Хроники Акаши

Я проснулся и вздохнул с облегчением. Даже не стал по обыкновению припоминать и сразу же записывать, а сразу соскочил с кровати и раздвинул шторы. Но за окном было пасмурно, и тусклый солнечный свет не смог прогнать моё дурное настроение.
Всё утро мне было как-то муторно. Может, дело было в том сне. Или просто ничем не занятый день был настолько непривычен, что вогнал мозг в ступор. Даже возникла мысль поработать, которую я, удивившись, прогнал. Может, дело было в том, что его не с кем было разделить, этот день? Лучше бы пригласил в пятницу Аржану в тир и снова попытался выведать все секреты. А теперь было поздно.
Я скинул фото некроманта на телефон, вдруг он мне встретится по дороге, мандала-то работает, оделся и вышел на улицу, просто чтобы не сидеть в квартире одному.
Дул холодный ветер, люди разбежались с улицы кто куда. Идея пойти помедитировать на лавочке в парке мелькнула в сознании и тут же улетучилась. Я, сам не зная зачем, спустился в метро и поехал в центр.
— Мам, мам, мы пойдём на башенку смотреть, слушать, как большие часики звонят? — канючил ребёнок на соседнем эскалаторе.
Я уставился на них в расфокусе, как учила Лея. Эскалатор движется, фигурки на белом фоне, можно попробовать посмотреть свечение. Эфирку.
— Куранты, — поправила мальчишку усталая женщина под сорок. Она мотнула головой с коротко стрижеными волосами, словно отгоняя какие-то мысли.
— Так мы пойдём? Мам, пойдём? — не отставал ребёнок.
И тут вокруг него появилось свечение. Я точно видел, как оно движется вместе с ним на белом фоне тоннеля. Этакое беловатое нечто, как лёгкая ткань или дрожание воздуха. Мать светилась гораздо слабее. Я пытался сосредоточиться на свечении и не сводил с них глаз. Ребёнок, будто почувствовав внимание, обернулся и тут же заявил:
— Мам, этот дядя на нас плохо смотрит!
Чёрт! Это было как ведро воды на голову. Мать тут же впилась в меня взглядом, как хищный ястреб. От неожиданности я зачем-то улыбнулся ей и, не придумав выхода лучше, побежал вниз по эскалатору.
Уже в вагоне вспомнились слова малыша про куранты. А это мысль. А почему бы и вправду не махнуть на Красную площадь? Сел я по направлению в центр, а тут ехать-то всего ничего и без пересадок до «Охотного ряда».
В центре, несмотря на хмурую и прохладную погоду, сновала куча народу. Туристы фоткали, ряженые приставали к прохожим, парочки гуляли под ручку. Уже на Красной площади ко мне подскочила миниатюрная девушка с шикарной гривой каштановых, прямо как у Катьки, волос.
— Вы не сфотографируете нас вместе, пожалуйста! — она радостно всучила мне телефон и побежала обратно, к стоявшему в стороне худощавому брюнету.
Я навел фокус.
— Раз, два, три — снимаю!
Девушка замерла с радостной улыбкой, а парень с выражением безразличия на лице.
Он её не любит. Ему просто с ней удобно, как и мне было с Катькой.
Это промелькнувшая в сознании мысль привела меня в ступор.
Чего?
А того, любил ли ты Катьку? Хоть раз задумался о том, как она переживает? Её желание помочь не вызывало у тебя ничего, кроме раздражения.
Я отдал телефон девушке и на всякий случай помотал головой. Как-то не было у меня раньше подобных разговоров с самим собой да ещё на такие темы. Будто мысли не мои.
В лицо ударил порыв холодного ветра. Внутренний голос затих и больше не проявлял себя. Я прогулялся до собора Василия Блаженного, отслеживая каждую мысль, и под конец успокоился. Мало ли чего бывает.
Сто лет здесь не появлялся. Странно, без этого Лидуниного «пойдём слушать бой курантов» площадь выглядит по-другому. Дышится здесь более свободно, что ли. И теперь она кажется не большой и пустой, а маленькой и уютной. А купола собора похожи на цветные карамельки. Было бы здорово отломить и слопать один. Я протянул руку и растопырил пальцы над куполом, будто сейчас схвачу его. Пусть это будет моим неделанием на сегодня. Бело-синяя полосатая маковка «уместилась» в ладони. Можно было бы сфоткаться так, если гулять не одному. Хотя и это не проблема. Я заметил блондинку, которая тоже разглядывала храм. Она стояла ко мне спиной, а длинными волосами играл ветер.
— Девушка, вы меня не сфотографируете? — я подошёл ближе.
Она обернулась. Ещё до того, как она повернула ко мне заплаканное с красными пятнами лицо, до того, как бирюзовые из-за цветных линз глаза округлились от удивления, я узнал её. По неуловимым движениям, осанке, манере двигаться — не знаю. Меня как током ударило.
— Катька?!
— Дрю?!
Мы смотрели друг на друга, наверное, с минуту. Блондинка? Голубые глаза? Господи, как ей ужасно в таком виде! Или мне ужасно, потому что непривычно? А что она заплаканная-то такая?
— Что случилось? — спросил я.
— Да так, ничего, — первое впечатление от встречи прошло, и Катька попыталась отстраниться.
— Да я вижу, какое ничего! Вон лицо пятнами пошло, — ответил я.
— Тебе-то теперь какое дело?! — ответила Катька, всхлипывая, и снова разревелась.
Я тоже задал себе этот вопрос и не нашёл ответа. Просто знал, что надо помочь.
— Ну мы же не чужие люди. Расстались, да, — признал я. — Но это не мешает мне просто помочь, по-человечески. Я что, по-твоему, должен пройти мимо?
— Ты ведь меня бросил, — захлюпала носом Катька. — А значит, прошёл мимо!
— Ну, давай мы не будем разбираться, кто кого бросил, — ответил я, вспомнив, как вернулся в пустую квартиру, — а ты просто расскажешь, что случилось. А я подумаю, что смогу сделать.
Катька недоверчиво и даже как-то испуганно посмотрела на меня, и на секунду мне показалось, что она сейчас просто убежит. Но она всхлипнула в последний раз и утёрла слёзы.
— Ничего не размазалось? — девушка повернула ко мне лицо.
— Вообще всё идеально. Какие-то невероятные технологии. Суперкосметика? — пошутил я, чтобы приободрить её.
— Водостойкая, — ответила Катька и шмыгнула носом. — Пойдём, по дороге всё расскажу. Я вообще-то на работе. Пока ещё.
Мы двинулись в сторону Тверской, и Катька выложила свою историю. Дело оказалось не в разбитом сердце, как я думал, или не только в нём.
— Я только скопила на первый взнос, взяла ипотеку. И тут — закрытие салона. Оказывается, мы давно уже работали в минус. Сначала стали задерживать зарплату, а теперь окончательно разорились. Сегодня последние остатки распродаём из шоу-рума — и всё! И работы нет. Я все собеседования обзвонила. На рынке кризис, и более крутые дизайнеры за копейки работать идут. А у меня, так и сказали, квалификация недостаточная и опыта мало!
Девушка чуть снова не разревелась.
— Да сколько ж им опыта надо? — удивился я. — Ты же там несколько лет уже работаешь.