Иллюзия бога

Вероятно, еще более неприятный из-за чудовищной раны на животе.
Замах левши.
Замах новичка, вероятно, по чистой случайности задевшего брюшную аорту.
Не тот удар, которого ожидаешь от крупного и мускулистого Тесея. А вот Ариадна… Темная лошадка. Она вполне могла. Среднего роста, но достаточно подвижная и худощавая, чтобы ударить под таким углом. И, разумеется, левша. Он бросил на нее взгляд. Ну конечно: снова скрещенные руки, снова левая сверху. Это не могло быть простым совпадением. Просимн не верил ей ни на полсловечка.
Она склонила голову набок, в ее лице появилось какое-то новое выражение. Вызов?
– Вы меня не арестуете, господин полицейский.
Он вздрогнул. Неясные образы из вчерашнего сна заплясали в черепной коробке. Он уже слышал эти слова.
== Прошлая ночь ==
Вчера ночью Просимн только успел отложить заполненный отчет, как дверь со зловещим скрипом приоткрылась, и на пороге появился тот-самый-паршивец. Взъерошенный, руки в карманах, очередная вырвиглазная рубашка и фиолетовый костюм.
– Тебя мать стучаться не учила?
Вместо ответа Дионис одним прыжком преодолел разделяющее их пространство, резко схватил ближайший стул, уселся на него задом наперед, положив локти на спинку. Не спеша, с видом гурмана, взял кружку из ослабевших пальцев Просимна, глотнул чай и тут же выплюнул его обратно.
– Что это за мерзость?
Просимн опешил от такой наглости. Этот мальчишка и раньше позволял себе лишнего, но не до такой же степени! Всему есть предел. Дионис, не дождавшись ответа, взмахнул рукой и придвинул кружку обратно. На дне оказалась пурпурная жидкость, фиолетово-черная в глубине. «Как он это сделал? Фляжка в рукаве, что ли? Фокусник ебучий».
– Знаете, из какого это виноградника?
Просимн помотал головой. Для него в мире существовало два сорта вина: по акции и не по акции. Обоим он предпочитал виски.
– Попробуйте.
Он помедлил, все еще раздумывая, согнать ли со стула этого раскованно ухмыляющегося мальчишку. Вообще-то, без вести пропавшего мальчишку, напомнил себе Просимн. Туда ему и дорога. Обычный конец для таких разгильдяев.
– Не бойтесь, плохого не налью.
Ладно, возможно, он был иногда несправедлив к Дионису. У парня явно на чердаке посвистывало, но в остальном…
– Я не боюсь, – фыркнул Просимн, чувствуя себя так, будто сделал шаг в ловушку.
– Даже во сне сидите на работе? Хреново быть вами. Вы что, в отчаянии? Это неплохо. Отчаяние меня возбуждает. Как, впрочем, любая сильная эмоция.
Просимн огляделся.
«Так я сплю», – осознал он. Наверное, мысли отразились у него на лице, потому что Дионис беззлобно улыбнулся:
– Конечно, спите. Меня здесь нет.
Еще шаг в ловушку.
– А ты-то какого хрена забыл в моем сне?
– Не очень-то мне и хочется здесь быть. Не обижайтесь, господин полицейский, но фантазии у вас ноль, и сны ваши довольно скучные. Я сейчас мог бы явиться девушке своей мечты, а вместо этого сижу в вашем затхлом кабинете, проявите же хоть чуточку уважения!
– Так топай к своей дамочке и не мешай мне дрыхнуть.
– Не могу. – Он покачал головой, прикрыл блестящие голубые глаза, будто прислушиваясь к чему-то.
На секунду Просимн забыл о том, что это всего лишь сон:
– Ты же вроде пропал. Где ты сейчас? С кем?
– Ведете себя как ревнивый бойфренд.
Ловушка захлопнулась у него за спиной.
– Я веду себя как коп. Говори.
– Туда, где я нахожусь, вам все равно дорога закрыта. Пока что. Вообще-то к вам скоро придут гости. Постарайтесь встретить их поласковее, вы им нужны. – Он резко вскочил на ноги, пинком отправил стул в угол, и над ним включился давно сломанный проектор, направивший на облупленную стену изображение симпатичной девушки.
– Она, – объявил Дионис таким тоном, будто это все объясняло. И для наглядности постучал девушку по носу невесть откуда взявшейся указкой. В эту секунду Дионис был очарователен: сосредоточенный, восхищенный взгляд, голос, похожий на приходящую волну, скудный свет проектора подсвечивал его кожу.
Просимн проморгался, прогоняя это странное наваждение.
– Что «она»?
– Придет к вам на днях. Попросит о помощи.
– Я чуть не упрятал ее за решетку, с чего бы ей приходить?
– И все же вы – единственный знакомый ей служитель закона. Конечно, вы можете взбрыкнуть, но она достаточно смелая, чтобы рискнуть. А вы ей поможете.
– И не подумаю. Давай, выметайся из моего сна со своими глупыми идеями, пока я не надел на тебя наручники.
– Вы меня не арестуете, господин полицейский. – Каким-то чудом он уже стоял за спиной Просимна и говорил довольным шепотом, наклоняясь все ближе к его уху. – Забудьте уже о своей работе.
– Это будет сложно, – пробормотал Просимн, чувствуя, как по венам против воли растекается восторг и полная удовлетворенность жизнью.
– Это же не реальность. Тут можно безнаказанно делать что угодно, все, что вы не можете позволить себе в скучном существовании. Радоваться, нести хаос, совершать кровавые убийства, пьянствовать, танцевать до упаду…
– Трахаться, – вставил он с нарочитой грубостью.
Там, во сне, он был смелее. Дионису, кажется, очень понравилось услышанное.
– Трахаться тоже можно. Не возражаю. Хотя в реальности этим заниматься все-таки сподручнее. Хоть вы и выглядите как страстный поклонник миссионерской позы и выключенного света, уверен, даже вы не безнадежны.
Просимн сглотнул.
– Ну и долбоеб же ты.
– Значит, нам обоим есть над чем поработать.
Он ненавидел вседозволенность этого засранца. Но и восхищался ей. Поклонялся ей. Хотел заполучить, обладать.
– Я не буду рвать жопу ради твоей девчонки. – Кровь отчего-то оглушительно стучала в ушах. – Хватит и того, что я помогал тебе найти труп Семелы.
Дионис только усмехнулся:
– Но в итоге ведь не нашел. Так что твоя жопа мне еще пригодится.
– Еще что-нибудь, ваше величество? – Он согнулся в издевательском полупоклоне.
– На этом все. Давай! Иди, исполняй мою волю.
Просимн резко проснулся, посмотрел на деревья за окном и весеннее солнце. С ненавистью треснул о тумбочку надрывающийся будильник, надел тапочки и, шаркая, побрел в ванную. Может, взять сегодня отгул? Он посмотрелся в зеркало. Тусклая бледность покрывала его лицо так, будто он не спал ни секунды.
== Утро ==
– Вы меня не арестуете, – повторила девчонка. – Вы вовсе не хотите, чтобы Двенадцать обеспокоились моим исчезновением. Мы под особым покровительством деканата. Вы в курсе?