Испытания госпожи Трейт

— Хорошо. Он знает, что делать.
— С чем делать, Тони? Что в сейфе? Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Тони молчал, закрыв глаза и горячечно дыша.
Я боялась его теребить, поэтому ответа на свой вопрос не получила — дверь распахнулась и вошла делегация — выставленный целитель, Шелтон и священник.
Брайан бросил на меня взгляд, я ответила ему своим — паническим и растерянным.
— Господин Уолтер, отец Марк здесь.
— Здравствуй, сын мой, — священник подошел к кровати. — Я опечален постигшим вас несчастьем, но рад, что в такую минуту вы не забываете о Боге.
— Я к вам не за этим, святой отец, — просипел Энтони, не открывая глаз, кажется, он даже на этом экономил силы. — Нужно, чтобы вы нас обвенчали.
На мгновение в палате воцарилась звенящая тишина.
— Что? — пискнула я.
— Что? — эхом за мной повторил священник.
А Брайан только странно крякнул.
— Сын мой, вы уверены?…
— Тони, ты бредишь, — выпалили мы одновременно.
— Да, святой отец, я уверен, и нет, Лив, я не брежу, — он все же приоткрыл глаза, чтобы на меня посмотреть. — Ты… не захотела быть моей… женой. Но уж вдовой-то… не откажешься?
— Иди к дьяволу, Энтони Уолтер! — взвилась я от возмущения. Да как он… да как язык только повернулся… да я!..
— Я… в процессе, — выдохнул этот мерзавец.
— Не смей, слышишь, — прошипела я, — даже думать не смей! Венчайте нас, святой отец, чтобы, когда он поправится, я из него всю душу вытрясти могла на законных основаниях.
— Отличный предсвадебный настрой, — прохрипела умирающая (нет, не умирающая, не умирающая я сказала!) сволочь.
Отец Марк еще раз с сомнением посмотрел на меня потом на Уолтера, потом, почему-то на Брайана (искал что ли в этом хаосе островок разума? Очевидно, безуспешно…).
И начал службу.
Меня мелко потряхивало, и, чтобы избавиться от этой дрожи, я только крепче сжимала руку Энтони и кусала губы.
Не плакать. С ним все будет хорошо. Не плакать.
Священник вряд ли это понял, но Энтони правда готовился к смерти, просто не через исповедь.
Но я не буду об этом думать. Я не буду думать, что я сейчас выхожу замуж только ради того, чтобы через несколько часов стать вдовой и — наследницей. Тони некому передать дело, поэтому он сейчас передает его мне.
Но я не буду об этом думать.
Я буду думать о том, что я выхожу замуж за человека, которого люблю.
Как я всегда и хотела.
— Энтони Уолтер, берешь ли ты в законные жены… — священник замялся осознав, что в спешке даже не озадачился именем невесты.
— Оливия Трейт, — подсказала я, надеясь, что голос звучит не слишком надломленно.
— …Оливию Трейт. И клянешься ли любить и беречь ее в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
— Клянусь, — просипел Тони, и у меня сердце ухнуло куда-то в желудок.
— Оливия Трейт, берешь ли ты в законные мужья Энтони Уолтера, и клянешься ли любить и беречь его в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас.
— Клянусь, — тихо произнесла я и, дождавшись, финальных торжественных фраз, сама наклонилась к сухим горячим губам.
— Я тебя люблю, — едва слышно прошелестели они.
— А я тебя, — так же тихо произнесла я и из-за этого шепота, казалось, будто мы только вдвоем, несмотря на то что вокруг нас толпились чужие люди. — Поэтому не смей умирать, слышишь, Энтони Уолтер? Даже шутить на эту тему не смей.
— Как скажете… госпожа Уолтер, — Тони слегка стиснул мои пальцы в ответ и расслабил руку. — Мой пиджак…
— Пиджак? — не поняла я.
— Так! — не вынесла душа целителя. — Раз вы закончили с формальностями, господину Уолтеру нужен полный покой. Иначе я снимаю с себя полную ответственность за состояние его здоровья. Прошу всех освободить палату!
Я торопливо коснулась губами горячего лба и поднялась. Целитель чуть ли не подгонял нас к двери, но за порогом придержал меня за локоть.
— Вы можете вернуться, когда он уснет, — негромко сказал он. Подождите в коридоре, я вас приглашу.
— Спасибо, — ответила я, снова чувствуя как на глаза наворачиваются слезы.
Мы с Шелтоном оказались вдвоем посреди коридора, одинаково ошеломленные. Хотя я, пожалуй, все же чуточку больше.
Мы сели на банкетку, бок о бок, по-прежнему не особо понимая, что сказать друг другу.
— Ты знаешь господина Поула, мага?
— Да, — кивнул Шелтон. — Артефактор. Специализируется на родовых защитах.
Понятно. Я так и думала.
Брайан чуть-чуть помолчал, а потом сказал:
— Знаешь, звучит по-идиотски, конечно, прямо сейчас, но все равно. Мне кажется, в такой день хотя бы раз ты должна это услышать. Поздравляю, вы отличная пара. Я знаю Тони с детства. Ни разу в жизни ни к одной женщине он не относился так, как к тебе.
Я перекатила затылком по стене, уставившись на Брайана.
Он подождал, пока я что-то скажу, не дождался и с недоумением приподнял брови.
— Что?
Я помолчала еще немного и все же решилась:
— Флора беременна.
Тишина.
— Что?..
Самый популярный вопрос сегодня.
А еще, кажется, ядовитость — это отличительная черта фамилии Уолтер и переходит вместе с ней автоматически.
— Она не знает, как тебе сказать. И вы оба можете думать, что это не мое дело, но на самом деле — мое. Она моя самая близкая подруга, Брайан. Даже не так, она моя единственная подруга. А ты — лучший друг… моего мужа. Так что это и мое дело тоже. Поговори с ней, ладно?
— Черт…
Шелтон уронил лицо в ладони, потер его, запустил пальцы в волосы.
— Иди.
— Сейчас?
— Сейчас, — непререкаемо произнесла я. — Я буду здесь. Тебя все равно не пустят. А Флора там одна, и она ничего не знает. Едь к ней, ладно? Я позвоню на квартиру, когда ему станет лучше.
Волшебная фамилия. Изумительная просто.
Пять минут как Уолтер, а уже и командовать научилась!
Потому что Брайан поднялся, поколебался еще несколько мгновений, глядя на дверь палаты, но под моим давящим взглядом, окончательно решился.
Его фигура скрылась за поворотом, а у меня на душе стало чуточку легче.
Буквально через пять минут, целитель выглянул в коридор и поманил меня пальцем.
— Не шуметь, не будить, не истерить, — сухо отдал распоряжения он, приглашая меня в палату. — Состояние стабильно тяжелое. Мы мониторим его в режиме реального времени, будете рыдать или разводить панику — выставим.