Босс по соседству
– У кого это – у вас? – уточнила Лариса, но ее брат оставил эту реплику без ответа. Я тоже благоразумно промолчала.
Несмотря на снятые противоречия, разговор за столом все равно не клеился, чувствовалось напряжение и недоговоренность. Князев-старший больше молчал, будто присматривался ко мне и сыну. Женя тоже боялась сказать лишнего, что и понятно. Только Лариса пыталась всех разговорить и сыпала компрометирующими вопросами в наш с Князевым адрес, однако тот ловко уходил от ответа.
– Спасибо за картину, но ее я повешу сам, – сказал он, когда Лариса очередной раз напомнила о подарке и желании немедленно определить ему место.
– Как знаешь, – его отец развел руками. – Ладно, тогда мы поедем. Надо еще к Матвеевым заехать, они матери твоей какие-то редкие семена обещали… Пошли, Лара… Приятно было познакомиться, девушки.
– Надеюсь, еще увидимся, – Лариса на прощание помахала пальчиками. И не преминула добавить, глянув на Китти: – Но котенок у вас чудо, хоть и вредный.
– Пронесло, – выдохнула Женя, когда за ними закрылась дверь.
– Повезло, – усмехнулся Князев. – Теперь придется вам хранить свою тайну до конца жизни.
– Придется, – с серьезным лицом согласилась Женька.
– А твой отец не такой уж строгий, как ты про него говорил, – заметила я.
– Ну, дома он помягче, конечно. И считай, ваше знакомство прошло хорошо, ты ему понравилась.
– И как ты это понял? Он же молчал все время.
– Поэтому и понял. Если бы ты ему не понравилась, тебе бы уже устроили допрос с пристрастием.
– Значит, повезло, – отшутилась я, но слышать такое все равно было приятно.
– Тяжелее, конечно, придется с мамой, – продолжил Князев.
– Думаешь, мне с ней тоже предстоит знакомство?
– Уверен. И очень скоро, поверь, – он ухмыльнулся. – Папа сегодня же поделится впечатлениями, Лара добавит, и на днях она будет уже здесь…
– Не пугай меня, – я, разнервничавшись, взяла с тарелки пирожок.
– Я твоим женихом уже побыл, теперь твоя очередь побыть моей невестой, – Князев подмигнул мне. – Готовься…
– О, вижу, я тут уже лишняя. Женихи, невесты… На свадьбу пригласить не забудьте. В общем, пошла я от вас, – Женя поднялась из-за стола и тоже прихватила пирожок, сразу откусив. – Но печет твоя мама, Артур, нормуль, вкусно. Можно я еще с яблоком возьму с собой?
– Да бери хоть все, – ответил тот.
– Не наглей, – шикнула я на нее, когда она действительно потянулась за всей тарелкой.
Женя закатила глаза, но взяла два пирожка и потопала в прихожую.
– Выходные начались как-то очень бурно, – сказал я, когда и сестра наконец оставила нас одних. – А мы хотели провести их в спокойствии и лени…
– У нас еще в запасе есть время, – ответил Князев. – Предлагаю отключить звук на телефоне и не открывать никому дверь до завтрашнего вечера.
– Радикально, но мне нравится! – одобрила я и взяла свой телефон.
– И мне, – в его руках тоже оказался телефон, однако он вдруг замешкался, прежде чем отключить его. – Подожди, важное сообщение…
Сообщение, видимо, было длинным, но по мере того, как Князев читал, его губы растягивались в довольной улыбке.
– Милана, – произнес он потом. – Сможешь выйти в понедельник на работу к часам двенадцати?
– Смогу, если надо, – отозвалась я, поглядывая на него с недоумением. – А в чем дело? Почему улыбаешься?
– Узнаешь все в понедельник, – ответил Князев и продемонстрировал отключенный звук в телефоне. – Твоя очередь. И забудем о работе до понедельника.
Глава 23До понедельника Князев так и не признался, зачем мне надо явиться в офис. Более того, сдержал обещание и вообще не упоминал о работе. Это были волшебные выходные, возможно, лучшие в моей жизни. Иногда, когда я задумывалась обо всем, что происходит со мной сейчас, становилось не по себе. Как может все вот так измениться всего за месяц? Как мы смогли прийти к этому и осознать, что иного пути у нас и нет? Все слишком просто, естественно и понятно. Без лишнего пафоса, приукрашивания, жертв. Вам просто комфортно существовать вместе, в быту в том числе. А если и возникают споры, то не оставляют на сердце ровным счетом никаких следов горечи или обиды. Идеально? Нисколько. Просто хорошо, так, как и должно быть.
– Не опаздывай, – попросил меня Князев, уходя утром на работу.
– Не опоздаю, – заверила я.
И поспешила с обещанием. Все-таки опоздала, пусть на пять минут, но было ужасно стыдно. А все из-за перекрытого участка дороги, который маршрутке пришлось объезжать.
– О, Милана! Ты вышла на работу? – в лифт со мной по счастливой случайности заскочила Лена.
– Да, Князев попросил выйти, – призналась я.
– Слушай, а может, это связано с отстранением Зайцева от проекта? – ее глаза загорелись.
– Что? – не поверила я.
– Ты еще не в курсе? – Лена охнула. – Да сегодня весь офис с утра на ушах стоит. Зайцева генеральный уличил в каких-то махинациях со сметой на расходники, и ему грозит увольнение, если не суд!
– Ты серьезно? – я была в шоке.
– Спроси у кого хочешь, – усмехнулась подруга, но тут лифт раскрылся на ее этаже. – Все, поболтаем позже!
– Пока… – машинально проговорила я.
– Милана, наконец-то! – встретила меня взволнованная Рита. – Князев тебя уже ждет…
Прямо дежавю какое-то…
– Да бегу, бегу, – ответила я, на ходу снимая пальто и бросая его секретарю.
Да что ж там за срочность такая? Надеюсь, Артур не будет на меня сильно злиться за опоздание. Черт! Ну почему именно сегодня?
Я прошлась пальцами по волосам, укладывая их, и наконец открыла дверь в кабинет Князева.
– Здравствуйте, – мой взгляд был устремлен на него, и лишь краем глаза я заметила мужчину, сидящего рядом. – Прошу прощение за опоздание, была авария.
– Ты попала в аварию? – вся серьезность Князева сразу слетела, а в глазах появилось беспокойство.
– Нет, на пути была авария, пришлось объезжать, – поспешила успокоить его я. – Но все равно еще раз простите.
Я улыбнулась уже незнакомцу, извиняясь и перед ним. Теперь я могла спокойнее его разглядеть: блондин, с крупными чертами лица, похож на скандинава.
– Раз все собрались, перейдем к делу, – произнес уже Князев. – Милана, позволь тебе представить Анатолия Гавайлера, владельца компании «Астор-трейд». Анатолий, это та самая Милана Гордеева, чей проект вам так понравился.
– Очень рад знакомству, – блондин улыбнулся, а я от ошеломления не могла ничего ответить.