Испытания госпожи Трейт

Саммерс, дворецкий, уже спускался по ступеням, чтобы меня встретить.
— Немедленно вызови врача. И Брайана. И скажи ему, чтобы бегом привел сюда госпожу Флайберт, — отрывисто распорядился я, не выходя из машины. — И подготовь гостевую комнату.
На мгновение задумался — ничего ли не забыл. Лив нужно осмотреть и устроить. Плюс в ее состоянии она вряд ли будет настроена принимать помощь от кого-либо из мужчин, так что подруга придется кстати. А Брайану надо будет разобраться со всем этим дерьмом…
Да, вроде все.
— Выполняй, — бросил я и вышел из машины. Обошел ее, распахнул дверцу с другой стороны.
Лив вскинула на меня глаза, но мгновенно их отвела, пряча заплаканное лицо.
— Пойдем, — мягко попросил я. — Сейчас приедет врач и твоя подруга. Тебе нужно оказать помощь.
Лив помедлила и вложила ледяные пальцы в мою ладонь, но выбравшись из машины — не устояла на ногах, пошатнулась, и я, не раздумывая, подхватил почти невесомое тело на руки.
Она не возражала, но закаменела и сжалась. И я подумал о том, что мой зачаточный гуманизм все же был неуместен.
Стрелять надо было на поражение.
 
Первым ожидаемо прибыл целитель.
Откровенно говоря, я не очень знал, куда себя деть, поэтому просто как идиот стоял в коридоре, пялясь на дверь гостевой комнаты в ожидании новостей.
Когда мы поднялись на второй этаж, Оливия сказала, что может идти и попросила ее отпустить, и ее голос звучал пусть и хрипло, но не надломленно. А потом она попросила воды. И хоть за все время она ни разу не подняла на меня глаза, я испытал облегчение — приходит в себя.
Вряд ли она серьезно пострадала физически, но все равно осмотр специалиста лишним не будет.
Перед глазами стояла тонкая шея, разлохмаченная прическа с выбившимся карамельными прядями, и вздувшийся красный рубец на светлой коже.
Я прикрыл глаза и в очередной раз коротко шумно выдохнул, справляясь с гневом.
— Энтони? Что случилось?
— Где Оливия?
Брайан и госпожа Флайберт прибыли оба одинаково всклокоченные. Я кивнул в сторону гостевой комнаты, отвечая на второй вопрос, потому что на первый жестом было не отделаться. Девушка тут же скрылась за дверью, а Брайан продолжал сверлить меня напряженным взглядом.
— Мы поссорились, и она ушла с приема, на улице на нее напали, содрали ожерелье, но больше ничего сделать не успели. Их было трое. На лица не смотрел. Когда мы уходили, они были живы. Ожерелье осталось там.
— Хреново, — скупо подытожил Шелтон, и я затруднялся определить, в нем сейчас говорил друг или глава моей безопасности. Все же, очевидно, друг, потому что глава безопасности продолжил: — Но не вижу проблемы. Ты герой, отбил женщину, по судам может и потаскают, но и только.
Я передернул плечами.
— Именно это и хреново. Я не хочу, чтобы Оливию в дополнение к случившемуся еще таскали по судам и заставляли оправдываться. Значит так. Ожерелье закажу у Тилмана точную копию задним числом. Он мне должен, так что… Если придут — оно у меня на руках, ничего не знаю. Пули стандартные, свидетелей, вроде бы, не было, и не похоже, что Оливия колдовала, так что следов мы оставить были не должны. Возможно, конечно, они меня разглядели — в чем я сомневаюсь. Но даже если и… с учетом всех обстоятельств у меня большие сомнения, что эти подонки будут горячо настаивать на поиске «преступников». Я просто хочу, чтобы ты держал руку на пульсе. Лив нужно максимально оградить от всего этого, она достаточно пострадала, чтобы еще и полиция с судами выворачивали ее наизнанку.
— Если они действительно все живы, то я не думаю, что возникнут проблемы, — задумчиво протянул Брайан.
— Были живы, — повторил я, и снова перевел взгляд на дверь. Ну что так долго?
Дисциплина в моих владениях царила безупречная, потому что повинуясь моему мысленному взыванию, дверь отворилась, выпуская сразу и целителя, и Флору.
— Нет никаких причин для серьезного беспокойства, господин Уолтер, — поторопился уведомить меня врач. — Синяки и ссадины я залечил. Девушка, конечно, в сильном шоке, но с этим справится легкое успокоительное и крепкий сон. Мы побеседовали, я не думаю, что ее психике был нанесен непоправимый вред, госпожа Трейт разумная, смелая и решительная барышня. Она с этим справится.
— Благодарю. Саммерс вас проводит.
— Господин Уолтер! — стоило целителю отойти буквально на пару шагов, как госпожа Флайберт придвинулась ко мне нахмурив брови и уперев руки в бока. — Как это понимать?! Я доверила вам Оливию в целости и сохранности!..
Я вздернул бровь и перевел взгляд на Брайана. Тот состроил сложную гримасу и развел руками.
— Прошу заметить, что я намереваюсь и вернуть вам ее в целости и сохранности, именно поэтому привез к себе домой. Еще вопросы?
— Да! — госпожа Флора Флайберт воинственно вздернула подбородок. — Где у вас кухня? Мне нужно сделать для Лив чай.
— Вниз по лестнице, направо до конца коридора и снова вниз. Но чай можно… …попросить подать, — договорил я уже в удаляющуюся спину.
Мы с Брайаном синхронными рефлекторным взглядом проводили гневно покачивающиеся пышные бедра и переглянулись.
«Хороша, да?» — читалось в глазах у друга детства. Я только покачал головой и, оттолкнувшись от стены, пересек коридор и постучал в дверь, в которой чуть не прожег дыру за последние полчаса.
— Оливия, это Энтони. Можно?
 
Оливия
 
Туман, в котором я пребывала с момента, когда чужие мерзкие руки прижали меня к холодной стене, начал рассеиваться, только с появлением целителя, и, полагаю, именно его магия в этом и помогла.
Я лишь урывками помнила, как Уолтер тащил меня к машине, дорогу не помнила вовсе и уж тем более далеко не сразу поняла, куда и зачем меня привезли.
А когда поняла, испытала очень смешанные чувства.
С одной стороны, я была ему благодарна.
С другой, находясь сейчас в его доме я чувствовала себя крайне неловко.
И будь я в чуть лучшей форме, я бы наверняка потребовала немедленно отвезти меня домой. Но насыщенный вечер, нападение, а затем лечение с успокоительным выжрали из меня все силы до единой. Голова была тяжелой и отчаянно хотелось спать.
Возможно, если бы здесь не было Флоры, я бы и собралась с духом.
Но Флора была здесь и дарила чувство безопасности.
Энтони Уолтер чертовски сообразителен.
Опасен.
Совсем не так, как опасны были эти опьяненные силой и безнаказанностью мальчишки.
Энтони Уолтер подкрадется на мягких лапах, очарует, околдует…
Глаза слипались. Я перекатила головой по подушке. Флора хотела принести мне чай, заваренный на травах целителя. Надо ее дождаться.