Иллюзия бога
– Она только вернулась, – шепнула Гестия, подтолкнув Ари локтем. – Не по расписанию! Можешь себе представить?
Добавляя в кофе молоко, Ари сообщила, что нет, не может представить и что Гестия, наверное, что-то путает. Афина и не по расписанию? Немыслимо. Невозможно. Не в этой жизни. Должно быть, у нее завелся двойник, а саму Афину украли инопланетяне, чтобы ставить эксперименты на ее безупречных мозгах.
– Может, она тоже была на вечеринке?
Сама Ари вчера только из вежливости заглянула на второй этаж, потолкалась там полчаса и ушла, сославшись на головную боль.
Гестия смерила ее странным взглядом, до ужаса напоминающим мамин.
– Поешь что-нибудь, Ари. А то соображать не будешь.
– Я и так не соображаю. – Она снова отхлебнула горячий кофе.
– Афина, скажи ей!
– Все, все, сдаюсь. – Ари подняла ложку в знак поражения. Она часто вспоминала про необходимость правильного питания, пару раз даже пыталась сесть на диету, но каждый раз, как назло, Гестия совала свои фирменные пирожки и смотрела на нее так, будто Ари по меньшей мере утопила в реке котенка. «Ты и так худенькая, зачем тебе это?» Но в последнее время Ари и без диеты все реже вспоминала про еду.
Афина кивнула им с видом человека, пережившего важнейшую битву в своей жизни.
– Утречко.
– У кого-то была интересная ночь, – подмигнула Гестия и потянулась к своему подносу. – Поверить не могу! Сегодня у них нет пудинга. Я бы убила за хороший пудинг.
– И за миленький торшер, – сказала Ари. – И за красивенькую фигурную свечу. И за…
– Хватит смеяться! Подумаешь, вчера закупилась немножко.
– «Немножко»? – Афина вскинула бровь. – Прихожу, а у меня весь стол в каких-то безделушках. Неужели так сложно складировать их хотя бы на твоем любимом диване? Признайся уже, что ты зарезала торговца сувенирами, сбросила его труп в реку и вынесла половину магазина.
Гестия мягко улыбнулась:
– Тогда бы я вынесла весь магазин.
– И его призрак преследовал бы тебя до скончания времен.
– Ари, ты у нас специалистка по призракам. Скажи, рядом со мной стоит пузатый дядька с лысиной, двойным подбородком и мешком ароматизированных свечей?
Ари закатила глаза и принялась делать пассы руками, подражая экстрасенсам из телика.
– Вижу, вижу… Мрак расступается… Сгусток энергии приближается… Я слышу его голос… Белая фигура за твоим плечом…
Афина фыркнула:
– Детский сад.
– Ее руки в крови… Я слышу ее голос! Я почти могу разобрать слова. Она говорит… «Зачем ты убила меня?» – Ари душераздирающе вскрикнула, и Гестия вздрогнула, едва не роняя вилку. Ее грудь часто-часто вздымалась и опускалась.
– Извини. – Ари быстро придвинулась обратно. – Я глупо пошутила.
– Все в порядке. – Гестия вымученно улыбнулась и уткнулась в тарелку.
В наступившей тишине Ари отчетливо услышала свистящий шепот:
– И вот я узнаю, что Ариадна ходила в полицию. Докладывала там про меня. То есть вообще не подумала ни о ком, кроме себя, можете себе представить? Кто вообще знает, почему она так стелется перед копами…
Поймав ее взгляд, Дита за соседним столиком демонстративно отвернулась, продолжая что-то нашептывать одногруппникам. Она выглядела довольной произведенным эффектом. Ари приоткрыла рот от возмущения. Дита распускала о ней сплетни!
– Не обращай внимания. – Гестия продолжала буравить взглядом тарелку. – Чувства к Аресу затуманили ей остатки мозгов. Просто забудь об этом.
– Лучше попробуй объяснить, почему так поступила, – сказала Афина. – У Диты полно обожателей, если тебя возненавидит весь универ, это только прибавит тебе стресса.
Как бы Ари ни хотелось показать Дите средний палец и наплевать на сплетни, Афина была права. Перешептывания за спиной становились все громче.
– Я поговорю с ней, – выпалила Ари, схватив свой поднос так резко, что едва не выбила из рук Гестии стакан с соком.
И вышла из столовой, провожаемая осуждающими взглядами подруг Диты.
Всю пару по истории древнего мира Ари думала над текстом сообщения. В итоге набрала:
Привет
Я хотела поговорить
Можно к вам зайти?
Ответ пришел через пару минут, и Ари нажала на уведомление так быстро, будто от этого зависела ее жизнь.
можно
давай после пяти
только захвати печенье:)
«И дурацкий смайлик в конце. Опозорила меня за завтраком, а теперь улыбается, она совсем дура или прикидывается?»
В назначенное время она пришла ко второму корпусу и постучала. Дверь открыли сразу же.
– У нас тут девичник на двоих, присоединяйся.
– На двоих?
Воспользовавшись ее замешательством, Дита выхватила у нее пачку печенья.
– Не за что, – проворчала Ари, сбрасывая ботинки у входа. – Я стащила их у Гестии.
– И не дождалась, пока она красиво выложит их на праздничную салфеточку? Да она же задушит тебя подушкой во сне. Лучше не попадайся ей на глаза пару дней.
В комнате пахло приторно и сладко. Гера, растянувшаяся на пушистом рыжем ковре в обнимку с кальяном, махнула ей рукой.
– Привет! – воскликнула она так, будто Ари была долгожданной гостьей на вечеринке.
Только этого не хватало. С Герой они тоже расстались на не самой дружеской ноте: Ари вспомнила их встречу у бара и то, как она намекнула, что в изменах Зевса глупо винить только его девушек. Зная вспыльчивость Геры, можно было заранее готовиться к скандалу, но сейчас, в клубах дыма, лицо девушки казалось вполне миролюбивым и расслабленным.
– Видишь там тумбочку? – Она приподнялась на локтях. – Ага, у кровати. Возьми себе бутылочку и мне заодно захвати.
– Кажется, на вашем девичнике просто не хватало официанта, – пробормотала Ари.
Окна были завешены плотными темными полотнами так, что закатное солнце почти не просачивалось. Над кроватью висели рождественская гирлянда и пейзаж, написанный масляными красками. Ари открыла ящик, стараясь случайно не столкнуть вазу с ароматными цветами и красовавшиеся на тумбочке четыре статуэтки: минималистичный женский силуэт, красно-черный глаз, райская птица и золотой бескрылый дракон.
– Ты злишься на меня за утреннее происшествие? – как бы между делом спросила Дита.
Тихо бормотал включенный винтажный телевизор, и Ари узнала запись популярного спектакля. Пару раз Дионис предпринимал слабые попытки приучить ее к кинематографу и театру: «Смотри, смотри! Это Inferno от Кастеллуччи, очень интересно…» Спустя десять минут Ари съедала весь попкорн и начинала зевать.