Всеволод Большое Гнездо из рода Мономаха. Византийские уроки Владимирской Руси
В 1180 г. воинственный василевс Мануил скончался, оставив Империю в незавидном положении – с оскудевшей казной и ослабевшей властью. Этим воспользовались давние противники Византии – сицилийские норманны. 24 августа 1185 г. они захватили Фессалонику, второй по значению город Империи. Захватчики убивали и грабили мирных жителей, разоряли солунские храмы, оскверняли гробницу св. Димитрия.
Бесчинства, творимые завоевателями, описал византийский историк Никита Хониат: «…Фессалоника после непродолжительного сопротивления покорилась врагам. Ни жалобный вид не возбуждал сострадания, ни просьбы не трогали: меч гулял по всем, и только удар, прекращавший жизнь, полагал предел неистовству. Напрасно многие сбегались и во святые храмы, тщетна была надежда и на святые иконы. Варвары, смешав Божеское и человеческое, не уважали Божественных вещей и не давали пощады прибегавшим во святые места… И могли ли щадить людей те, которые не уважали святыни и нисколько не боялись Бога? Но еще не столько удивительно то, что они похищали вещи, посвященные Богу, скверными руками касались того, что было неприкосновенно, и песьими глазами рассматривали то, что должно быть недоступно для взора, сколько нечестиво то, что они повергали на землю святые иконы Христа и Его угодников, попирали их ногами и, если находили на них какое-нибудь дорогое украшение, срывали его как попало, а самые иконы выносили на перекрестки для попрания прохожим или жгли для варения пищи. Наконец показались в городе сицилийские вожди и, удержав толпу от убийств, прекратили эти ужасы и положили конец резне. Один из них, весь в железных латах, сидя на коне, въехал в храм мироточивого мученика и только с трудом мог остановить неистовство солдат.» [287]. Упомянутый историком храм – базилика св. Димитрия.
Прекратив убивать мирных жителей, «бесчеловечные латиняне» не перестали измываться над «римлянами», то есть византийцами, унижать их достоинство, оскорблять веру: «И угодникам Божиим, вписанным в число первородных, они не оказывали должного уважения, не обращали внимания на совершаемые ими чудеса. Так, миро, истекающее из гроба славного чудесами и страданиями мученика Димитрия, они, черпая кувшинами и кастрюлями, вливали в рыбные жаровни, смазывали им обувь и без всякого уважения и нечестиво употребляли на другие надобности.» [288].
В приведенных отрывках из «Истории» Никиты Хониата опущены многие жуткие подробности; оставлены главным образом те эпизоды, где говорится об отношении захватчиков к салунским святыням. Вряд ли можно сомневаться в том, что реликвии, хранившиеся в базилике св. Димитрия, были частью уничтожены, частью расхищены. Мощи святого остались на месте. (Их вывезли в Италию позже – вероятно, в период господства крестоносцев в Фессалии в 1204–1224 гг. – и только сравнительно недавно вернули назад: в 1978 г. из аббатства итальянского городка Сан-Лоренцо-ин-Кампо в греческие Салоники была возвращена честная глава св. Димитрия, а в 1980 г. – основная часть его мощей.) Возможно, мироточивые мощи солунского святого сицилийцы не тронули потому, что убоялись кары небесной: миро истекало из его гроба «в таком изобилии, что сами варвары признавали это явление чудом и ужасались благодати, полученной мучеником Христовым от Бога» [289].
Примерно в то же время в Северо-Восточной Болгарии началась борьба за освобождение страны от почти двухвекового византийского господства.
Чашу терпения болгар и влахов переполнил чрезвычайный налог, которым их обложил император Исаак II Ангел (1185–1195). Недовольных возглавили братья Тодор (Феодор) и Асень, местные боляре, управлявшие конными заводами василевса и незаслуженно им обиженные. Никита Хониат, отметив, что влахи «сначала медлили и не решались на восстание», отдает должное пропагандистским способностям их вождей: «Желая излечить своих земляков от явной трусости, родные братья построили молитвенный дом во имя всехвального мученика Димитрия и, собрав в него множество всякого рода бесноватых. [290] внушили им говорить в исступлении, будто Бог благоволил даровать болгарам и валахам свободу, и будто бы с этою целью мученик Христов Димитрий оставил Фессалонику, покинул тамошний храм. и пришел к ним, чтобы быть им помощником и сотрудником в их деле» [291]. В подтверждение молвы, разносимой юродивыми, в Тырновграде (ныне Велико-Тырново), в новопостроенной церкви св. Димитрия, была явлена его чудотворная икона, тайно вывезенная из Фессалоники до прихода туда норманнов. Как предполагает славист А. А. Турилов, эта икона могла выдаваться за «доску гробную» [292].
Воодушевленный верой в заступничество чтимого всеми святого, народ поддержал мятежных боляр. В 1186 г. Исаак Ангел отвоевал у бунтовщиков солунский образ и выбил их за Дунай. Но икона уже выполнила свою миссию – помогла восставшим легитимировать в глазах православных влахов и болгар выступление против священной особы императора [293].
Дождавшись ухода ромейских войск, Асень соединился с половцами, вернулся в Болгарию и продолжил войну с Византией. В 1188 г. Империя, ослабленная внутренними смутами, заключила с Болгарией перемирие. Исаак надеялся на реванш, но в 1190 г. потерпел сокрушительное поражение от Асеня [294]. Так возникло и отстояло свою независимость государство, известное в историографии как Второе Болгарское царство (1186–1396). Его соправителями стали вожди восстания: Иван Асень I короновался в Тырнове как «царь болгар и влахов», а его старший брат Феодор под именем Петра IV управлял восточной областью с центром в Преславе. (Спустя несколько лет оба брата пали жертвами заговоров собственной знати: в 1196 г. – Асень, а год спустя – сменивший его на тырновском троне Петр. Есть версия о причастности к их устранению византийцев [295].)