Жена для Чудовища

Кажется, человек. Ниже моего спасителя, но не такой крепкий, как они с Заком. Длинный чёрный плащ, украшенный серебристыми узорами, открывал сапоги до колена, а на голову накинут глубокий капюшон. На руках отливающие серебром перчатки, на поясе внушительный арсенал колб и пузырьков и небольшой книгой. Но самое страшное — на его лице маска. Вроде чумного доктора, только не клюв, а воронка точь-в-точь как у тех существ.
Фигура сделала один шаг, второй и резко ускорилась. Проклятье, как мне слезать-то?!
— О, хороший мой, наконец-то вернулся! Не ранен? Знал бы ты, как я переживал!
— Думай, что мелешь, Армандо, — фыркнул спаситель, но мужчина отмахнулся.
— Я не с тобой говорю.
Он подбежал к дракону и погладил вытянутую морду, одной рукой сбрасывая капюшон и стягивая маску. Лицо у него оказалось миловидным и приятным. В нём есть что-то французское или испанское. Улыбка красивая, особенно в сочетании с короткой бородой, обрамляющей лицо.
— Одуванчик, радость моя, это несносное чудовище опять над тобой издевалось? — Армандо глянул в сторону спасителя, а дракон, тяжело и почти по-человечески вздохнув, положил ему морду на плечо.
— Нам уйти, чтоб оставить вас наедине? — изогнул бровь мужчина, но Армандо отмахнулся.
— Это лишнее. У нас с Одуванчиком невероятно крепкая и платоническая любовь. Ничего, что я при тебе столько незнакомых слов говорю?
Тот сделал вид, что не услышал.
На меня внимания не обращали. Не то чтобы я страдала по этому поводу или моё чувство собственной важности оказалось задето, но костюмированная вечеринка начала надоедать.
— Простите пожалуйста, а где Виктор Николаевич?
Мужчины будто только сейчас заметили моё присутствие.
— А это… — начал Армандо, и незнакомец кивнул.
— Заброшенка, судя по всему. Странно, конечно. Следующая минимум через полгода.
— Кто? Слушайте, я понимаю, у вас роли или ещё. Покажите, где выход и я не буду мешать.
Армандо нехотя отлепился от Одуванчика. Потом помог мне слезть с его спины и похлопал по плечу:
— Дорогая, если бы выход был, я бы нёсся к нему на всех парах.
— У нас солдаты погибают, — спаситель бросил отрубленный хоботок Заку.
Он попал чётко на голову.
— Ты совсем долбанулся?!
— Я добыл часть Пожирателя. У тебя есть любящая жена. Захватывай, Зак.
Тот поморщился, глядя на «подарок» с таким видом, словно ему предстояло его съесть.
— Артиллерии у нас больше нет. По-другому мы город не отобьём. Сопли на кулак мотать некогда, шевелись.
— Если артиллерии нет, командуй отступление, генерал. Я в такую тварь не полезу, и ты это знаешь. Да и жена моя сейчас на станции. Не подходит.
Мужчина в один шаг, оказавшись у Зака, схватил его за ворот куртки и приподнял.
— Если не отобьём атаку, соберётся ещё пара пожирателей, и пойдут на столицу. Этого хочешь? Ты сам загнал нас в такую ситуацию, сманив… — он недоговорил, но на отстранённом лице проскользнула гримаса отвращения, будто увидел плесень на любимом блюде.
— Отведём его. Бросим остатки армии на запад.
— Идея отличная. Особенно понравится бойцам, которые не вернутся. Они будут в восторге.
— Да не полезет Сахарочек в Пожирателя, — Армандо закатил глаза. — Божественный Свет благословил нас и послал её, — он посмотрел на меня. — Если вы, дураки, не видите, я подскажу. Невеста в подходящем наряде, встречается в столь сложный момент. Провидение, не иначе.
Генерал закатил глаза. Отдёрнул и без того идеально сидевшую форму и протянул мне руку.
— Ладно, идём к алтарю.
Я нервно хихикнула.
Хорошо, к «выпивающим» людей монстрам я успела привыкнуть. К ездовому дракону, которого зовут ОДУВАНЧИК, тоже. Даже странные психи, собиравшиеся лезть в огромного гиганта, уничтожившего, сотню людей одним замахом лапы. Но это стало последней каплей.
— О, я поняла. Виктор Николаевич пообещал мне свадьбу и не хочет отступать? — я рассмеялась и, обведя взглядом руины, крикнула. — Эй, а что с Игорем? Он жив ещё? — подняв руки я отступила от актёров. — Хватит. Скажите своему боссу, что я тронута заботой, но женитьба не была моей целью. И про рыцарей я пошутила. Хотя героическое спасение отпад вышло.
— Вот доказательство, что никого и никуда я не сманивал, Ливай, — Зак покачал головой. — С тобой невозможно разговаривать. Ты бы хоть объяснил ей, что случилось.
Будь я чуть в меньшем шоке, я б даже похлопала. Отлично разъяснил.
— Считаешь, она тупая и не может понять? Или в её мире монстры — лучшие друзья? — Ливай изогнул бровь и перевёл на меня взгляд. — Если это так, то наш мир не такой плохой.
— Какое тут стоп слово? Чего вы хотите? Денег или чего?
— Зовут тебя как? — Ливай не удосужился ответить ни на один из вопросов.
— Стоять, Чудовище, — Армандо поднял ладони. — Ты даже не спросил её имени?
— Неинтересно.
Мда. Теперь я тоже испытываю куда больше чувств к Одуванчику, чем к его всаднику.
— Послушай, — Зак сделал шаг ко мне, дружелюбно улыбаясь. — Правильнее преподносить такие новости, сидя у камина с бокалом вина, но сейчас условия паршивые, поэтому прости за краткость. Раз в год в наш мир попадают те, с кем приключилось несчастье. Вспомни, до того, как ты увидела это Чудовище, — он кивнул на генерала, — с тобой не случалось чего-то… опасного?
— Стой-стой, — я отступила, предпочитая не вестись на милые улыбки в духе санитаров из психушки. — Вы хотите убедить меня, что я умерла? А это Чистилище? Рай? Ад? Ребят, я…
Закончить мне не дал громоподобный рёв, от которого затряслась земля.
— Армандо, хватит болтать, давай делай обряд союза, — Чудовище схватил меня под локоть и потащил к центру разрушенной церкви. — Иначе подохнем все.
Возмущаться я как-то постеснялась. Может, если бы не видела того урода вблизи, потребовала, чтоб он меня хоть в парк сводил.
А ещё я не могла понять:
— Мне кто-нибудь объяснит, как связаны свадьба и тот монстр?!
— Никак, — Армандо усмехнулся. — Связан вот этот монстр, — тыкнул в сторону Ливая. — Видишь ли, Цветочек, в нашем мире у некоторых людей есть сила. Они берут под контроль Пожирателей, тех громадин. Но монстр — Тёмная тварь, а мы Свет. Подчиняя, ты словно ныряешь. Если некому вытащить обратно, забудешь себя станешь полноценным чудовищем. Выяснилось, что лучше всего работает связь муж-жена. Ещё вопросы?
— Какая связь? — тихо спросила я. — Ему неинтересно, как меня зовут.
Не хочу впадать в драматизм, но, кажется, мы все умрём.
 
Глава 4
Земля задрожала от рёва. Что бы мы ни собирались предпринять, действовать нужно быстро.