Комонс II. Игра по чужим правилам

Третье. И, пожалуй, самое важное. Сведения о том, что мы знаем или, по крайней мере, догадываемся, в каком направлении следует вести дальнейшие поиски. А именно – в Латинской Америке. Кстати, это единственный момент, когда он поделился со мной информацией.
Плюсик? Уж точно не мне. Вряд ли «Линия Девять» проговорился случайно – скорее уж, ему было нужно, чтобы я это услышал. Я и услышал – и что теперь делать с этой информацией? Послушно идти, как ишак за болтающейся перед самым носом морковкой?
И, наконец – попытка объясниться по поводу «мелких недоразумений», вроде похищения Виктора или нападений, которые устраивали оставшиеся временно без присмотра подчинённые.
Каковые объяснения я и проглотил. Почему? Может, потому, что подсознательно хотел поверить собеседнику? Это вполне объяснимо – если такого доверия нет, то и миссия моя теряет всякий смысл.
Плюс? Или очередной, уже третий по счёту, минус? Поди, разбери…
Но в одном я, кажется, не ошибся. Если бы о предстоящем контакте узнал генерал – чёрта лысого мне удалось бы поговорить с шефом. Слишком профессионально он подготовился к встрече – подстраховка в виде телефонного звонка, минимальный интервал времени на принятие решения, тщательно спланированные пути отхода… да что там, он просто уклонился бы от встречи! И что бы мы тогда выиграли? Ровным счётом ничего. Зато теперь…
А что, собственно, теперь? Невнятные намёки и ещё более невнятное обещание встречи? Ни канала для связи, ни иного способа обмена информацией «Линия Девять» не оставил. Предполагается, что он наблюдает за мной и в нужный момент выйдет на связь сам? Скорее всего, так и есть – но стоит ли этому радоваться? Пока не решён главный вопрос, доверяю я ему или нет – ответа не будет.
Так что, пожалуй, смысл состоявшейся встречи отнюдь не в получении информации, хотя мой визави, как и подобает профессиональному разведчику, выжал из неё все, что только смог. Но не в этом была главная цель – он желал убедиться, что я по-прежнему готов работать, выполнять порученную мне миссию. Дать понять, что он рядом, он всё видит, воодушевить ценного агента, подогреть его энтузиазм – а самому, как и раньше, наблюдать издали, дожидаясь некоего, только «Линии Девять» понятного, результата.
Впрочем, напомнил я себе, не так уж всё и безнадёжно. Главное подтверждение получено: я – не без помощи Виктора, разумеется – сумел-таки просчитать нашего «партнёра» Он оказался именно тем, кем я и предполагал – «Десантником-инсургентом», отправивший меня в прошлое из трагического 2023-го года. А вот зачем он последовал вслед за мной – это, что называется, вопрос на миллион. Или на миллиард. Или на восемь миллиардов – столько, кажется, жителей было на Земле в 2023-м?
И, кстати, ещё одна проблемка: сообщать ли генералу о состоявшейся встрече? По-хорошему, надо бы сообщить – разгадать игру Десантника в одиночку нечего и думать. Но… страшно представить, как дядя Костя воспримет мою самодеятельность, особенно после недавней эскапады с фарцовщиками…
Я постоял, бездумно глазея на белокаменный, с гранитными ступенями до воды, павильон, на дощатый дебаркадер летнего кафе, на лебедей, плывущих по водной глади рядом с гребными лодками отдыхающих – и решительно направился к перекрёстку Чистопрудного бульвара и Богдана Хмельницкого (бывшей и будущей Маросейки), где на углу маячила будка телефона-автомата.

Первый звонок – Кармен. Так у нас условлено: когда возникает необходимость встретиться с генералом, я звоню ей, и она организовывает встречу. У меня есть, конечно, его номера, и служебный и домашний – но это на самый крайний случай. Сегодня был как раз такой – до того, как я встретился с «Линией Девять». А теперь – можно и подождать, хуже уже не будет.
Кубинка взяла трубку после третьего гудка. Салют, mi bebé! [11]
Ну-ну, я чисто по-дружески, не надо сердиться…. Да, хотелось бы встретиться с команданте Коста. Нет, прямо сейчас не надо – завтра вечером вполне устроит. Нет, по телефону нельзя, объясню на месте. Где? Да, конечно, можно поговорить и в машине. Нет-нет, всё в порядке, я точно в этом уверен, причин для беспокойства никаких. Аdiós cariño, до завтра, beso en la mejilla! [12] Вешаю трубку и шарю по карманам в поисках ещё одной двушки. Ох, чувствую, аукнется мне это «причин для беспокойства никаких…»

Нинон позвали быстро – повезло, она оказалась в общаге, а на проходной, где находился телефон, сидела не самая вредная из трёх сменных вахтёрш. Разговор вышел существенно длиннее, чем с Карменситой. Перво-наперво моя пассия изобразила обиду: как же, забросил её на целую неделю! Пришлось врать и выкручиваться: «Прости, любовь моя, дел по горло, я и сегодня не смогу, хотя очень, очень соскучился…. Ах вот как, негде? Соседка по комнате собирается весь вечер готовиться к семинару?? Обидно, обидно… нет, найти что-нибудь не смогу, сам на днях уезжаю из Москвы. Да, надолго. Конечно, позвоню, как только, так сразу…»
Я послушал короткие, сочащиеся недовольством гудки и повесил трубку на никелированную вилку-рычаг. Прости, Нинон, но звонить тебе я больше не буду. И искать местечко для наших милых шалостей – тоже. Во-первых, времени действительно нет, а во вторых – дело оборачивается так, что лучше вам, милая барышня, держаться от меня подальше. Обидно, конечно, и, наверное, больно – но поверьте, это для вашего же блага. Здоровее будете.
Я скосил глаза на запястье – стрелки «Sekonda» неумолимо подбираются к двадцати-тридцати. Если поторопиться – дома буду не позже половины десятого. Я вышел из телефонной будки, аккуратно притворил да собой дверь и, насвистывая весёленький мотивчик, пошагал в сторону метро.
Итак, обычный день обычного московского девятиклассника подошёл к концу. Уместилось в этот день немало: тайная встреча с инопланетным резидентом, решительная отставка, данная любовнице-студентке… что там ещё в планах на сегодняшний вечер? Ах да, сделать уроки – что у нас там, инглиш, геометрия и химия? – и собрать портфель. Завтра в школу.

1979 г., 5 октября,
Москва,
Школа № 159.
Снова день сюрпризов.
– Знакомьтесь, Галина Анатольевна. Это Карменси… Кармен, студентка с Кубы. Я вам о ней говорил…
– Кармен де лос Анхелес Морильо. – представилась кубинка и неодобрительно покосилась на меня. – Я учусь в институте Дружбы народов по специальности «преподавание русского языка и литературы». Хотела бы проходить практику в вашей школе.
Говорила она с заметным испанским акцентом. Вообще-то её русский безупречен, но в данном случае было решено, что лёгкий налёт латиноамериканской экзотики поможет «практикантке» наладить контакт с новым коллективом.
…что ж, будем посмотреть, как говорят в Одессе…
– Мы познакомились этим летом, – продолжала Кармен, и Эугенито много рассказывал о своей школе. У нас в учебном плане практика в школе, вот я и попросила его…