Головная боль наследника клана Ясудо

— Здравствуй, дорогой. Вижу, ты немножко соскучился?
И вот как у них это получается? Засмеявшись и произнеся пару фраз, загнать взрослого мужика в пубертатную юность? Нет, мне известно, что одной из врожденных способностей кицунэ является обольщение, но я-то тоже не мальчик и понимаю, что она на меня как-то воздействует. Или нет? Или я настолько её хочу? «Блин! Нужно что-то решать с воздержанием», — хмыкнул про себя я, а вслух произнёс:
— Здравствуй, госпожа! Ты просила позвать, когда мы будем находиться возле входа в гробницу.
— Да! — лисица кивнула и, обернувшись, посмотрела на разрисованную иероглифами плиту.
Изучала она её примерно с минуту, затем подошла вплотную, сделала круговое движение руками и, посмотрев на Нори, коротко пояснила: — «Вечность» — иероглифы эй и эн [9]. Сначала ты должен коснуться эй и мгновение спустя эн.
Все так просто? Выходит, что да… Однако, при этих словах богини на лице князя мелькнуло сомнение. Он низко поклонился, затем кивнул на плиту и произнёс:
— Благодарю вас, госпожа, только это слово уже пытались использовать, и…
— Ты, надеюсь, помнишь, кто создал эту дверь? — не дав ему договорить, вкрадчиво поинтересовалась лисица. — Или ты считаешь, что тот, кто использовал на стене это слово, был равен богине по силе?
— Но… — Нори смутился и виновато вздохнул. — Но что же нам тогда делать?
— Две пурпурные жемчужины. Положишь их в ячейки с иероглифами и тогда уже прикоснешься, — небрежно пояснила кицунэ и перевела взгляд на меня: — Таро, нам нужно поговорить. Недолго. Они подождут тебя здесь.
В следующий миг богиня смазанным движением перенеслась ко мне, взяла за руку и… иероглифы на стене вспыхнули ярко-зелёным колдовским светом.
Черт! Когда-нибудь я к такому привыкну. В лицо дохнуло старой могилой, желудок возмущённо дернулся к горлу, на руках повисла знакомая тяжесть. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в каменной комнате без дверей. На месте плит — голые стены, и ни одного тебе иероглифа.
— Все в порядке? — глядя на меня, встревоженно поинтересовалась лисица. — Ты уже здесь?
— Да, — кивнул я, стараясь дышать через раз. — Что-то случилось?
Хона выглядела так же, как и в нашу первую встречу: кожаные с узором штаны, полусапожки, светлая приталенная рубаха. Зеленые глаза, припухлые губы, копна рыжих волос… Сейчас лисица была предельно серьёзна. В глазах девушки плескалась тревога.
— Случилось… — Хона вздохнула и покивала. — Сущее наконец-то приняло меня, и я тут же почувствовала, что понятный мир скоро изменится. Граничные камни ослабли, Сэт уже практически договорился с Кимоном, и вторжение скоро начнется. Полагаю, что первой целью асуры выберут Синий лес, ведь только мы — родившиеся там, способны драться с ними на равных.
— И? — поморщился я. — Мне-то, что с этим знанием делать?
— Обломок Клыка Рюдзина, — тут же пояснила лисица. — Ты должен найти его как можно быстрее и отнести в лес. Без этого артефакта Аокигахару не отстоять…
Ну да… А еще с помощью этого обломка Хона перестанет быть тенью. Интересно, лисица специально сгущает краски, пытаясь меня поторопить, или ей и впрямь небезразлична судьба соплеменников? Как бы то ни было, надолго задержаться в Ки у меня не получится. Закончим все дела, и нужно отсюда валить…
— «Как можно быстрее» — это как? — приподняв бровь, уточнил я у девушки. — Сколько это по времени?
— Полгода… Может быть, год, — пожала плечами богиня. — Я не знаю, когда начнется вторжение.
— Хорошо, — кивнул я. — Полгода — так полгода. Думаю, я успею за это время управиться. Только вот еще один вопрос…
— Что? — видя, что я замешкался, Хона нахмурилась и, подойдя ближе, снизу вверх заглянула в глаза. — Говори, что хотел!
— Думаю, нам стоит заключить контракт, — немного смутившись, произнес я. — Мне нужно верить тебе, понимаешь? Слишком высоки ставки…
Нет, я не сомневался, что сейчас Хона на моей стороне, но что будет, когда она получит желаемое? Я и обычных-то женщин не понимаю, а тут тысячелетняя кицунэ, от одного только вида которой можно легко потерять разум. А когда она начинает смеяться… Я очень хорошо помню слова Хозяйки Мрачного леса, и Хоне тоже ничто не помешает меня использовать. Получит тело и свалит куда подальше, и где ее потом искать?
— Это тануки тебя научил? — услышав мое предложение, холодно поинтересовалась лисица. Отстранившись, Хона отступила на пару шагов, смерила меня взглядом и усмехнулась. — Хорошо! И что же я должна буду для тебя сделать?
— Отдать мне часть филактерии Нактиса, — глядя в глаза богине, спокойно пояснил я. — Только это… Все остальное по желанию. Я не собираюсь ни к чему тебя принуждать.
Лисица, очевидно, не ожидала такого ответа. Сообразив, наконец, что в моем пожелании не было ничего про сексуальное рабство, она озадаченно хмыкнула и, мгновение поколебавшись, торжественно произнесла:
— Я — Хона, дочь Орики и Шата Ступающего по Воде, заключая контракт с Самураем Луны, призываю в свидетели листву Синего дерева…
Пока она говорила, я стоял и думал о том, что мне и самому придется много еще в чем разобраться. Все эти деревья, клятвы, асуры и мое прошлое… В том последнем видении рядом со мной была Ата, и не нужно быть особо одаренным, чтобы понять, что Мунайто с девушкой были близки. Вот интересно, мне это тоже придется как-то разруливать? В смысле, если Ата жива, и она вдруг узнает во мне любовника? Блин, тут война на носу, мир скоро исчезнет, а я все о женщинах… Хотя… когда перед тобой стоит такая красавица, ни о чем другом как-то не думается.
— … и как только обрету материальную сущность, я расскажу Самураю Луны, где лежит часть филактерии его Господина.
При последних словах фигуру богини на миг окутало синее облако, у меня по спине пробежал холодок, в лицо пахнуло мокрой травой. Закончив говорить, Хона кивнула и, подойдя, снова заглянула в глаза.
— Ты странный… И намного умнее, чем я думала поначалу… — лисица лукаво улыбнулась и, поднявшись на цыпочки, поцеловала меня в правую щеку. — Все, иди и постарайся не умереть. Там, в гробнице я помочь тебе не смогу…
Произнеся это, лисица взяла меня за руку, и комната вновь сменила свои очертания.
Черт!
С трудом устояв на ногах, я оглядел помещение, кивнул ребятам и задумчиво провел по щеке ладонью. М-да… Существует мнение, что если в момент поцелуя женщины у мужчины в штанах ничего не шевельнулось, то значит, это не его женщина. Хороший, конечно, прикол, но тогда получается, что и Мика, и Хона — это именно мои женщины. И даже Ата… Я ведь помню те чувства во сне… Ну да…Только что мне теперь с этим делать? Три женщины — это же без психиатра не разобраться! А если еще учесть, что ни одна из них не человек — там и психиатр съедет с катушек …