Претендент

– Но их маг, – вставил своё слово глава Канцелярии. – Та самая Дана Бакли… Она вообще чудом осталась жива! И я не назвал бы её совсем уж беспомощной! Там целое кладбище обугленных и поджаренных!
– Значит, – Зеру Ибар был непреклонен, – надо было дать ей в помощь ещё одного – уже чисто боевого мага! Двоих, троих – неважно! Гильдия, однако, этого не сделала. А почему? Только в столице у них порядка ста человек боевых магов! Чем они всё это время занимались? Учебники перечитывали?
Безопасник жестко переводил стрелки на Гильдию магов – в его раскладке они являлись главными виновниками.
– Глава гильдии может с этим не согласиться… – осторожно заметил Марон Дел.
– Предоставьте это мне, – кивнул Ибар. – Я найду аргументы, которые смогут его убедить.

Ночная смена стражи – тягостное дело, особенно, под утро.
Ночью-то всевозможное начальство редко вылезает из теплой постели, чтобы проверить правильность несения службы стражниками. Ночью можно слегка расслабиться и посидеть у очага в хорошо знакомой харчевне. Хозяин давно дружен с десятником и всегда готов оказать любезность озябшим и промокшим стражникам. Посредине ночи, весёлые девицы, не нашедшие себе клиента, иногда не прочь по-дружески пообщаться со старыми знакомыми. Даже уличные воры, коротающие ночь под той же крышей, несмотря на разность интересов, могут оказаться неплохими собеседниками. А иногда – так и собутыльниками.
А потом приходит утро. И это всегда невесело.
Солнце ещё не поднялось, и ночная сырость пока ещё властвует на улице. Холодный ветер так и норовит выскочить из-за угла и обдать лицо брызгами. Сейчас бы сидеть у огня… но, вполне может выйти и так, что начальство легло рано, выспалось и с утра решило проехаться по улице. И беда, если не найдёт патруль на установленном маршруте! Не миновать тогда разноса – и неизбежного штрафа!
Хорошо тем, кто несёт дежурство у рогаток! Тем и ходить-то никуда не надо – все сами придут, только не ленись досматривать. Да и шатер для укрытия от возможной непогоды присутствует вполне официально, а костер для обогрева и света горит вообще всегда. С каждой проезжающей телеги полагается сбросить пару поленьев. Или медяк для их покупки.
Но с другой стороны, у рогаточников нет тех, насквозь неофициальных, источников дополнительного заработка, который присутствует у обычных патрульных. Надо быть совсем печальным дураком, чтобы затеять свару прямо на посту! А вот на маршруте… небесплатно можно и помёрзнуть.
– Смотри, какой-то пьяница! – толкнул локтем товарища Беро Забал. – Даже и до дому не добрался, прямо тут и залёг.
Его товарищ, обладавший куда более острым взором, отрицательно покачал головой.
– Тогда, должно быть, он выпил не просто вина, а какого-то колдовского зелья! Ибо спать, опустивши голову в воду… я, например, так точно не умею! Как он дышит-то?

И он оказался совершенно прав – мнимый пьяница давно уже не дышал. Да это было бы сделать весьма затруднительно – он ведь упал лицом прямо в лужу! Так, надо думать, и помер – не приходя в сознание…
– А выпил-то он изрядно… – первый патрульный перевернул тело и поморщился от вылетевшего из лёгких запаха, в котором тяжкий перегар всё ещё перебивал всякую прочую вонь.
– Любил, стало быть, это дело, – кивнул его товарищ, обшаривавший тем временем одежду покойника. – Ага!
На свет появилась именная бляха – купец!
– Дигиус Мааре, купец из Валерана… где это вообще?
– Да нечистый его ведает. Далеко! – откликнулся третий стражник, наблюдавший за прилегающими улицами. – А одет он неплохо!
– Ух, ты! – воскликнул первый патрульный, высыпав на ладонь кошель. – Смотри – ка!
И было на что посмотреть – среди меди блестело пять серебряных монет!
По неписаному правилу, найденное на обнаруженных мертвецах золото считалось собственностью короля и подлежало сдаче в казну. Не за так – часть стоимости выплачивалась страже. Но – в общую казну.
А вот серебро и медь доставалась обнаружившим тело стражникам. Причём, медь делилась между стражниками прямо на месте. А серебро…
– Монету, как и положено, десятнику. Остальное – делим!
– Четыре монеты на троих?
– Тут рядом бордель – заглянем туда. Содержательница и разменяет.
С медью вопроса не возникло – её поделили прямо на месте.

А подручный барона Ванога, наблюдавший за всей этой сценой издали, удовлетворённо кивнул – вопрос с неразумным «почтальоном» можно было считать закрытым… Опасность возможной утечки информации была пресечена в зародыше. Стражники донесут о пьянице, который утонул по собственной неосторожности, родня покойного горестно вздохнёт – и приступит к разделу наследства. И обо всём этом через месяц никто более и не вспомнит.

Зеру Ибар, как многоопытный чиновник, прекрасно понимал, что лично ему идти с каким угодно вопросом непосредственно к главе гильдии магов Этерны было бы непростительной глупостью. По официальному «Уложению о рангах и титулах» королевства» глава гильдии занимал куда более серьёзную должность, нежели начальник – пусть и серьёзного, но все же – департамента. И в данном случае наименование оного мало на что влияло – его вполне могли и промурыжить в приёмной часок-другой. И на конструктивный диалог после такого не рассчитывают.
Глава Канцелярии или министр двора – совсем другие пляски! Здесь различия в должностях почти не ощущалось. Министр двора, пожалуй, что и перевешивал.
Но! Никто из них не вызвался пойти на данный разговор – и это надо было использовать в своих интересах.
Но. Никакой большой начальник сам приказов и распоряжений не пишет – для этого есть целый штат подчинённых. Начальник их только подписывает – и это большая разница! Вот, с подчинёнными и стоило поговорить.

Тан Деун Генца, высокопоставленный чиновник Арбитриума, руководитель отдела внутренней безопасности гильдии и носитель приличного множества иных важных титулов и почётных званий, в настоящий момент чувствовал себя как недавний выпускник начальной школы магов-учеников. Ибо, как он ни напрягал свои (надо сказать – немалые!) способности, так не смог ничего прочитать или понять по лицу собеседника. А разум собеседника был защищён от чтения самым серьёзным образом, о чём Генца прекрасно знал.
«Сторожевой кашайский пёс его Величества». Зеру Ибар вполне заслуженно носил этот неофициальный титул. И иногда даже им подписывался. И иногда доля шутки в том была исчезающее мала.
Разговор сначала крутился вокруг сущих мелочей. Ничего серьёзного, так… чепуха какая-то.
Но тан всем сердцем чувствовал – зловещий гость пришёл не просто так!
– Впрочем, мой дорогой тан, не смею более отнимать у вас внимание! – поднялся с места визитёр.
– Вы уже уходите? – изобразил на своём лице фальшивое сожаление хозяин кабинета.