Босс по соседству
– Ну вот, а ты переживала… – сказал Князев.
– Я боялась, чтобы она куда не влезла или не натворила чего… – я заглянула в кухню, потом в приоткрытую ванную: все на месте, разрушений нет.
– Вернемся ко мне? – Князев привлек меня к себе. – Там же еще десерт не тронут.
– А давай попьем чай у меня? – предложила я, улыбаясь. – Теперь я приглашаю тебя в гости. – А то не хочу больше «ребенка» одного оставлять… – и показала на котенка.
– «Ребенка» можно и с собой прихватить, – он усмехнулся. – Но против того, чтобы побыть в гостях, тоже ничего не имею. Тогда я занесу свой реквизит мастера на все руки и вернусь с десертом. Через дверь.
Пока Князев ходил за десертом, я на повышенной скорости убрала по мелочи вещи, которые не хотела бы, чтобы попались ему на глаза, затем поставила греться чайник. К его возвращению вода закипела, а на столе уже стояли чашки с блюдцами.
– Кофемашины у меня нет, но если хочешь, могу сварить кофе так, – предложила я, суетясь у стола.
– Не надо, спасибо, я кофе в основном по утрам пью, – ответил Князев, рассматривая мою небольшую, в отличие от его, кухню. – Сейчас не откажусь как раз от чая.
– А у меня как раз есть несколько вкусных сортов, – воодушевилась я. – Привезла из Флориды. Подруга завела меня в один китайский чайный магазин, и я уже там от души затарилась.
– Любишь чаи, разбираешься в них? – улыбнулся Князев.
– Не могу сказать, что я профи, скорее любитель, – отозвалась я, протягивая ему несколько упаковок на выбор. – А насчет любви… Да, чай люблю больше, но утром и иногда в течение дня предпочитаю кофе. В этом мы похожи. Какой тебе нравится из них?
Князев понюхал содержимое каждой коробочки, оценил на вид и выбрал один:
– Вот этот, зеленый, люблю, когда есть жасмин.
– Полностью разделяю твою любовь, – одобрила я, отправляя остальные чаи обратно в ящик. – Сейчас заварим по всем правилам и насладимся им.
Внезапно зазвонил телефон Князева. Он лежал на столе, и я успела заметить, как на экране выскочило имя звонящего «Александра».
– Саша? Да, слушаю, – ответил Князев без особого энтузиазма. – Что-то срочное?.. Да, я занят… Довольно сильно занят, да… Если не горит, давай обсудим завтра, я подъеду в ресторан сам… Хорошо, договорились. Созвонимся с утра.
Я выждала паузу, стараясь делать вид, что меня совсем не интересует этот звонок. Разлила настоявшийся чай по чашкам и только потом, как бы невзначай, спросила:
– Александра… Она твой компаньон?
– Да, мы совладельцы ресторана, – ответил Князев, подвигая чашку себе ближе.
– И давно?
– Еще с тех пор, как были женаты.
Хорошо, что я не успела взять свою чашку в руки, иначе точно пролила бы горячий чай на себя. Не знаю, почему меня так впечатлили эти слова, но сердце отчего-то кольнуло, потом ухнуло вниз, забилось чаще.
– Женаты? – переспросила я машинально.
– Да, она моя бывшая жена, – ответит Князев спокойно и так же спокойно сделал глоток чая. – Действительно вкусный…
– И долго вы были женаты? – мои мысли никак не хотели переключаться на другое.
– Два года. И три года как развелись.
– Но остались друзьями, – я попыталась улыбнуться.
– Партнерами, – поправил меня Князев. – Мы остались партнерами, хорошими, доверяющими друг другу и любящие свое детище – ресторан – партнерами. Личной жизни друг друга мы не касаемся и не вмешиваемся в нее.
– А дети?
– У нас нет детей, – усмехнулся Князев, поглядывая на меня. – К счастью, не успели сделать этот шаг.
– Почему «к счастью»? – уточнила я.
– Потому что быстро поняли, что семья из нас никудышная. Ребенок бы все усложнил. Пусть он появится при других обстоятельствах и с другим человеком. У нее свой, у меня свой…
– Но все же у вас есть ребенок – ресторан, – заметила я. – Ваш ресторан, сам же назвал его «детищем».
– Это другое. Не стоит сравнивать заведение с человеком. Но повара у нас отменные, – добавил Князев, все так же улыбаясь, и показал на пирожные. – Особенно кондитер. И он очень ждет твоего отзыва на свое творение. Я просил его сделать самые вкусные пирожные, чтобы порадовать одну девушку, которая мне очень-очень нравится. Он пообещал, что ты после них обязательно ответишь мне взаимностью. А если нет – то он уволится.
– Да это шантаж, – я усмехнулась, но была польщена. И опять смущена, чего уж. – Но позволить, чтобы уволился такой замечательный кондитер, не могу. Тем более пирожные действительно потрясающие.
– Значит, мне передать ему, что у него все получилось? Пирожные сработали?
Я задумалась на мгновение, специально испытывая его терпение, потом все же ответила:
– Похоже на то…
Глава 21Десерт плавно перетек в поцелуи, поцелуи породили новый виток страсти…
В общем, снова все вышло как-то само собой, и Князев остался ночевать у меня.
– Если бы мне кто-то сказал еще в начале месяца, что наша вражда выльется в такое, я бы не поверила, – пробормотала я утомленно, лежа у него на груди и чертя на его смуглой коже невидимые узоры. – Я тебя задушить была готова…
– Задушить – тоже неплохо, – усмехнулся он, пропуская мои волосы сквозь пальцы. – Ненависть лучше, чем равнодушие. А там и до любви рукой подать…
– Ой, будто ты испытывал ко мне другие чувства вначале, – хмыкнула я.
– Только пока думал, что ты Женя. Потом у меня для этого уже не было оснований.
– Даже когда твой балкон превратился в голубятню? – я, пытаясь заглушить смешок, уткнулась лицом ему в плечо.
– Как и твой. Но опять же, это ведь сестра твоя скреативила или все-таки сама?
– Нет, у меня не настолько бурная фантазия…
– Правильно, лучше фантазию пускать в другое русло… – Князев вдруг замолчал, словно ушел в свои мысли.
– О чем задумался? – спросила я.
– Да так, о работе, – он улыбнулся, поцеловал меня в губы и крепче обнял. – Давай спать, а то завтра я все-таки планирую дойти до офиса. Не все же могут позволить себе работать на удаленке.
– Ну да, не у всех такой понимающий босс, – согласилась я, сдерживая усмешку.
Кажется, так сладко и спокойно я не спала давно. Как и не просыпалась в объятиях мужчины. Сергей не в счет, с ним мы никогда не встречали утро вместе, но теперь я даже была рада этому.
– Ты не опоздаешь на работу? – спросила, глянув одним глазом на часы.
– Начальство не опаздывает, оно задерживается, – Князев подавил зевок и прильнул ко мне теснее. – Это незыблемое правило.