Алтарных дел мастер. По чужим правилам
– Там, в Мертвом городе, что-то произошло?
Потом перевел взгляд на зверька, вздохнул и неохотно рассказал о столкновении с боярином.
– Он не должен был меня одолеть! Никак. Да, парень неплохо подготовлен, освоил приемы, прошел через множество схваток, однако его скорость, сила и выносливость абсолютно недотягивали до моего уровня в первые минуты боя. А затем – резкий скачок. Он словно усилил свой организм магией, которой там не было. Это я точно знаю.
Куница внимательно слушала, не спешила перебивать и, даже после того, как он закончил, продолжала молчать.
– Что произошло с Данилой, ты можешь объяснить? – не выдержал затянувшейся паузы метаморф.
– Попробую, – наконец произнес зверек.
– Я с нетерпением жду.
– У Данилы тоже имеется источник. – Куница подобрала хвост под себя. – Он слабее меня, но сильнее любого волшебника.
– В Мертвом городе его быть не должно. Сам говорил, что не можешь там находиться.
– В нынешнем состоянии не могу, но способ все же имеется. Думаю, твой враг им воспользовался.
– Что за способ, Исд? – Метаморф редко называл бывшую тень друида по имени, несмотря на то что сам же его и придумал.
– О нем мало кто знает, что и немудрено – ведь далеко не у каждого чародея имеется собственный источник.
– У меня есть, поэтому не тяни! – повысил голос метаморф.
– Как скажешь, хозяин. Чары в теле любого волшебника можно сохранить, обработав его каналы специальной магией.
– И тебе это по силам? – засомневался колдун.
– Нам, – уточнил источник. – Объединив усилия в ритуале слияния, мы сможем укрепить твои каналы изнутри. В этом случае новая оболочка не позволит рассеивающим чарам лишить тебя магической энергии. Возможно, магии может не оказаться снаружи тела, если какая-то сила отключит волшбу, но внутри все будет работать.
– Хочешь сказать, я не смогу поразить Данилу молнией, но сумею увеличить мощь удара кулаком?
– Верно, хозяин.
– Как насчет заклятий в обычных условиях? Не получится так, что я смогу прибегать к магии только при отключении чар вокруг?
– Обычно после укрепления каналов возможности возрастают вдвое.
– Тогда почему ты раньше молчал?
– Не думал, что это может сгодиться, – ответил Исд.
– И что за ритуал? – после небольшого размышления спросил метаморф.
Многолетняя диверсионная работа приучила Яхмана к скрытности, концентрации внимания и постоянному сбору информации, где бы он ни находился. Причем не важно, какой информации: слуховой, зрительной, осязательной – все имело значение для тех задач, которые ему ставили османы или которые он себе ставил сам, стремясь скорее обрести свободу. Любая неучтенная мелочь могла стоить жизни.
Прибыв в Ельню раньше Лады, антимаг держался крайне настороженно, что не мешало играть роль рубахи-парня. Он щедро осыпал дамочек комплиментами, легко находил общий язык с незнакомцами…
Сестра сообщила, что по приезде остановится в гостинице неподалеку от западных ворот. Через них антимаг и пробрался в город, устроив на въезде небольшой переполох: у одного из возвращавшихся в Ельню патрульных внезапно разбушевался конь. Все внимание стражников было обращено на буяна, и служивые не заметили среди проезжавших в это время через ворота телег пристроившуюся лошадь. Им со стороны вообще показалось, что все лошади впряжены в повозки, и важнее было срочно успокоить боевого скакуна и помочь упавшему бойцу охраны.
Подорожная Творимира позволяла Яхману проникнуть в город и легально, но раскрывать себя не хотелось: особист предупредил, что коллеги по службе могут задержать такого специалиста. Бывший диверсант боялся опять потерять свободу и беспокоился за вновь обретенную сестру.
Добравшись до конюшни, Яхман представился путником из Крашена. За пару серебряных монет хозяева охотно пристроили лошадь на ночлег. Они рассказали, что недавно прибыли его земляки, и любезно указали, в какой гостинице те остановились – в той, где собиралась ночевать Лада.
Щедрая оплата, приветливость и дружелюбие позволили «крашенцу» снять в этой гостинице номер, не предъявляя бумаг. Яхману даже комнату дали по соседству с «земляками». Когда попросил с видом на улицу, выполнили и эту просьбу.
В Ельне антимаг представился Яковом Рубленым – воином, получившим отпуск. Если собеседники интересовались местом службы, он непринужденно напускал тумана, и те сразу понимали, что подобные вопросы лучше не задавать.
Расставшись с сестрой, Яхман свернул с лесной дороги и некоторое время издалека присматривал за Ладой, пока к ней не присоединился отряд из пяти всадников. Двоих он уже видел среди встречавших их при въезде в Дорогобуж. Бойцы представились сотрудниками особого отряда и предъявили бумагу от начальства, предписывающую охранять одинокую путницу. Удостоверившись в безопасности Лады, брат поспешил в Ельню.
Яхман оставил дорожную торбу в номере и сразу отправился в обеденный зал трактира – кладезь слухов и другой полезной информации о городе и окрестностях. За едой и бражкой путники охотно рассказывали о местах, откуда прибыли, о приключениях в пути, и сами расспрашивали о городских событиях. Здесь главным было умение слушать, а этим навыком бывший диверсант османов владел на «отлично».
Он сделал заказ и внимательно осмотрелся. Через столик сбоку сидели трое купцов, обсуждавших повышение цен на зерно, чуть поодаль два воина дружно нахваливали жареного поросенка, при этом внимательно поглядывая по сторонам.
«Не иначе – телохранители торговцев», – пришел к выводу антимаг.
Поочередно настраивая свой уникальный слух на клиентов трактира, Яхман узнал про две разбойничьи ватаги, пару дней назад что-то не поделивших меж собой на дороге к западу от Ельни, про предстоящий визит в город смоленского воеводы, про всплеск воровства на центральном рынке и еще про многое другое. Несколько раз в беседах посетителей упоминалось имя крашенского боярина. Иногда – с почтением, иногда – с завистью.
«Для начала, пожалуй, хватит, – решил наблюдатель, закончив с ужином. – Скоро и сестра должна появиться с сопровождением, которому меня лучше не видеть».
Он уже собрался уходить, но тут в зал вошли два новых посетителя: один – довольно плотного телосложения, второй – тощий, ростом немногим выше гнома. Столик они заняли самый неудобный – на выходе из кухни, мимо него постоянно проходили все подавальщики, хотя свободных мест в зале хватало.
«Странно… Кому охота, чтобы перед носом маячили разносчики? – спросил себя антимаг. – Или они специально сели ближе к запасному выходу? Опять же, оттуда видно всех, кто заходит в трактир хоть с улицы, хоть со второго этажа. Неужели Черкасский кого-то отправил по мою душу?»
Яхман настроил слух на подозрительную парочку.
– Точно видел? Они сюда вошли? – спросил крепыш.