Книга пяти колец

— Меня пичкали эликсирами, травами с тех пор, как меня зовут Ву Ян, — вот и скажите мне, что я соврал. Может, этот бородатый старик еще и ложь чувствует, кто его знает? Лучше не рисковать и говорить правду, но в правильной формулировке. — Уважаемый, прошу прощения за этот вопрос, но скажите, что значат слова Жуженя про худородного?
— Мастер Ву, — старик замялся на секунду и, пожевав губу, продолжил:
— Так получилось, что мать моего племянника из бронзовой ветви семьи, в отличие от золота Жуженя. И то, что доставалось тысячнику лишь потому, что он внук шестого главы клана, Ганду приходилось выгрызать зубами. Именно поэтому он такой зубастый малый, — лекарь улыбнулся тепло улыбнулся. — Стать в неполные двадцать пять мастером кольца воды — это мало кому доступно, даже в клане, — видно было, он очень гордился своим племянником, вот только еще бы разобраться с этими мастерами колец силы, кто это и что это. В голове всплыли слова деда, что тот в восемнадцать стал мастером кольца воздуха, а это гениальный уровень. — И клан принял его в серебряную ветвь. А теперь благодаря вам у него есть шансы возвыситься и возможно даже со временем стать чемпионом клана. Губернатор Хван никогда не забывает тех, кто ему помог, — он внимательно посмотрел на меня и едва слышно продолжил:
— Как и Кровавый вихрь помнит всех, кто пытался ему навредить. Простите, юный господин, я был не в себе, когда позволил такие слова. — он склонился в глубоком поклоне, а через секунду распрямился ожидая моего ответа.
— Уважаемый лекарь понял, что я проснулся раньше, чем положено? — глаза в глаза, голову чуть ниже, это добавит агрессии, ведь именно ее от меня сейчас ожидают.
— Да, юный мастер — старик кивнул. — Я приму на себя весь гнев вашей семьи. Пусть гнев вашего почтенного дедушки не коснется Ганда, он тут не причем.
— Было и было, но помните, кто дал вам шанс, — что я несу? Мне как воздух нужна информация. Нужно знать, что тут происходит. Такое ощущение, что я попал в самый разгар борьбы за власть на острове. Осталось понять, выбрал я правильную сторону или нет. Хотя какая разница, выбора у меня нет. Кровь отвечает за кровь.
— Спасибо, юный господин, — лекарь снова поклонился мне. — Если позволите, совет старика: берегите спину даже в эту ночь. Жужень не прощает обид, а верных ему и желающих выслужиться перед золотой ветвью клана хватает и среди бойцов, отобранных Гандом. Без вашего свидетельства вся ситуация будет лишь небольшой семейной размолвкой. Боюсь, что даже гнев губернатора и вашего дедушки может оказаться недостаточной защитой.
— Примите мою благодарность за столь ценный и своевременный совет, — охренеть! Да что тут за вертеп? Я как-то резко пожалел, что не надел доспех, как мне советовали.
 
    
Глава девятая. Ночной бой
По моим ощущениям было около четырех утра, когда мы подошли к городу, собачье время, самое холодное и мерзкое. Ворота уже были открыты — разведчики ели свой рис явно не зря. Начальник стражи поприветствовал сотника и сбивчиво начал доклад:
— Господин, в городе бои. Множество мародеров, не скрываясь, грабят, не веря в то, что Громовая жемчужина выстоит. Красные шарфы отступили от внутренних стен портового квартала и разрушили за собой проходы, выиграв вам время. Как говорят, мастер Киу ранен, но продолжает командовать. Господин Бэй повел ополченцев на помощь красным шарфам, но столкнулся с кровавыми колдунами и бездушными. Ему приходится прорываться с боем через каждую улицу.
— Еще и колдуны-махо подняли голову. Значит, мы не зря тут, — он сплюнул себе под ноги, развернулся к своим бойцам и скомандовал:
— Идем на соединение с ополчением, а потом утопим пауков в море. Да смоет наших врагов волна!
Словно единый живой организм, солдаты двигались вперед, разбившись на три отряда. Сотник явно не собирался ни с кем церемониться и зачищал все на своем пути. Небольшая банда мародеров попыталась защитить награбленное, но один взмах меча и арбалетные болты смели оборванцев, которых тут же добила пехота. Несколько мгновений на перезарядку, и мы двинулись дальше. Никакого риска, никаких лишних движений. Я, как и остальные некомбатанты, двигался в центре строя, Ганд не хотел лишний раз рисковать.
Мы успели пройти почти весь торговый квартал, не встречая сопротивления, когда услышали звуки отдаленного боя. Сотник проревел приказ, и мы как один перешли на легкий бег, не разрывая строя.
Звуки сражения были все ближе, в лунном свете все чаще сверкали ярко-красные вспышки.
— Колдуны махо! — в голосе лекаря звучала неприкрытая ненависть. — Сколько же у них с собой кровавых рабов, если они так разбрасываются заклинаниями!
— Солдаты! — рев сотника перекрывал отдаленные звуки сражения. — Не щадить никого! Арбалетчики, выбейте колдунов!
На небольшой площади шел отчаянный бой. Толпа каких то оборванцев, вооруженных чем попало — от кухонных ножей до палок и камней — пыталась уничтожить ополченцев, не считаясь с потерями. Обороняющихся было куда меньше, но они сражались в плотном строю, собирая кровавую жатву с нищих, лезущих на них словно зомби. На другой стороне несколько человек светились кровавым светом и творили какую-то лютую дичь. Оборванцы стояли возле них на коленях, раскачиваясь, словно в такт какой-то музыке, которую мы не слышим, колдуны проходили мимо них и делали надрезы на плечах. С каждой каплей пролитой крови свет вокруг них становился все более багровым. Чем больше крови лилось, тем яростнее толпа бросалась на ополченцев.
— Залп! — три сотни арбалетных болтов взметнулись, как туча. Беловолосый колдун, стоящий ближе всех к нам, вместо очередного разреза на плече резанул оборванца по горлу кривым клинком. Фонтан крови забрызгал окружающих, но те все так же продолжали качаться на месте. Я уже ожидал, что стрелы выкосят всех, но с диким воплем колдун взмахнул руками и кровавые брызги превратились в тонкую пленку магического щита, об который бессильно бились арбалетные болты.
— Вперед! — со взмахом меча скомандовал командир и сам рванулся в бой.
Солдаты, не разрывая строй, ускорили шаг. Удар, и первые бродяги начали корчиться, нанизанные на копья. Самое страшное, что те совершенно игнорировали Скатов, стараясь всеми силами добраться до ополченцев.
— Да смоет наших врагов волна! — с этим кличем Ганд врубился в центр толпы, круша врагов. Глядя на него, я понял, какой же я слабак, каждый его удар отрубал руки, прорубал тела, словно те были из соломы, а не из плоти и крови.
Он рвался вперед — к кровавым колдунам, а нам оставалось лишь быть безмолвными статистами, наблюдая, как сражается настоящий мастер. Не увидев своими глазами, никогда бы не поверил. Каждое движение несло с собой смерть, каждый шаг вел его к цели.
Беловолосый, обернувшись, что-то крикнул собратьям, а сам сотворил нечто невообразимое. Кровь вокруг него поднялась в воздух, игнорируя гравитацию. Сотник, похоже, что-то знал, поэтому несся к колдунам, как выпущенная из лука стрела, сметая все на своем пути. Колдун издал вопль, и безумцы пытались любой ценой остановить сотника.