Чудовища

— Так может мне ещё принести извинения? — Ливай наклонился к Заку. — Попросить у тебя прощения, а, брат?
— Просто, отвали, — фыркнул он, морщась от боли. — Твою мать, ты придурок ударенный! У меня руки сломаны!
Ливай, не изменившись в лице, потащил его к выходу.
— В госпиталь? — Армандо посторонился.
— Сначала к императору. Пусть полюбуется, — процедил Ливай, а после посмотрел на служителя и коротко добавил. — Прости. Не прав.
Мы остались в комнате, но прекрасно слышали проклятия Зака, которого Ливай явно волочил не слишком бережно.
Меня трясло, пришлось сжать зубы, чтобы не стучали. Стало неловко, что стою перед взрослыми мужчинами в ночной рубашке с накинутым поверх халатом.
Армандо смотрел в коридор и, когда крики Зака стихли где-то в холле, покачал головой.
— Ну, вот. Все попали. Остальных не жалко, а вот я… униженный и невинно оскорблённый.
— Прости, — я обняла себя за плечи. — Не ожидала, что он на балкон попадёт. Тут же второй этаж. С крыши что ли прыгнул?
— Виверна, забыла? — Сама-то как? Пойдём, накапаю тебе кое-чего. Нервы хорошо успокаивает.
— Точно… виверна, — я потёрла лоб и нетвёрдо шагнула к нему. — Господи, мне так стыдно.
— Надо было сразу орать: «Помогите, насилуют». — Армандо притянул меня к себе и приобнял. Стало теплее. — Полстолицы бы сбежалось, интересно же. Идём.
— Спасибо. И прости, что из-за меня он на тебя накричал.
— Ну, Чудовище он и есть Чудовище.
Армандо привёл меня в свою комнату и усадил в кресло. Тут же стащил с кровати одеяло, укрыл и отошёл к шкафу.
— Знала какой он паинька потом. Вздыхает, преданно и грустно смотрит в глаза, — он посмеялся. — Ливай совестливый до ужаса, но никогда не признаётся. А ещё боится, что я тоже психану и уйду. Дурак, — служитель вылил в стакан воды один из пузырьков. — Вот. Как чаёк успокаивающий, тебе надо. Знаешь, как мы с Ливаем сошлись?
— В академии?
— Не где, а как. Я рисовал. Не чертил здания, не схематично изображал внутреннее расположение комнат и не выдумывал новое оружие. Рисовал. Яркими красками. И за это меня шпыняли чуть ли не ежеминутно. И вот, один раз я нарисовал виверну, летящую над городом с развивающимся императорским знаменем в пасти. Очень доволен был, а все расхохотались больше обычного. Забуцали, начали мять рисунок. Обидно было, — Армандо помолчал. — А потом их раскидал Ливай. Меня на ноги поставил, вернул рисунок. Но сначала посмотрел и знаешь, что сказал? — он прикрыл глаза и улыбнулся. — «Красиво».
Пока он рассказывал, я даже забыла о случившемся. Армандо открывал мне совершенно другого Ливая. Не того, кто может сломать руки каким-то неестественно сильным ударом.
Чудовище не стало бы защищать того, кто слабее. Чудовища как раз смеются над чужими проявлениями индивидуальности и творчеством.
Надеюсь, мы поговорим, когда он успокоится.
 
Глава 17
Из кровати я выбралась к обеду. Слуги не заходили, но иногда я слышала голоса за дверью. Похоже, старательно делают вид, что меня не существует. Готова спорить, о ночном визите Зака знает весь дом. В нашем мире принято осуждать жертву, может и у них так? Особенно если все уверены, что я вот-вот сбегу.
Кое-как приведя себя в порядок, вышла из комнаты. С таким распорядком дня совсем обленюсь. Не надо вставать в полшестого, чтобы приготовить завтрак и выслушать очередную историю о том, какой Люцифер козлина. Уборку делают за меня, готовят тоже, стирают. Не считая монстров, отличный мир.
Ненадолго остановилась у комнаты Ливая, но постучать не решилась. Есть не хотелось, поэтому я пошла вниз, к роялю. Комната располагалась с западной стороны, так что утренние лучи в неё не попадали, даря таинственный сумрак. Спокойно. Когда мысли не на месте, самое то. Есть, где спрятаться. К моему удивлению, на крышке лежал изготовленный ключ, и я тут же примерила на вирбель. Идеально! Вот чем я займусь. Мозги точно прояснятся.
Настройка заняла больше времени, чем я рассчитывала, но и сам рояль, конечно, переплюнул все ожидания. Звучал прекрасно, как новый. Хотя он единственный в этом мире, конечно ему не будет равных. Я на рояле только в консерватории играла. Люблю как он звучит, но в моей двушке его не поставить. Пальцы ныли от желания ощутить силу и красоту инструмента. Наверное, так себя чувствуют водители, впервые сев за руль новенького спорткара. Но едва я коснулась клавиш, чтобы наиграть мелодию, как услышала голоса в холле. Ливай?
Вскочив, я побежала к выходу. Уже в коридоре поняла, что голоса женские.
— Генерал ещё не возвращался, — узнала горничную. — Проводить вас к миссис Винтерман?
— Да пожалуйста,
Когда вышла в холл, увидела Алану. Сегодня на ней длинное платье, подозрительно тёмно-синего цвета. Почему она в тёмном? Я не спросила у Ливая, нашёл ли он Ферана…
— Диана, — девушка тоже увидела и чуть ли не бегом бросилась ко мне. — Ты была права! Надежда!
— Нашли?! — обрадовалась я, ловя её руки. — Он цел?
— Не совсем, — Алана мотнула головой, но улыбаться не перестала. — Феран жив. Не ранен, но… будто не со мной. Ты ходила с Ливаем в битвы? Видела, каким он становится, когда вселяется в тело собирателя?
— Да. Получается Феран… в коме? Ударился или что?
— Врачи говорят нет. Есть три раны небольших. — Алана вздохнула. — Как надрезы. На запястьях и шее. Но от них в кому не впадают.
— А он не мог переместиться в кого-то и потеряться? Ты пробовала его звать?
— Зову постоянно, — Алана погладила по животу. — Рассказываю про сыночка. Ты знала, что от стражей только мальчики рождаются? Странно, да? Я девочку хотела — она вымученно улыбнулась. — Но мальчик тоже хорошо. Советую придумать имя заранее, а то будешь как я. Ты, я надеюсь, не поступишь с Ливаем как остальные.
Если он сам не поступит со мной, как некоторые.
— Он и сам передумать может. Хочешь чего-нибудь? Ливая всю ночь нет, не знаю, когда вернётся.
— Только поблагодарить. Вас обоих. — Алана взяла мою руку. — За…
— Не за что, — в дом вошёл Ливай.
Он всё ещё был в своей лётной кожанке. Скорее всего, не присел с ночи, но вида не подавал. Глаза уставшие. Поприветствовав Алану кивком, он посмотрел вниз, а потом на меня. Пронзительно, будто хотел сказать что-то, но не находил слов. Или не при гостях.
Я понимаю. И да, я ещё здесь. С тобой.
— Состояние Ферана непонятно и уязвимо, — сказал он.
— И всё же вернулись, отыскали его и вернули ко мне, — Алана улыбнулась. — Он рядом, в безопасности. И есть надежда.
— Надежда, — повторил Ливай. Как и накануне, его губы искривила тень усмешки, но он быстро подавил её.