С любовью, Босс

– Так зачем вы пришли? – Напоминаю я.
– О-о. – Уголки его губ дергаются в улыбке. – Я задолжал вам подарок. Помните?
– Ах, это.
– Да. Вы так ничего и не купили себе: я проверил расходы по карте.
– Я просто забыла. – Признаюсь я. – Да это и не обязательно. Уверяю, у меня все есть. И вообще, главное – внимание. То, что вы хотели сделать мне приятное, уже приятно.
– Категорически не согласен. – Хмурится Карл. Шрам над его бровью блестит на солнце. – Я привык держать слово.
– Хорошо. – Сдаюсь я. – И что вы решили насчет подарка?
– Я решил пригласить вас в хороший ресторан.
– Хм. Вы знаете хороший ресторан возле моего дома?
Он задумывается. Оглядывается по сторонам.
– Нет. Но, уверен, вы знаете.
– Тогда, может, у вас есть соображения, как добраться до ресторана? – Теперь уже я оглядываю улицу, которая укрывается снегом, в поисках машины.
– Черт, я же отпустил такси! – Восклицает Карл. И начинает рыться по карманам. – Нужно снова вызвать, это не проблема.
– Стойте. – Прошу я.
Он замирает и уставляется на меня.
– Сделайте мне подарок: не будьте моим боссом хоть один день.
– Что это предполагает? – С юношеской игривостью смотрит на меня Карл.
– Сегодня вы слушаетесь меня. Делаете, что я скажу. И… – Задумчиво закатываю глаза. – И говорите только по-русски!
– Даже, если не получается?
– Даже если не получается!
– О’k. – Кивает Линдер. – I mean да. Согласен!
– Сейчас мы пойдем в мой любимый ресторан, а дальше увидите. – Радостно сообщаю я.
– Возражать не имею. – Послушно говорит Карл. – Правильно сказал?
– Правильно. – Смеюсь я.
Беру его под руку, и мы переходим улицу.
– Тогда почему ты смеять… смеется… смешн… тьфу!
– Смеешься!
– Да-а-а! – Подхватывает он.
 
Глава 39
Карл

Я сижу в небольшом кафе, наполненном людьми. Здесь маленькие круглые столики, много шума, музыки, смеха, и каждые две минуты кто-то входит, чтобы взять напитки на вынос. В пятидесяти метрах отсюда находятся торговые ряды и пафосный бизнес-центр, но Хмельницкая притащила меня именно в эту забегаловку. Неужели, это, и правда, ее любимое место?
Хотя, чего я хотел от девушки, которая опаздывает на работу, красит губы в лифте, вечно что-то роняет, забывает, разбивает, и вообще – больше похожа на стихийное бедствие, чем на девушку?
Невольно вспоминаю о своем брате и улыбаюсь.
Они чем-то похожи. Эрик такой же импульсивный, открытый, легкий на подъем. Тоже любит подобные шумные места, странную одежду с барахолок, ест там, где спит, и спит там, где ест. Полная моя противоположность. И я люблю его, несмотря ни на что. Как и…
От мыслей отвлекает официант, который приносит заказ. Глинтвейн в бумажных стаканчиках и две огромных штуки, похожих на тортильи.
– Спасибо. – Благодарю я.
– То, что нужно, чтобы согреться! – Подлетает к столику Диана.
Пристраивается рядом со мной на высоком стуле.
– Где ты была? – Взволнованно спрашиваю ее. – Сказала, что на минуту, и пропала.
– Успели заскучать? – Лукаво улыбается она. – Я ходила в торговый центр. Вот за этим!
Девушка достает из-за спины что-то красное вязаное и в тот момент, когда я успеваю разглядеть, что это шапка с помпоном, она напяливает ее мне на голову.
– Что это? Шапка? – Я пытаюсь разглядеть свое отражение в стеклянной панели на стене.
– Чтобы не замерзнуть! – Улыбаясь, Диана поправляет ее. – Ой, как вам идет!
– Хорошо? – Уточняю я.
– Лучше, чем хорошо! – Ее глаза сияют.
Мне нравится, когда я почти физически чувствую идущее от нее тепло.
– Но я похож на… студента! – Пытаюсь протестовать.
– Оглянитесь вокруг! – Предлагает Хмельницкая. – Теперь вы не выделяетесь из толпы!
Я смотрю на разношерстную публику маленького кафе и вдруг понимаю, чем всех привлекает это место – простой и расслабленной атмосферой. Здесь все равны, и никто не пытается строить из себя того, кем не является.
– На вас все еще дурацкий костюм и строгое пальто, – шепчет она, наклоняясь, – но уверяю, с этой шапкой вы точно сойдете за своего.
– А зачем мне быть своего? – Вдыхая аромат ее парфюма, спрашиваю я.
Между нашими лицами расстояние сантиметров в пятнадцать. Одно неловкое движение, и случится поцелуй. От понимания этого у меня сильнее бьется сердце.
– За тем, что мы идем на каток! – Едва не подпрыгивая от предвкушения сообщает Диана. И потирает руки. – Последние деньки, и станет тепло, лед растает. Нельзя упустить такой шанс!
– Ты катаешься? Коньки? – Решаю уточнить я.
– Нет! Но всегда хотела научиться! Когда, если не сейчас?
Я сглатываю.
– Что? – Спрашивает Диана, видя, что я нахожусь в замешательстве.
– Я тоже не катаюсь. Я больше как… э… лыжи.
– Супер! – Почему-то радуется она. – Вот вместе и научимся! – Подвигает ко мне стаканчик с горячим глинтвейном, пряно пахнущим вином, корицей и цитрусовыми. – Приступайте, нам нужно согреться и идти покорять лед!

Через полчаса мы вдвоем уже ковыляем вдоль бортика катка под открытым небом во взятых на прокат коньках.
– Отпускай! Отпускай! – Хохочет Диана. – Видишь? Я еду! Еду! У-ух!
Она неуклюже отталкивается, а затем, проехав пару метров, заваливается назад и падает на задницу.
– Больно? – Кричу я, выкатываясь на встречу.
– Осторожно! – Пытается предупредить Диана.
Мимо меня проносится опытный конькобежец, и я ожидаемо теряю равновесие и падаю рядом с ней.
– А-ха-ха-ха! – Хохочет Диана.
Она пытается встать, чтобы помочь мне, но тут же валится обратно.
– Не смешно! – Пытаюсь сопротивляться я. – Я выгляжу глупо!
– Сегодня можно! – Заливисто хохочет Хмельницкая, падая на спину.
Я ложусь рядом с ней, и мы оба смотрим на небо, с которого падают на наши лица снежинки. Мы лежим у самого бортика, и тут не так страшно, что кто-то может наехать на нас ненароком.
Я поворачиваюсь к Диане и тихо спрашиваю:
– Ты сильно злая, что нужно работать мой ассистентом?
Она замирает. Ее щеки горят от мороза, а губы пылают от горячего дыхания.