Любишь кататься - умей и кувыркаться

- Да, – разозлилась я, кое-как выдернула свою многострадальную руку из его пальцев и с раздражением обвела взглядом всех собравшихся.
А собрались здесь одни только мужчины. И что они забыли в женской одежде? Под их внимательными взглядами и многозначительными ухмылками, я медленно прошлась мимо развала с брюками, пытаясь найти себе самый маленький размер. Увы, до стандартных размеров здесь еще не додумались, а вводить в моду привычные размеры среди глюков – нет уж, на костер мы не хотим! – мне было откровенно лениво, а потому пришлось рыться, ругаясь себе под нос под аккомпанемент тишины. В какой-то момент ее вдруг нарушили пришедшие с улицы, но их быстро утихомирили. Сервис!
Наконец, кое-что, что подходило мне хотя бы по росту, было найдено и даже приложено к ноге. Вроде бы в самый раз, если не учитывать талию, но здесь ремень нам товарищ!
- Уважаемый, а где бы примерить?
Самый недоедавший в детстве из мужчин махнул куда-то вглубь шатра, где за ширмами копошилась женщина лет тридцати с рассеченным глазом. Она с интересом взглянула на меня, хмыкнула при виде зеленой шевелюры и задернула шторки, лишая всех небывалого зрелища «кикимора переодевается».
- Местная? – поинтересовалась женщина осторожно, помогая снять сарафан.
- Угу, – ответила я, разглядывая выбранные брюки. Эх, не джинсы, конечно, но что поделать. Там подкосать, здесь ушить.
- В воительницы надумала? – продолжала расспрашивать женщина.
- Неа, – отрицательно покачала головой, снимая свои вездеходные калоши.
- А что тогда здесь делаешь? – не поняла собеседница.
- Одежду выбираю. Если бы еще размерчик был поменьше, – недовольно откликнулась я, вползая в брюки и пытаясь найти застежку.
- Это мужские, – начала было женщина.
- Ничего. Мужские – даже лучше. Не так облегают, а то меня тут за попрание морали сожгут, – поедлилась наблюдениями я. – А ремня нет?
Ремень нашелся быстро, стоило визави протянуть руку за ширму. У, догадливые, хвалю! Подпоясавшись и заправив брюки в калоши, я вышла покрасоваться. Зрители оценили, одобрительно распахнув зенки. Кто-то даже у виска покрутил. Хм, обычно у нас это не жест восхищения, но кто этих поймет?
Понять аборигенов мне не позволили, втянув за ширму вновь.
- Куда? – выдохнула женщина. – Это же неприлично!
- То есть? – Моему удивлению не было предела, и даже ее палец, указывающий на мои верхние девяност… восемьдесят шесть, скажем правду, мало помог мне.
- Рубашка!
И только тут до мен дошло, что прогулялась я к несуществующему зеркалу в нижней рубашке, что доходила мне до середины бедра, и было вполне себе целомудренной. У нас. А вот что местные подумали… Мне стало жарковато и желания выглядывать из-за ширмы поубавилось.
- А они скоро уйдут?
- Нет. Ты же сказала Саю, что в «Уголок» хочешь. А он не скряга, если приглянусь, то будет тебе «Уголок». А ты ему приглянулась.
- С чего вы взяли? – Женщина усмехнулась и, выглянув, объяснила: – Так там только наемники Сая и остались. Никому войти не дают, чтобы ты спокойно выбирала. Ты, детка, лучше побольше бери. Сай – он обеспеченный, коль понравилась, подарит с короб, и нам с Грегом доход. Раньше-то по дорогам ходили, а теперь, как в передрягу попали, так все, кончилось наше странствие вольными наемниками.
- Печально, – только и смогла выдавить я. – А он отходчивый, этот Сай? – зачем-то решила уточнить.
- Конечно, отходчивый. Ты не думай. Он сам не убивает, он в сторонку отходит. Так что тебя кровью точно не заляпает. Не переживай, он же настоящий мужчина, от всего закроет…
- … И ключ выбросит, – закончила мысль я.
- И в обиду не даст, – неодобрительно сказала женщина.
Угу, знаем мы таких… тикать надо, тикать, пока возможность есть. Или ее уже нет? Я выглянула из-за ширмы и чуть не подавилась, завидев, как одобрительно мне улыбается этот Сай. Да уж, попадалово. Неужели ему кикиморы нравятся?
- Госпожа…
- Гата, – подсказала женщина, усаживаясь на стульчик, который вообще-то для посетителей предназначался обычно.
- А ничего. Что я несколько не людской наружности? – решила проявить дипломатию по отношению к себе я. Все же обзывать себя страхолюдиной болотной не хотелось. Да и страхолюдности кроме вороньего гнезда на голове и не наблюдалось…
- Так даже лучше. Для наемника жена – чем страшнее, тем важна. Все же знают, коль мегера дома, так на подвиги рвется воин. Да и сам Саи не совсем чистой крови. Там, говорят, великаны отметились. Карликовые.
- Я плохая жена, – честно предупредила я зачем-то женщину. – Готовить не умею, стираю погано, шью крестиком и вышиваю бантиком. Да и вообще, тиной болотной все углы в доме замажу, пауков насобираю. А в сарай жабу посажу.
- И это плохая? – неподдельно удивилась Гата, а мне захотелось о стену головой удариться. Если ЭТО хорошая, то плохая какая?
- Все равно замуж не пойду, – предупредила я.
- И не надо, – заверила женщина и крикнула: – Сай, невеста готова, похищай! Уголок уже открыться должен был. Сейчас вас распишут, и за товарами приходи, как женатому, со скидкой отдадим!
И эта предательница распахнула занавески.
Я всегда думала, что умею быстро бегать. Всегда успевала уносить ноги прежде, чем мальчишки успевали подумать и рвануть за мной. Но нет, я ошибалась. Раньше я бегать не умела… Вот сейчас!
Протаранив насквозь шатер, выскочив на улицу, я за считанные секунды добралась до дома старосты и снесла дверь. У старосты были гости…
Не знаю, кем они были по национальности, но при виде меня резко сменили прописку на «Мир анимешности, няшности и большеглазости». Увы, мне было не до тонкой организации их душ. Самое ценное и интуитивно подкованное место направляло мои ноги наверх, на чердак, к свободной пыли и мерзким насекомым… Упс, лучше без последних. Я пока только комаров любить научилась, об остальном речи не шло.
Не зря Сай был командиром. Нюха и скорости ему было не занимать. В дом он ворвался через минуту после меня, распознав место моего укрытия.
- Где она? – зло рыкнул он. У меня даже на чердаке коленки затряслись и подломились. Ага-ага.
- Уважаемый, о ком вы речь ведете? – начал было взывать к разуму староста. – Кто она? И с чего вы решили, что ваша незнакомка здесь?
- Я видел, – уже тише, но балки все равно тряслись, проговорил Сай и шумно, я даже с чердака услышала, втянул воздух. – Нашел, – довольно протянул он и собирался уже подниматься по лестнице (первая ступенька пронзительно заверещала!), когда был остановлен массированной атакой старостиной дочки, решившей спуститься к завтраку.
Громы гремел, деревья гнулись, стыла кровь в лихих сердцах, девка к мамке обернулась… Ой, заткните вы ее! Даже мне, через дерево перекрытий был слышен этот рев. С чего это она так разошлась? Я даже слегка высунулась, чтобы посмотреть.