Алтарных дел мастер. По чужим правилам
Потом вдвоем с Радимом они долго обсуждали, куда направить неожиданно свалившиеся деньги, которые Яхман передал в городскую казну. Сумма получилась внушительная, ее хватало на два месяца немалых расходов Крашена.
Закончив обсуждать дела, Радим не удержался от претензий:
– И все-таки ты не берешь меня в Московию…
– Считаешь, я поступаю неправильно? – посмотрел ему в глаза Александр.
– Гадаешь, мне от того легче? Никогда бы раньше не подумал, что от денег меня тошнить будет. Видеть их уже не могу! Надо было сразу от казначейства отказываться. Сейчас бы ездил вместе с вами, а не штаны тут протирал.
– Радим, не стоит сетовать на судьбу. Я тоже не собирался становиться боярином, а куда было деваться? Вернусь, обязательно выберемся всем скопом на природу – рыбку половить да шашлычков пожарить. Сам устал как собака. Но есть дела, которые никто, кроме меня, тебя и Лариона, не сделает.
– Да я все понимаю! Поезжайте уже скорее, чтобы быстрее вернуться. За Ладой там присматривай. И за ее братцем – мы же теперь одна большая семья.
В итоге Еремеев добрался до кушетки далеко за полночь.
Утром в дороге он перебирал в уме события вчерашнего дня. Не отпускало ощущение, что забыл нечто важное.
«Жучка, что мы вчера не сделали?» – отправил мысленный вопрос собачке.
«Ты меня ни разу не погладил», – ответила та.
«Значит, буду должен».
«Три раза должен».
«Это еще почему?»
«У меня много заслуг, а награды никакой. Собачку нужно холить. Я же хороший питомец?»
Жучка удивляла хозяина все больше и больше. Она научилась правильно излагать мысли, иногда даже пыталась шутить.
«Эдак дела пойдут, она умнее меня станет», – проскочила мысль в голове Александра.
Утром из города выехала дюжина всадников, сопровождаемая крупной собакой. Семеро входили в делегацию, которую требовалось доукомплектовать в Смоленске, еще пятеро во главе с первым помощником Буяна составляли дополнительную охрану.
Сам воевода остался в городе, чтобы закончить учебный смотр боеготовности боярской дружины и ополчения, который не стали отменять.
«Первая остановка в Смоленске, – размышлял Еремеев. – Нужно встретиться с Мургом, узнать, чем дело кончилось. Надеюсь, у него все получилось. Будет обидно, если столько стараний пойдет прахом и Тагур одержит верх. У нас ведь почти получилось стравить пореченских гномов со смоленскими».
Ночью у Лариона появилась еще одна идея развития операции под кодовым названием «Алтарных дел мастер». Разумник собирался подкинуть пореченским дезу об убитом гноме. Он опасался, что чужаки отыщут виновников и в отместку сотрут с лица земли деревню Горбыль. Идея же заключалась в том, чтобы навести их на хутор каторжан, а уничтожение хутора затем представить смоленским гномам как скорую зачистку следов преступления.
«Может, Ларион и прав, – заключил Еремеев. – Если у него получится, значит, мы не зря старались. Пусть чужаки сцепятся друг с другом, а мы постараемся организовать производство алтарей в другом месте».
У Александра крутилось в голове несколько вариантов, но для принятия окончательного решения требовалось переговорить с некоторыми людьми. Одну встречу боярин запланировал в Смоленске. Вторую… Она уже зависела от результатов первой.
Ларион доложил о допросе некоего Викентия, бывшего члена Смоленского Вече, который из-за боярина Данилы лишился своих привилегий. Подобных недовольных в столице было немало – не только сами бывшие заседатели, но и их многочисленные прихвостни, кормившиеся с доходного местечка. По словам арестованного, далеко не все из них смирились с потерями, некоторые были настроены весьма агрессивно, мечтая отомстить при малейшей возможности. Александр теперь знал несколько имен знатных людей Смоленска, спиной к которым лучше не поворачиваться.
«Недаром говорят – всем мил не будешь, – рассуждал он. – Да и не ставлю перед собой такой задачи. Но врагов, особенно притаившихся, знать надо. От таких слишком много вреда. Выжидают, гады, когда удар будет наиболее чувствителен. Ничего, и до них руки дойдут. Что я, просто так числюсь в особом отряде?»
Лошадка Лады поравнялась с конем Еремеева. Он улыбнулся сестре.
– А может, мы зря взяли с собой Яхмана? – спросила она. – У Черкасского на моего брата имелись огромные планы, и вряд ли он от них отказался.
– Не думаю, что в сложившейся ситуации Далемир пойдет на конфликт, – ответил Еремеев. – Твой брат в Смоленске получит документы. Он официально числится в составе делегации, где с нами будут еще и представители церкви.
– Но ты ведь его не ради меня взял? Я как-то раньше обходилась и без братской опеки.
– Разумеется, нет, – подтвердил Еремеев. – Скорее ради Зарины. Ежели нам придется ее вытаскивать из хорошо охраняемого места, способности твоего брата окажутся весьма востребованными.
– Думаешь, мы опоздали? – нахмурила бровки Лада.
– Надеюсь, что нет, но готовиться надо к худшему. Я и Жучку с той же целью взял, хотя со зверем не везде пройдешь.
– Да, она у тебя умнее некоторых людей будет. Все понимает, токмо говорить не может.
– Да, она умница!
Поболтав еще немного, Лада вдруг стукнула себя по лбу:
– Ой, я же собиралась сказать, что один мой брат хочет посекретничать с другим моим братом.
Еремеев кивнул и слегка придержал коня, чтобы оказаться в хвосте процессии. Поравнявшись с Яхманом, спросил:
– Хотел переговорить?
– Да, нужно кое-что обсудить. – Антимаг выдержал небольшую паузу и добавил: – Это касается моих способностей.
– Что именно?
– Хочу принести больше пользы отряду, если дело дойдет до потасовок. А для этого я должен четко понимать, когда следует выключать магию и включать ее обратно. А то у нас был случай с Ладой – заранее не договорились…
– Молодец, что сказал! – воскликнул Александр, его мысли сразу закрутились вокруг способов использования столь грозного оружия. – Ты же и амулеты своими античарами превращаешь в бесполезные побрякушки?
– Магическая защита пропадает, – подтвердил Яхман.
– Значит, договоримся действовать так…
Примерно через десять минут боярин вернулся в центр колонны.
Еремеев, собирая отряд, понимал, что в Московии поддержки лешего и кикиморы у него не будет, там простирались уже не их угодья.
«Один антимаг, два рыкаря, три волшебника, разведчица, собачка с чутьем опасности, – мысленно перебрал членов отряда Александр. – Довольно внушительная сила получается. Думаю, ее вполне должно хватить, чтобы вытащить Зарину из любой передряги. Опять же, у меня с собой важные бумаги, и для Черкасского они наверняка представляют огромную ценность».