Хроники Акаши

Отец потащил нас к тусовке из троих совсем неброско одетых мужчин. Явно не дорогие гости и не клиенты. Управляющие? Помощники? По беседе непохоже.
Один из них увлечённо фоткал на смартфон всё, что под руку попадалось.
— Это мой сын и помощник в бизнесе — Андрей, — отец представил меня мужчинам. — И талантливый молодой дизайнер модной одежды Катерина. Его девушка.
Катька вся аж зарделась. То ли от того, что её назвали талантливым дизайнером, то ли — моей девушкой. Зато от последнего немного офигел я. Она ведь к концу вечера и вправду подумает, что мы снова вместе.
А ещё я почувствовал, что сейчас мне придётся вступить в беседу. Прямо придворный светский вечер. Вот где вчерашний таролог бы оторвался. Я представил, как он изысканно флиртует с дамами, ловко отпускает колкие шуточки в сторону вельмож и разговаривает двусмысленными намеками на политические темы. А потом вспомнил, что я и есть он. В каком-то из положений точки сборки, конечно.
— Как здорово, что вы поддерживаете отца не только в бизнесе, но и в благотворительности! — ввернул один из мужчин, пожимая мне руку. Глаза его изучающе смотрели на меня, а в уголках губ пряталась улыбка.
И тут я понял, что это не кто иные, как журналисты. Потому костюмы не шикарные, зато ребята контактные и наверняка остры на язык.
— Полностью поддерживаю и считаю, что бизнес должен идти рука об руку с благотворительностью, — провозгласил я. И тут же, не дожидаясь вопроса, стал объяснять почему.
Говорил я, конечно, не про поблажки в налогах и уж тем более не про отмывание денег. Я говорил про облик настоящего бизнесмена, который трудолюбив, обладает блестящим образованием, профессионал в своей области, но не ставит во главу угла наращивание капитала. Он не чёрств сердцем и готов помочь нуждающимся.
— Потому что деньги не должны являться самоцелью. Они всегда лишь средство, которое служит людям. И если некоторая сумма может изменить жизнь человека, например, одарённого ребёнка, то это замечательный вклад. Достойный.
Я закончил и улыбнулся журналистам. Они все слушали очень внимательно и пялились на меня с крайне сосредоточенным выражением лиц, наверняка ещё и записывали «речь» на диктофон.
Отец тоже пристально смотрел на меня. Если он и охренел, то виду не подал.
— А теперь пойдёмте послушаем речи других меценатов, с трибуны, — заявил он, намекая, что пора рассаживаться за столики.
Я тряхнул головой, освобождаясь от пелены. Черт возьми! Получилось! Я на какое-то время действительно влез в шкуру интригана-предсказателя. Я был им! Не собой! Ну что ж, вот и его умения проявились. Не видение конечно, но тоже неплохо.
— Дрю… Андрей, у тебя всё хорошо? — спросила Катька, подхватывая меня под руку. — Мне показалось, ты пошатнулся.
— Всё в порядке, душновато здесь. И в горле пересохло, — ответил я. — Пойдём что-нибудь выпьем.
В конце зала за расставленными в шахматном порядке столиками располагалась трибуна, а над ней смонтировали высокую металлическую арку с освещением, к которой крепился небольшой экран для проектора. Задняя стена, служившая фоном, была затянута тканью с тем же принтом, как и на пригласительных: чёрный фон с серебристыми завитушками. Мы с Катькой уселись на указанное отцом место, а сам он пошёл к трибуне. Наш столик стоял в первом ряду. Я заметил, что стула там четыре, но догадался, почему, слишком поздно, когда к нам продефилировала Светочка и, непринужденно поздоровавшись, уселась рядом. Правда, ближе к Катьке. Рыжая ведьма надела зелёное платье с таким откровенным декольте, что, казалось, ещё чуть-чуть — и грудь вывалится наружу.
«Включить» придворного-таролога у меня в этот раз не вышло, и я даже не ответил ведьме на приветствие. Представлять ей Катьку, хотя Светочка весьма выразительно смотрела на девушку, даже не подумал. Обойдётся. Катька, правда, тоже стала смотреть вопросительно, только не на ведьму, а на меня.
Хорошо, отец как раз начал вещать с трибуны, и всё внимание переключилось на его выступление. Он толкнул проникновенную речь, а на экране в это время появлялись, сменяя друг друга, фото детишек-инвалидов. И понеслось: отца сменили какие-то пузаны в строгих костюмах, они задвигали речи про свои правые дела и приглашали других делать пожертвования. Объявлял всех некий импозантный мужчина в чёрном костюме и фиолетовом галстуке, а отец с вежливой улыбкой стоял рядом.
Нам принесли шампанское, стаканы с водой и целое блюдо шпажек с шашлычками из мяса, овощей и рыбы. Я сразу взял пару шпажек и принялся уплетать, не глядя ни на ведьму, ни на Катьку. Старался смотреть на экран и вещающих с трибуны, делая вид, что очень увлечён выступлением. Катька, взглянув на меня, тоже взяла себе шашлычок и стала вертеть его в руках.
К нам потихоньку спустился отец, уселся между мной и Светланой, взял шпажку с сёмгой, бокал шампанского, а когда стихли аплодисменты очередному выступающему, завёл разговор:
— Светлана, вот девушка, о которой я рассказывал. Катенька — дизайнер одежды. В твоём доме мод наверняка нужны молодые специалисты?
На некоторое время я словно оглох. Слова отца настолько ошеломили, что всё вокруг стихло. Меня оглушило ими, как раскатом грома. Я даже не услышал, что ответила Катька, видел только, как она улыбается ведьме.
Чёрт! Отец меня обыграл. Или ведьма… шах и мат! Катенька оказалась разменной фигурой в её игре. Ещё одним шагом к моему поражению. Ведьма её вмиг к рукам приберёт. А Катька доверчивая и в людях совсем не разбирается. Сразу поведётся на Светочку.
Хотя надо просто отказаться. Встать и уйти прямо сейчас. Утащить за собой Катьку. И пофиг, что подумают. Если получится скандально, будет отлично. Катька потом от стыда сгорит, а к ведьме не подойдёт.
Я встал, собираясь схватить Катьку за руку, но она встала сама и посмотрела на меня, почему-то радостно. Встали и отец, и ведьма. По всему залу послышался звук отодвигаемых стульев. А потом отец захлопал.
И все подхватили аплодисменты. Шум ладоней отца отразился сотнями рук приглашённых. Как эхом, волной прокатился по залу. За стеной скрежетнуло, и экран стал подниматься вверх, убираясь в корпус. А сама стена дала вертикальную трещину и начала разъезжаться в стороны, оказавшись гигантской ширмой.
Я на всякий случай посмотрел на руки, потом на складывающуюся гармошкой ширму.
За ней оказался ещё один зал, уставленный картинами.
— Благотворительный аукцион начнётся через полчаса! А пока вы можете рассмотреть лоты в нашей галерее с экспонатами, — жизнерадостно объявил человек в фиолетовом галстуке.
Все зашумели и потянулись в образовавшийся проём. Катька ускользнула, увлекаемая ведьмой. Я кинулся за ними, но дорогу перекрыл отец.
— У Светланы процветающий бизнес, они не только одежду производят, но и аксессуары и ювелирные изделия. И у неё как раз новый проект. Хочет использовать принты картин наших подопечных в осенней коллекции этого года. Первый ряд моделей сегодня продемонстрируем. Если хорошо пойдёт, представляешь, как выиграет с этого фонд? — отец говорил, казалось, искренне, а не с целью меня задержать. Хотя тут не разберёшь.