Корона из жемчуга и кораллов

– Не переживайте, миледи, – произнесла Эбб, взяв меня за другую руку. – Никто не причинит вам вреда. – Она приняла мою скорбь за тревогу. Небольшой отряд стражников выехал нам навстречу, и двое пеших мужчин вели четырех черных лошадей, таких больших, что по сравнению с ними их конюхи казались карликами.
Как только всадники приблизились, я заметила, что молодой человек впереди был одет в металлические доспехи, мерцающие в свете гаснувшего солнца. Одной рукой он держал поводья, а другая покоилась на рукояти его меча. Его лошадь была серебристо-серой с белой гривой, которая ниспадала на мускулистую грудь. Когда молодой человек остановился и спешился, стражники поклонились, а Эбб присела в глубоком реверансе.
Я неуверенно склонилась рядом с ней, опустив глаза в знак уважения. Но кому мы кланялись? Уж точно не принцу. Я не могла себе представить, чтобы Эбб позволила мне встретиться с ним в таком виде.
Мое сердце бешено заколотилось в груди, когда молодой человек потянулся к моей руке. Я даже не знала, как его называть. Принц? Его Королевское Высочество? Хотя мы провели в поездке вместе уже пять дней, Эбб совершенно не подготовила меня к этой первой встрече.
Но когда я посмотрела вверх и встретила взгляд лазурных глаз, то поняла, что уже видела эти глаза раньше. А губы, коснувшиеся тыльной стороны моей ладони, были слишком знакомыми, хотя его рот был сжат в мрачную линию, совсем не похожую на веселую улыбку, которую я видела в Варинии.
Пристальный взгляд Талина удерживал мой в течение десяти ударов сердца, которые показались мне одновременно и вечностью, и мгновением.
– Добро пожаловать в Иларию, миледи. Полагаю, что мы уже встречались.
 
12

На какое-то мгновение мне показалось, что я потеряю сознание, как это сделала Зейди, когда губернатор Кристос объявил о моей помолвке. Талин сказал нам, что он посланник, – тогда почему же все ему поклонились? И, ради всего святого, Талос, знал ли он на самом деле, кем являюсь я?
– Талин, – вымолвила я, и все вокруг ахнули. – Прошу прощения. Сэр Талин?
– Это принц Талин, – пролепетала стоящая рядом со мной Эбб, и я взглянула на нее, выпучив глаза.
О господи, неужели моим женихом был Талин? Неужели он прибыл к нам под видом посланника, просто чтобы лично увидеть свою будущую невесту? Был ли осведомлен об этом губернатор Кристос? А мама? Нет, этого просто не может быть. Да она бы с ума сошла, если бы знала, что находится в присутствии королевской особы.
Затем в моей памяти всплыли обстоятельства нашей первой встречи, и я покраснела так сильно, что, без сомнения, он бы смог без труда прочитать мои мысли.
– Я второй сын короля Ксайруса, – просветил меня он. – Принц Сирен, мой старший брат, ожидает вас в Новом Замке.
Я должна была почувствовать облегчение, но вместо этого меня охватило странное чувство разочарования. Я поняла, что пристально на него смотрела, и снова опустила взгляд. Даже если он и знал, кто я на самом деле, то не подавал виду, однако это совсем не означало, что в конечном счете он этого не сделает. Предполагалось, что Талин должен быть посланником, которого я больше никогда не увижу, а не братом моего будущего мужа.
Я даже не заметила, что он держал меня за руку, пока он не отпустил ее, и вместе с этим исчезло и тепло его прикосновения. Он повернулся к Оморесу.
– Пожалуйста, доставьте во дворец нашу будущую королеву. Она явно потрясена и истощена после своего путешествия.
Я снова присела в реверансе, не смея взглянуть на него, и последовала за Эбб в карету.
– Я не понимаю, – пробормотала я, садясь.
– Прошу простить меня, – сказала Эбб. – Мне следовало объяснить вам все. Это целиком и полностью моя вина.
– Все в порядке, Эбб. Но, прошу, не могли бы вы мне разъяснить это сейчас?
– Принц Талин приходится принцу Сирену сводным братом и командующим королевской гвардией. Он проживает здесь, в Старом Замке. Его мать отправили сюда из Варинии, как и вас.
Последняя варинийская невеста была мамой Талина?
– А наследный принц?
– Был рожден иларианской королевой, миледи. Принц Сирен расскажет вам обо всем, как только мы прибудем. Я обещаю.
Я откинулась на подушки, а в голове роились вопросы, оставленные без ответа. Что случилось с мамой Сирена, раз Талина родила другая женщина? Была ли мать Талина любовницей короля? Эта мысль приводила в ужас. Все это время мы отправляли в Иларию наших женщин, совсем не подозревая о том, что потом с ними происходило на самом деле. О чем только думали наши старейшины?
За последние несколько дней я была настолько измотана усталостью и дурнотой, что мне было не до душевных терзаний. Но сейчас больше всего на свете я бы хотела вернуться в наш с Зейди дом, напевать песни с выдуманными на ходу словами, из-за чего мама покидала дом с раздраженным бормотанием.
Вместе с сестрой я могла бы справиться со всеми невзгодами, и пошла бы ради нее на все, но сейчас я не чувствовала в себе мужества. Я была слабой, измученной и очень, очень испуганной.
Наконец, когда растущая луна была уже высоко в небе, мы остановились. Я выбралась из кареты лицом на запад, навстречу дому. А затем обернулась.
Я очутилась перед стеной тьмы, которая была гораздо темнее самого неба, усыпанного звездами. Я посмотрела вверх, и выше, и еще выше, пока моя шея не вытянулась настолько, что почти касалась позвоночника. В конце концов я снова увидела небо. На что же, во имя Талоса, я смотрела?
Эбб взяла меня за руку и повела вперед.
– Добро пожаловать в Новый Замок.
Я отшатнулась назад на шаг.
– Что? – спросила я голосом едва ли громче шепота.
Капитан Оморес появился по другую сторону и взял меня под вторую руку.
– Мы оставим лошадей здесь, миледи. К сожалению, нам придется взобраться на вершину горы Айрис пешком. Если вы слишком устали, мы можем подождать до восхода солнца. В нижней части замка есть трактир. Я бы мог отправить весточку королю.
– Нет, – произнесла я, не желая больше откладывать это на потом. – Я буду взбираться. С удовольствием разомну ноги после столь длительной поездки.
Откуда-то возникли несколько мужчин в иларийскихиларийских ливреях и увели лошадей. Другие передали факелы окружавшим меня стражникам. Теперь мне стало видно лучше, и все начало обретать смысл. Горой оказался дворец. Или дворец оказался горой. Когда-то Сэми описал гору как гигантские волны, сделанные из камня, но я не наблюдала сейчас ничего, что напоминало бы мне океан. Когда мой разум адаптировался к тому, что я видела, я заметила узкие щели на отвесном склоне горы. Окна. За некоторыми из них горел слабый свет. Прямо в самом камне были высечены ступени, по которым мы начали подниматься по очереди, друг за другом. Кто-то прикрепил канат к утесу гигантскими металлическими штырями, и я использовала этот канат, чтобы подтягиваться, когда мышцы на ногах начали гореть. Я всегда считала себя сильной, но сейчас с трудом переводила дыхание, моя грудь тяжело вздымалась под корсетом, когда я изо всех сил пыталась наполнить легкие воздухом. Мне хотелось разорвать платье и сбросить эти дурацкие туфли со склона горы, но у меня на это просто не было сил. Эбб так же тяжело дышала, но не жаловалась.