Константа

— Центум из него? — легкий акцент на словах, и я поняла — манипуляция. Костя неощутимо увел Кота, только начавшего сердиться, в иное русло, потому что в утробной вибрации голоса спал жар раздражения:
— Что надо. К этому вопросов нет. — Подумав, заключил Кот и, спустя паузу, вновь отзвук раздражения в голосе, — только это в фильмах и сказках тот, что не знает как и не хочет подчиняться, это пиздец какой герой. На деле, Кость, сам знаешь, вырастает вроде твоего Костолома. Шизик, живущий по своим выдуманным правилам и в момент буйства срубающий звенья согласно своей собственной философии и хотелкам. Таким власть давать нельзя. Я был против, когда Ярый из системы сбежал и Шевеля в центумы двинул. Кошель наш был против, ну, он просто дрочит на него, потому что Ярый отчетики так подает, что половину работы с него снимает. Несколько моих фиников, да и его финики на измене были, хоть и щебетали другое, но прямо видно было, что они опасаются, что Шевель в одну харю рулить начнет. Марвин, у которого, наверное, в подкорку вбито на все предложения Ярого кивать, добро дал, а итог… Шива, сученыш, не признает никого и дерзит. С оглядкой на Ярого, правда, тот ему пиздюлей отвешивает вовремя. Пока. А сейчас у него власть и пиздецовое бабло, долго ли он оглядываться на Ярого будет при таком раскладе? Он уже ему факи показывает, когда Ярый его аккуратненько из системы тягать начинает… — голос стал четче, вновь скрип стула, стук бокала через непродолжительное время. — Согласись, управлять могут только те, которые знают, как подчиняться. А этот… ну пиздец… с ним Ярый перестает справляться, а я говорил, что гасить его надо жестко и без скидок, что он ему жизнь спас. Он не просто спасителя своего под протекцией держал, он звереныша на поводке вел и поводок ослаб. Я не знаю, на сколько у меня терпения еще хватит. Я его реально загашу, потому что он уже берега теряет. Как только он Ярого фактически в открытую пошлет, тогда, думаю… потому что это ахтунг, когда за тобой уйма человек, а у тебя мозг в свистопляс ушел с лозунгом «пока не пойму, что ты достоин моего уважения, я буду вести себя так как хочу и докажи, что это не так». Докажу. Не впервой.
— Стас, ты не думаешь, что ты перегибаешь?.. — снова попытка точечной манипуляции в расслабляющем голосе, но Стас твердо перебил:
— Костолом, Кость. У него шиза достигла того предела, что он даже не анализирует, чем обернется то, что он очередное звено отключает. Он же вас пачками в минус выводит, как моча в голову ударит. С пеной у рта доказывает хозяевам, получает добро и обнимос-досвидос. Тоже он Тису спас по молодости, тоже под его крылом ходил, тоже крыша у него текла и все Тису предупреждали. Тису хлопнули и Костомар окончательно превратился в Костолома, которого собственные люди боятся. Вот скажи, что судьба любит оригинальные повороты, братишка? Глядя на Шиву, у меня дежавю, что где-то я это уже видел. Отними у него бабло сейчас, зашли туда, куда мы с тобой любим кататься, в страну не третьего, а трехсотого мира. Без денег, без связей, без оружия, с осознанием, что тебя из-за валуна может завалить подросток, потому что он подумал, что ты опасен или у тебя есть что украсть… выживет он?
— Справедливости ради: мы в Сомали тоже едва не сдохли. Напомню, из-за твоего дебилизма, Стас.
— Бля… — рассмеялся тот. На этот раз шалость удалась, ибо Кот переключился, — это вообще другое же! А то ты пиздец спокоен был бы, когда тебе стеклом пол шеи расхуярило.
— Не спокоен явно, — с иронией согласился Костя, — но когда мне орут не выдергивать стекло и ни в кого не стрелять, я бы послушался. Наверное.
— Ключевое — наверное. Шрам лазером удалили, а все равно видно, блэкворком закрыл. Маман отреагировала эпично: ты что, говорит, совсем там сдолбоебился в своем криминале, дитятко тридцати шести годиков? Прикидываю, какие слова она бы мне сказала, если бы узнала, что сыночку башку едва не оторвало в Сомали. Хотя, какие слова… Отпиздила бы, а потом я врачей бы пытал на предмет ее психического здоровья и когда ее можно будет навестить.
Тихий смех в унисон и я неуместно отметила, как схож этот смех. Переливчатый, глубокий и насыщенный, в одном ритме, заразительный очень, если не слышать причины, что вызвала этот смех. Звон бокалов от тоста без слов и, чуть погодя, задумчивый голос Стаса:
— Я думаю проверить купленное Мансуровым месторождение. Может, если подлатать, оборудование там поменять, еще что, доля его оправдана будет и себе ее забрать.
— И смысл, Кот? — сокрушенно вздохнул Костя, с укором в интонации. — На нынешний рынок посмотри и оцени перспективы его развития. Тридцатилетняя полная зависимость от нефти, согласен. Падает цена на нефть, возрастает стоимость рубля. Почему? Потому что отечественная экономика сидит на нефтяной игле, рубль страстно совокупляется исключительно с нефтью, а на рынке она продается за бачи. Происходит падение цены за барыль, значит необходима компенсация в бюджете, чтобы удержать на уровне, итог: возрастание курса рубля по отношению к зелени, а, между тем, живем мы в высокотехнологичный век и прогрессивные страны озабочены источниками возобновляемой энергии, соответственно, вот-вот наступит момент, когда нефть нахер никому не упадет. Вон Илон Маск какой молодец. У нас бы его грохнули за изобретение электродвигателей, ибо все должно быть завязано на нефти и только на ней. Почему, думаю, объяснять не надо. Только прогресс так же силен как и регресс — как бы от него не открещивались, все равно придется влиться. Норвегия, тоже купающаяся в черном золоте, в этом плане мне нравится.
— В плане? — заинтересованно произнес Стас.
— В плане, что я тебя зря туда тащил в том году на конференцию, видимо.
— А, нет, дошло. Их накопительный фонд, который инвестируется в ненефтяные активы для перехода экономики от нефти к нормальной жизни?
— Не зря тащил, — фыркнул Анохин. Плеск жидкости в бокалы и щелчки зажигалок. — Вот раньше был в РФ стабфонд, который разбился на резервный и фонд нацблагосостояния. Резервный, созданный во имя рациональной идеи сглаживания шоковых состояний экономики ожидаемо помер, и его остатки слили в фонд нацблагосостояния, который вроде бы как должен был сглаживать дефицит пенсионной системы, однако, не забываем в какой стране мы живем. Население стареет, кто помоложе и подвижнее, отсюда сбегают, получают гражданства иных государств. Здесь нужна была накопительная система, а не заморозка и пенсионная реформа, но это лирика. В итоге, фонд нацблаго переродился в ресурс, который кормит предприятия, что по законодательству никак нельзя кормить бюджетным баблом, но вот таким макаром можно. Банкротятся госбанки — возьмите пару-тройку десятков или сотню лимонов из нацфонда и не благодарите. Кто-то решил, что надо бы бабла из бюджета утащить, мгновенно появляется заява на строительство троллейбусной остановки стоимостью в пару миллиардов. Вот, пожалуйста, возьмите и не стоит благодарности, только скидывайте распиленные куски в подконтрольную прозрачную для большого брата банку, по типу нашей, вашей и всех остальных. Оттуда скажут куда сливать, в какое ответвление тотально контролируемой бесовщины со всеми пирамидами и прочим финансово прибыльным адом. В банках отстаивается ворованное, приумножается путем вкидывания в черные проекты под проценты, отмывается путем кредитования заранее проигрышных стартапов, а после уходит в офшоры, трасты и тому подобное. Эти банки должны дрожать и не разгибаться из коленно-преклонной. Хоть копеечка уйдет — на расстрел. У меня не копеечка ушла, у меня слили почти ярд белой элиты, Кот. А ты удивляешься, почему Костолом слегка взволновался. Да нас бы всех положили, если бы не резерв, про который Костолом реальных данных не знает и дай Будда, не узнает.