Точка Лагранжа (СИ)

Физиономия у Лёшки была слегка зелёной — заняв место на большой центрифуге последним из группы, он согласился на предложение Бобра испробовать вместе с перегрузками и колебательные движения — и в результате сына Геннадия Борисовича пришлось выносить из кабины на руках. А потом срочно искать, во что бы он мог переодеться, поскольку его собственный форменный костюмчик, как и внутренности скафандра, несколько пострадали от встречи с остатками чересчур обильного завтрака.
— Итак, что такое орбитальный лихтер? — инженер сделал театральную паузу. — По сути, это тот же орбитальный контейнер, но с пилотской кабиной и собственными, пусть маломощными двигателями тяги и ориентации. Такие грузовые мини-корабли предполагается, как запускать с Земли, а потом возвращать для повторного использования, так и гонять на межорбитальных рейсах. Универсальная, в общем, рабочая лошадка.
Он перевернул лист — на нём красовалось изображение такого же лихтера, но только в бортах его имелось то, что Дима после недолгих колебаний определил для себя, как иллюминаторы. Расположенная ниже рисунок, на котором был показан тот же аппарат, но в разрезе, подтвердил его догадку.
— Это разрабатываемый сейчас пассажирский лихтер или «орбитальный автобус» на два десятка человек. Интересно, что наши французские коллеги изначально закладывают так называемый «туристический» вариант. Дело в том, что в перспективных планах Проекта значится большая орбитальная гостиница, по типу станции «Остров-1». Я понимаю, что это звучит несколько шокирующе — туризм в космосе, как такое возможно? — но, представьте себе, по оценках учёных-экономистов полёт на «пассажирском лихтере», как, впрочем, на орбитальном самолёте будет сопоставим с перелётом через Атлантику на «Конкроде». Недёшево, конечно, но вполне доступно даже для людей со средним достатком. И это неудивительно, ведь сами аппараты достаточно просты в плате технологии, и в серийном производстве будут гораздо дешевле не то, что «Конкордов», но даже среднемагистральных турбовинтовых лайнеров. И к тому же — практически нулевой, опять же, по сравнению с пассажирскими самолётами, расход горючего! Так что то, что сейчас звучит, как фантастика, вполне может стать самой, что ни на есть, реальностью — причём в самом ближайшем будущем. А вот это… — снова зашуршал сменяемый плакат, — это то, с чем вам, я надеюсь, предстоит иметь дело уже завтра…
На этот раз красочно выполненная схема изображала нечто вроде лёгкой рамы с двумя закреплёнными на ней креслами. Космонавтов в креслах не было, и благодаря этому за спинками можно было различить пару баллонов, вроде тех, в которых держат кислород и ацетилен для сварочных работ. На том месте, где у обычных баллонов был выпускной штуцер с манометром, красовалась гроздь маленьких, направленных в разные стороны конусов из блестящего жёлтого металла.
— Прошу любить и жаловать! — отец указал на непонятное сооружение карандашом, который держал в правой руке. — Последняя разработка французских инженеров под названием «орбитальный фиакр».
По аудитории прокатились шепотки — слово было незнакомым.
— Фиакр? — Середа озадаченно нахмурился. — Это что за зверь такой?
Оу, фиакр — это как кэб в Лондон. — среагировал Шарль. — такой экипаж для шеваль… как это по рюсский…
— Лошадь. — подсказала «Юлька». — а ты, Середа, неужели не читал Бальзака? У него там постоянно разъезжают по Парижу в фиакрах.
— Д'Иври прав. — отец улыбнулся чернявому французу. — «Орбитальный фиакр», по-нашему, «орбитальное такси», это конструктивно открытая трубчатая рама с парой ложементов, снабжённая вместо обычных маневровых двигателей баллонами со сжатым воздухом и поворотным с простейшим механическим управлением, и вовсе лишённая средств навигации и связи. Предполагается, что к этой штуковине будут пристёгивать двух человек в скафандрах и при помощи несложного гидравлического приспособления проталкивать сквозь «горизонт событий» — и никаких вам ракетных ускорителей! А на той стороне их встретят и при необходимости, помогут пришвартоваться. Сами же «фиакры» возвращать на землю не предполагается — их будут либо использовать в качестве «местного» средства передвижения, либо попросту разберут на запчасти. Дешево и сердито: в подобном варианте доставка двух человек на орбиту сводится к расходу электроэнергии на активацию «батута» и стоимости заполнения пары баллонов со сжатым воздухом, ведь все остальные материалы и узлы идут в дело повторно!
 
Юрка-Кащей дёрнул руку вверх.
— А почему нет средств связи?
— Незачем. На том удалении от орбитальной станции, на каком их предполагается использовать — это не далее полутора-двух десятков километров — вполне достаточно раций скафандров. Плюс, разумеется, проблесковые маячки, чтобы облегчить визуальное обнаружение. Как мигалки на милицейских машинах, знаете?
Слушатели закивали, не прекращая перешёптываться. Новинка явно произвела на всех впечатление.
— Между прочим… — заметил отец, — французы намерены опробовать свои «орбитальные фиакры» прежде всего здесь, у нас, на малоразмерном комплексе «батута» — разумеется, когда он будет сдан в эксплуатацию.
— Можно?
На этот раз поднялась рука Середы, и он заговорил, не дожидаясь разрешения.
— Так можно и в одном скафандре на орбиту слетать, без всяких дополнительных устройств. Жаль только, возвратных «батутов» пока нет, тогда полёт в космос стал бы ненамного сложнее похода за хлебом и кефиром в магазин! Гардероб несколько иной, и всё…
В аудитории засмеялись, видимо представив себе Витьку, облачённого в скафандр «Кондор-ОМ» у кассы в гастрономе.
— Тогда уж можно и без скафандра! — сказала Лида-«Юлька». — Установить малый «батут», метра три в диаметре, внутри станции — и гуляй туда-сюда-обратно пешком!
Я сдержал усмешку — уж очень нарисованная картина напоминала «Звёздные врата» из популярного в начале нулевых фантастического сериала. А что, может и сбудется однажды? Если принцип ясен — остальное уже вопросы технической реализации…
— Над возвратными батутами в атмосфере Земли этим сейчас плотно работают, и у нас и в НАСА. — отец словно угадал мои мысли. — Там есть некоторые сложности, связанные с настройкой на координаты приёмного «батута», находящегося глубоко в гравитационном колодце планеты — но ничего непреодолимого нет. Так что, Юля… прости, Лида… — он улыбнулся девочке, которая после его оговорки привычно зарделась, — вполне возможно, мы когда-нибудь и сможем отравиться на орбиту без космических кораблей, орбитальных самолётов, лихтеров или «фиакров» — а всего лишь сделав один шаг сквозь «горизонт событий»!
 V 
Поздний вечер. Мы, восемь человек — наша артековская четвёрка, Андрюха Поляков, Оленька Молодых и ещё один парень, Пётр, с которым мы больше других сблизились в Дворцовской «школе космонавтики», сидим в номере общежития, где на пару обитают Середа с Кащеем. На столе стаканы с чаем и наполовину съеденный торт — мой любимый, «Ленинградский, его я привёз из Москвы в качестве презента. Стаканов девять — перед самым отбоем к нам на огонёк заглянул Дима Ветров, съел кусок торта, а когда прозвучал сигнал ко сну — встал, потянулся и распрощался, многозначительно постучав, перед тем, как переступить порог комнаты, пальцем по стеклу наручных часов. Но к чести нашего бывшего вожатого и нынешнего куратора группы «3-А» — больше он нас не беспокоил, закрыв глаза на злостное нарушение режима.
 …В созвездьи Альфа Льва хорошая погода,
 Метеоритный ветер бьёт в корму.
 На шхуне "Вырви глаз" Джон — Белая Ворона
 И Чарли — Одноглазый Какаду.
 Ребята хоть куда, хорошие ребята,
 Им не страшны ни пять, ни даже восемь «жэ».